мокрым языком по шее, задержавшись на ямочке под ключицей. Алёна выгнулась, её пальцы бессильно скользнули по его спине, цепляясь за седые кудри.
— Так лучше? — он прошептал в её кожу, возвращаясь к губам. На этот раз поцелуй стал глубже, влажнее. Его руки скользнули под её бёдра, приподнимая с сиденья, и Алёна, потеряв опору, обвила его шею, чувствуя, как грубые волосы на его затылке впиваются в ладони.
Они дышали в унисон теперь, их языки танцевали тот же танец, что и в первый раз — но теперь без стеснения, без оглядки. Алёна забыла про Толяна, про Николая, про всё. Мир сузился до жара его губ, до вибрации его гортанного стона, до рук, сжимающих её так, будто хотели вдавить в себя. Лишь когда Семён наконец оторвался, оставив её губы опухшими и блестящими, она открыла глаза.
— Ну что, — Семён провёл большим пальцем по её нижней губе, смазывая слюну. — Как в первый раз, да?
Николай стоял у окна, ладонь прижата к холодному стеклу. Его ногти белели от напряжения, будто впивались в невидимую преграду. Он видел, как Семён притягивает Алёну ближе, как её пальцы цепляются за его волосатую грудь — не отталкивая, а принимая.
Толян, сидящий в стороне, похабно ухмылялся, поглаживая свой член, но Алёна даже не взглянула в его сторону. Всё её внимание теперь принадлежало Семёну.
«Она выбрала его...» — пронеслось в голове, но тут же поползла предательская мысль: «А если бы это был Толян?» Николай представил, как этот тщедушный мужик прижимает её к столу, и желудок сжался от отвращения. Но член, вопреки всему, дёрнулся. «Она бы не стала. Не с ним...»
Николай упал на колени, и в его мыслях было только «Что будет дальше?»
Восьмой кон.
После долгого поцелуя у Алёны всё плыло перед глазами — мысли спутались, пальцы дрожали, словно она играла сквозь туман. И всё же, даже в этом состоянии, она взяла своё — выиграла.
«Он хотел этого. Хотел, чтобы я...» — мелькнуло в голове, пока её пальцы, ещё липкие от предыдущих ласк, сжимали край стола. Николай где-то затерялся в доме, но его молчаливое согласие висело в воздухе, как запах дыма от мангала. «Ты сам подтолкнул, Коля. Теперь смотри, во что это вылилось».
— Ну что, Толян... — Алёна медленно раздвинула бёдра, обнажая розовую, блестящую от возбуждения щёлочку. «Хорошо, дам ему попробовать себя... немного». — Порадуй меня своим языком.
Толян, замер. Его лысина покрылась испариной, а взгляд метнулся к Семёну. Тот, развалясь на стуле, лишь провёл ладонью по своему волосатому животу. Член, толстый и жилистый, лежал на бёдрах как дубина.
Толян вскочил так резко, что стул грохнулся на пол. Его худое тело, покрытое каплями пота, сгорбилось перед ней. Пальцы, дрожащие и холодные, впились в её колени.
— Давай, лысый, — бросил Семён, сжимая свой член у основания. — Покажи, как ты умеешь лизать.
Толян прильнул губами к её промежности, и Алёна резко вдохнула. Его язык, шершавый и горячий, скользнул вдоль внешних губ. «Он даже не понимает, что это подачка...» — мысленно усмехнулась она, впиваясь ногтями в край стола.
— Ещё... — прошипела она, чувствуя, как влага стекает по внутренней стороне бедра.
— Не останавливайся.
Толян вжался лицом в неё, нос уткнувшись в лобок. Алёна зажмурилась, вспоминая, как Николай наблюдал за ней. «Ты разрешил... Ты хотел этого...» — её бёдра дёрнулись, когда язык Толяна нашел клитор.
— Вот здесь... — её голос сорвался, тело выгнулось дугой. — Кругами... Да, именно так...
Оргазм накрыл волной. Её тело выгнулось так, что спина оторвалась от стула, а грудь, вздымаясь, почти коснулась подбородка. Внутри всё сжалось — резко, болезненно-приятно, будто невидимая рука сжала её матку, а потом резко отпустила. Влагалище пульсировало вокруг пустоты, выпуская новые струи сока, которые Толян жадно глотал, прижимаясь губами к её дрожащему клитору.
— А-а-ах!.. — её крик сорвался в хрип, пальцы впились в волосы Толяна, прижимая его лицо ещё сильнее. «Кончаю... Кончаю на языке этого урода...» — мелькнуло в голове, но стыд растворился в волнах удовольствия.
Она чувствовала каждую ворсинку его щетины на внутренней стороне бедра, каждый неровный выступ языка, скользящего по складкам. Волны удовольствия били всё чаще — от копчика к затылку, заставляя пальцы ног судорожно скрючиваться. Толян, почувствовав её пик, заурчал, впиваясь зубами в нежную кожу лобка. Боль смешалась с наслаждением, и Алёна взвыла, чувствуя, как её тело разрывают противоречивые импульсы — оттолкнуть его или прижать ближе.
— Хватит... — выдохнула она наконец, отталкивая его дрожащей ногой. — Довольно...
Воздух в беседке гудел от тяжелого дыхания. Алёна, всё ещё дрожащая после оргазма, облокотилась на стол, её грудь вздымалась, а кожа покрылась мелкими мурашками. Толян, вытирая лицо, смотрел на неё с животной преданностью. Семён, не отрываясь, медленно тасовал карты, его пальцы сжимали колоду так, будто хотели её сломать.
— Хватит валяться, — бросил он, швыряя карты на стол. — Играем дальше.
Его голос звучал как скрежет железа. Алёна почувствовала, как между ног снова заныло — смесь боли и остаточного удовольствия. «Он злится... Злится, что Толян коснулся того, что считает своим», — мелькнуло в ее голове.
Игра уже не была просто развлечением — она превратилась в состязание, где каждый ход мог изменить всё, а победителя не было видно.
Порно библиотека 3iks.Me
1481
02.05.2025
|
|