диване, чуть откинувшись. Всё внимание было направлено на меня. Я чувствовала его взгляд, он скользил по моим ногам в чулках, по талии, где пояс халата едва держался, и я знала — он не отведёт глаз. Я хочу, чтобы он видел меня такой.
Я положила презерватив на стол, зная, что он скоро понадобится. Остановилась перед ним, в метре от дивана, свет лампы из коридора падал на меня сбоку, подсвечивая силуэт. Пальцы дрожали, но я медленно подняла руки за спину, нащупала застёжку лифчика под халатом. Застёжка щёлкнула, я потянула одну лямку вниз, дернула плечом — ткань бордового кружева соскользнула, обнажая кожу. Вторая лямка упала сама, легко, как лист с дерева, и я замерла на миг, чувствуя, как его взгляд прикипает ко мне. Я дёрнула плечами назад и лифчик скользнул вниз, падая вместе с халатом на пол у моих ног. Моя большая грудь открылась ему — впервые так близко и настолько откровенно.
Она была красивой, я знала это. Полная, но не тяжёлая, с мягкими округлостями, чуть приподнятая, несмотря на годы. Кожа светлая, гладкая, с лёгким розовым оттенком от жара, который гнал кровь по венам. Соски тёмно-розовые, небольшие, уже твёрдые от его взгляда, от прохлады комнаты и от моего желания. Они торчали, маняще, чуть подрагивая, когда я дышала, а под грудью виднелась тонкая тень, подчёркивающая их форму.
Максим не отрывал глаз, его зрачки расширились, дыхание стало глубже, я видела, как его грудь поднимается под футболкой. Ему нравится. Он сглотнул, руки сжались на диване, пальцы впились в подушки, будто он сдерживался, чтобы не встать и не схватить меня. Его лицо наполнилось смесью восторга и голода, губы чуть приоткрылись, и я знала, что он чувствует: жар, желание, почти благоговение перед тем, что я дала ему увидеть. Я видела, как его взгляд скользит по моим соскам, по изгибам, и это было больше, чем просто похоть — он смотрел на меня, как на что-то бесценное, как на женщину, которую он давно хотел.
— Мам... — выдохнул он.
Я стояла перед ним, грудь была обнажена, а тело дрожало от происходящего, и я чувствовала себя желанной и живой, как никогда раньше.
Максим протянул руку, щёлкнул выключателем торшера у дивана, и мягкий жёлтый свет залил комнату, осветив его лицо, мои чулки и тени на коже. Я шагнула ближе, каблуки тихо стукнули по полу, и опустилась перед ним на колени, чувствуя, как сердце учащённо бьётся. Пальцы дрожали, я потянулась к его штанам, медленно потянула ткань вниз — она соскользнула с бёдер, и показался бугор в трусах, обтягивающих и натянутых от напряжения. Чёрт, как же давно я хотела его.
Я наклонилась, уткнулась лицом в этот бугор, вдохнула его запах — резкий, мужской, с ноткой пота и возбуждения, такой настоящий, что голова закружилась. Трусы были тёплыми, мягкими, я потерлась о них щекой, чувствуя твёрдость под тканью, и провела языком вдоль контура — медленно, влажно, ощущая, как он пульсирует под моими губами. Максим резко выдохнул, его руки сжали подушки сильнее, пальцы побелели, и я знала — он сейчас на грани. Он чувствовал жар моего дыхания, давление языка, и это сводило его с ума — тело напряглось, дыхание стало рваным, он боролся с собой, но не мог больше ждать.
— Мам... — снова выдохнул он, голос хрипел, и вдруг его руки рванулись к трусам, спустили их вниз одним движением. Ткань скользнула вниз, и его член предстал перед моим лицом — свободный, твёрдый, во всей своей красе. Боже, какой он... В кинотеатре я не могла разглядеть его, только чувствовала в темноте, но теперь, при свете торшера, он был передо мной, и я замерла, любуясь.
Он был большой — длинный, сантиметров восемнадцать, может даже больше, толстый, с набухшей головкой, чуть загнутой вверх. Кожа гладкая, тёмно-розовая, с проступающими венами, которые пульсировали под ней, как живые. Головка блестела, чуть влажная, широкая и манящая, основание окружено тёмными волосками, аккуратно подстриженными, но не выбритыми полностью. Он стоял твёрдо, слегка подрагивая от напряжения, и свет торшера подчёркивал каждый изгиб, каждую деталь — большой, мощный член. Какой красивый. Я смотрела, не отрываясь, чувствуя, как слюна скапливается во рту, как желание рвётся наружу — я хотела его трогать, лизать, взять в рот целиком...
Максим смотрел на меня сверху, глаза тёмные, зрачки были расширены, и я знала, что он чувствует — смесь облегчения, когда трусы упали, и нарастающего жара от моего лица так близко. Его бёдра напряглись, руки дрожали, он хотел меня схватить, но ждал, отдавая мне контроль. Я наклонилась чуть ближе, вдохнула его запах ещё раз, и мои губы дрогнули.
Я протянула руку, коснулась основания — кожа была гладкая и горячая, пульсировала под подушечками. Я наклонилась ближе, высунула язык и медленно лизнула у самого низа. Боже, какой он... Но я остановилась, убрала язык, решив подразнить его чуть дольше.
Прижалась лицом к его члену, провела щёкой вдоль ствола — он слегка подрагивал от моих движений. Я терлась о него, чувствуя, как головка скользит по коже, оставляя лёгкий влажный след на щеке. Обхватила его рукой, сжала у основания, и начала легонько шлёпать себя по щекам — сначала по одной, потом по другой, чувствуя, как твёрдость бьётся о кожу, как он напрягается под моими пальцами. Ему нравится, я знаю. Водила головкой по губам, не раскрывая
Порно библиотека 3iks.Me
5102
05.05.2025
|
|