Лунный свет пробивался сквозь тонкие занавески, рисуя серебристые полосы на потёртом деревянном полу. Лидия Павловна лежала на кровати, её пальцы нервно теребили край простыни, а в груди мешались стыд, страх и что-то ещё — тёплое, забытое чувство, которое она гнала прочь. Её тело ещё дрожало от того, что произошло час назад, и она не знала, как продолжить разговор. Что теперь? Он уйдёт… или захочет ещё? — думала она, глядя в потолок, где тени покачивались в такт ветру за окном.
Стас сидел на краю кровати, его молодое, крепкое тело блестело от пота в полумраке. Его дыхание было тяжёлым, глаза горели, но в них мелькала тень неуверенности. А если она расскажет? — подумал он, и эта мысль, как холодная игла, кольнула его. Но её запах, её мягкая, морщинистая кожа, её стоны — всё это держало его здесь, не отпуская.
— Лидия Павловна, — начал он, смягчив голос, словно подбирая слова. — Простите, если был… резким. Но там, на грядках, когда я увидел вас… голую, в такой позе… на меня что-то нашло. Я захотел вас. — Он помедлил, глядя на её профиль. — Понимаю, вы старше, но… мы одни. Никого нет. Ваша беззащитность, эта разница в возрасте… это меня зажгло.
Она вздрогнула, её щёки вспыхнули, и она отвернулась, сжимая простыню. Он говорит так открыто… как будто это нормально, — подумала она, её сердце заколотилось. Её голос, низкий и хрипловатый, дрогнул:
— Стасик… я уже не для таких приключений. Ты был слишком… напористым. Мне было больно.
Он наклонился ближе, его глаза изучали её лицо, морщинистое, с румянцем, который выдавал её смятение. В комнате пахло вишнёвой наливкой и их разгорячёнными телами, а кровать тихо скрипела под его весом.
— Но в конце… вам же было хорошо, — сказал он, и в его голосе мелькнула насмешка, смешанная с любопытством. — Когда я… целовал вас там. Не отрицайте.
Лидия прикрыла глаза, её дыхание стало резким. Он прав… я горела, — подумала она, и стыд, как горячая волна, обжёг её. — В конце… да, — призналась она шёпотом, её голос дрожал. — Никто… никто раньше так не делал. Твои губы… я вся дрожала внутри.
— Вот видите, — он усмехнулся, но в его тоне было облегчение, словно он боялся, что она оттолкнёт его. — А поначалу вы сопротивлялись.
— Ты же понимаешь, — она посмотрела на него, её глаза были влажными, — у меня годы… ничего не было. Я думала, это всё в прошлом. А тут ты… молодой, набросился. Я испугалась, Стасик.
Он потянулся к бутылке наливки на тумбочке, его пальцы чуть дрожали. Налил два стакана, и сладкий вишнёвый запах смешался с душным воздухом комнаты. — Выпейте, — сказал он, протягивая ей стакан. — Расслабьтесь. Давайте… по-хорошему. Вам ведь тоже хочется, я вижу.
Она взяла стакан, её пальцы задрожали, и сделала глоток. Сладкое тепло разлилось по телу, смягчая её напряжение. Он манипулирует… но его голос, такой мягкий, — подумала она, и её взгляд скользнул по его груди, по гладкой коже, блестящей от пота. — Что ты ещё хочешь, Стасик? — спросила она тихо, её голос был едва слышен.
Он помедлил, его глаза блеснули, словно хищник, почуявший слабость. — Я целовал вас… там, — сказал он медленно, растягивая слова. — Хочу, чтобы вы… побаловали меня ртом. И… хочу вас сзади, Лидия Павловна.
Она ахнула, её лицо стало пунцовым, и она прижала руку к груди. В рот? Туда? — подумала она, паника сжала горло. — Стас… что ты такое говоришь? Я… даже мужа так не трогала. А туда… это же… неправильно и грязно.
— Я хочу, — сказал он, его голос стал твёрже, но в нём была нотка мольбы. — Давайте по-хорошему. Вы же чувствуете… между нами что-то есть.
Она отвернулась, её пальцы теребили простыню. Он не отпустит… но его глаза… они видят меня, — подумала она, и её сердце дрогнуло. Он допил наливку, поставил стакан и придвинулся ближе. Его пальцы коснулись её плеча, скользнули к груди, мягко, но настойчиво. Она вздрогнула, но не отстранилась. Его рука спустилась ниже, к бёдрам, где кожа ещё хранила следы их первого раза — липкие, полузасохшие. Он наклонился, его губы нашли её, и поцелуй, жадный, с привкусом вишни, заставил её задрожать. Я не должна… но он, его губы, молодое тело... — подумала она, и её руки, неуверенно, легли ему на плечи.
Его язык исследовал её рот, а пальцы хозяйничали между её ног, чувствуя, как она становится влажной. Она отвечает… хочет, даже если боится, — подумал он, и облегчение смешалось с похотью. Он отстранился, его глаза горели. — Лидия Павловна, пора, — сказал он, ложась на спину, его тело напряглось в ожидании.
Она замерла, её глаза расширились. — Стасик… я не умею, — прошептала она, её голос дрожал. — Боюсь… зубами задеть. Подсказывай… только будь нежен.
Она опустилась на колени, её седые волосы упали на лицо, а сердце колотилось. Его член, твёрдый, молодой, блестел от капельки смазки. Даже мужа я так не трогала, — подумала она, и её щёки запылали. Она робко коснулась губами головки, её дыхание дрогнуло. Солоновато, тепло, — мелькнуло у неё, и его стон, низкий и жадный, заставил её замереть.
— Продолжай, — шепнул он, его рука легла ей на затылок, мягко, но настойчиво. Его пальцы
Порно библиотека 3iks.Me
820
16.05.2025
|
|