Глава сорок пятая. Приснится же такое...
— Вот ты, наверное, думаешь, что я тебя просто так мучаю, ради собственного удовольствия? - сонно потягиваясь, вопрошала Пульхерия всё ещё стоящего перед ней навытяжку Москвича. Времени было три часа ночи, и он только что разбудил её, как она велела. - Признавайся, ведь думаешь так?
Павел коротко вздохнул и отрицательно покачал головой.
— Дууумаешь! - глумливо протянула она, нежась под тёплым одеяльцем и явно никуда не собираясь идти. А у Павла в голове вовсю гудел колокол - после целого дня беготни, вечернего стояния в планке, когда на нём восседала вполне взрослая, хоть и стройная девица, а теперь вот ещё и ночное бдение, как у мавзолея на часах, - от такого напряжения свихнуться можно! Вот и гудел колокол, время от времени отключая сознание.
— Ничего, малыш, - ласково успокоила она своего питомца. - Сейчас ты отдохнёшь. Мне всего лишь нужно было, чтобы настал час быка, а ты при этом бодрствовал и немножко устал. Ты ведь устал, признавайся? Ну самую малость?
— Устал - не то слово, Мерцающая! - почти взмолился Павел. - Умираю! - так будет вернее! Кровь носом шла, насилу унял!
— Врёшь? - внезапно уколола она его своим пронзительным, словно стилет, взглядом.
Москвич молча показал пальцы правой руки, и правда испачканные засохшей кровью.
— К ноге! - коротко приказала некромантка, откинув одеяло и обнажив свои восхитительные, немного бледные, ножки.
Совсем немного бледные. Но в слабом сиянии робкой Луны, заглянувшей в узкое затемнённое окошко палаты, эти ножки казались воплощением ночного света и предутреннего тумана.
Павел рухнул к её ногам так поспешно и безрассудно, что тут же получил по сусалам её как всегда прохладной, и слегка влажной стопой. За нечаянно произведённый грохот коленками. Простить такое любительница всяческих дисциплин и утончённой дрессуры никак не могла. И наказание воспоследовало моментально.
— Встать! - злобным шёпотом велела Пульхерия.
Москвич моментально поднялся, сообразив, в чём его ошибка.
— Лечь! - указав пальчиком на пол, запустила она свою любимую игру.
Москвич повиновался. Но теперь он ухитрился принять упор лёжа, не произведя ни единого звука. Он отлично понимал и в чём его спасение.
— Встать! - ещё тише повторила она приказ. Он вскочил, и при этом не скрипнула ни одна половица.
— Лечь! - нежный дамский пальчик указал вниз.
Дальше она уже ничего не говорила. Только указывала пальчиком то вверх, то вниз. И укоряла темп, пока Павел не задышал, как паровоз на разгоне скорости. Доведя парня почти до обморока, ведьмочка наконец-то разрешила ему упасть к её ногам, накрыв дрожащего от невозможной усталости Москвича своим одеялом. И тут же прижала его к спинке кровати ступнями, впитывая жар его разгорячённого тела. Всё ещё тяжело дыша, он хотел было высунуть из-под одеяла хотя бы лицо, чтобы дышать во сне свежим воздухом, как привык с детства, но Пульхерия пресекла эту робкую попытку.
— Не сметь! - прошипела она и зажала пальчиками его нос, чтобы он мог дышать только ртом. - Мне нужно всё твоё тепло, понял?
Он хотел сказать "слушаюсь Непререкаемая", но внезапно обнаружил себя стоящим на четырёх ногах во дворе возле общежития тёмных ведьм. Он быстро понял, что он... пони! Да, он каким-то образом превратился в маленькую лошадку, а рядом с ним крутилась его хозяйка - мисс гарпия-Пульхерия, но, хорошо хоть в своём ведьмовском обличье, а не в виде Южноамериканского аналога. Она ласково поглаживала его, расчёсывала его золотисто-серебристую гриву и... о, Боже! - с гордостью проводила пальцами по его торчащему между ушей... рогу! Он что - превратился не просто в пони, а в пони-Единорога?!!
Хотя... Почему бы нет? Говорят, молодые прекрасные девушки обожают единорогов. Павел покрутил гривастой головой по сторонам, ощутил во всей полноте КАК весомо, грубо, зримо в нём проявился этот новый образ, данным ему в ощущениях и, чего греха таить, - слегка даже возгордился им! Для верности и пущего самоуважения побил слегка копытом, и даже попробовал заржать, придав тембру своего голоса так любимую многими барышнями брутальность и страстную хрипотцу.
Получилось неплохо, по крайней мере, с его, пони-единорожьей точки зрения. А вот хозяйке что-то не понравилось.
— Но-но! - в руке некромантки откуда-то появился стек. Точнее даже не стек, а как он теперь знал - шамбарьер. Тонкий длинный стек с короткой плёткой на конце. Жуткая вещь! Вот уж чего он меньше всего сейчас хотел на себе испытывать! А ведь мисс фурия вжарит не задумываясь! Это тебе не раздобревшая на процессе омоложения милфа. Эта всё ещё упивается своей властью, с ней надо поосторожнее.
Забавно, - сам про себя подумал Москвич. - Я даже рассуждать начинаю как лошадь. Стоило лишь встать под седло...
Кстати, седло-то на него как раз и прилаживала хозяйка. В него-то она и забралась, ловко перекинув через его хребет свою упругую девичью ножку. И тут он ощутил ещё один весьма неприятный атрибут дамской власти - на её резиновых высоких, до колен, сапожках, откуда-то появились шпоры. И первое же требовательное Н-но! - сопроводилось такой неожиданной и резкой болью, что слегка потемнело в глазах!
Ну за что??? Он бы и так побежал резвой иноходью. Или рысью. Да хоть галопом, но бить-то зачем? Люди! Особенно дамы! И особенно среди них выделяющиеся ведьмы! Не бейте почём зря своих лошадок!
Ну и единорогов-пони тоже не бейте. Им же больно!
Москвич чуть не заплакал, но сдержался. Пошёл по большому кругу,
Порно библиотека 3iks.Me