Рыцари Сорока Островов: стыд в темноте- Читать онлайн

Ночь в квартире родителей Инги была густой, как чернила, только тонкая полоска лунного света из щели в шторах разрезала темноту. Две кровати стояли в паре метров друг от друга, скрипя, когда кто-то шевелился. Инга лежала на спине, в пижаме с выцветшими ромашками, глядя в невидимый потолок. Её сердце колотилось — не от страха, а от смутного, тёплого беспокойства, которое она не могла назвать. На второй кровати копия — та, что вернулась с Сорока Островов, — дышала ровно, но слишком чётко, будто не спала, а ждала.

Инга сглотнула. Тишина давила, но любопытство жгло сильнее. Эта другая Инга, её отражение, закалённое боями и страстью, пережила то, о чём она, земная девчонка, только грезила в робких фантазиях. Бои на мостах, голографическое небо, Дима. Особенно Дима. Она знала его — земного, с неловкой улыбкой и привычкой теребить волосы. Ей нравилось ловить его взгляд в школьном коридоре, но дальше мечтаний её смелость не шла. А копия... она любила его, там, где всё было настоящим — кровь, страх, любовь.

— Не спится? — голос копии был мягким, с лёгкой хрипотцой, как после глотка чего-то крепкого. В темноте он звучал ближе, чем должен был.

Инга вздрогнула, пальцы стиснули край одеяла. Она хотела ответить небрежно, но голос выдал:

— Да... думаю про Острова. Как там было?

Копия хмыкнула — коротко, с лёгкой насмешкой. Инга почувствовала тепло на щеках, хоть темнота скрывала румянец. Она ненавидела эту слабость — свою наивность, жадность к чужим историям. Но копия не была чужой. Она была ею, только смелее, жёстче, знающей.

— Как было? — переспросила девчонка-двойник, в тоне её мелькнула ирония. — Жёстко. Мосты почти что дрожали, ребята орали, деревянные мечи били так, что кости трещали. А потом... были ночи, когда мы забывали про всё.

Инга затаила дыхание. «Ночи» — слово упало, как камень в воду, и круги разошлись по её телу, тёплые, тревожные. Она знала, что копия говорит о Диме, но не решалась спросить прямо. Стыд — липкий, знакомый — шевелился в груди, как будто она делала что-то запретное, просто слушая.

— И... что вы делали? — её голос был тише шёпота, почти мольба.

Кровать копии скрипнула, будто она повернулась лицом к Инге.

— Всё, что хотели, — сказала она, и в её словах было что-то манящее, тёмное. — Там не было времени думать. Бои, кровь, а потом — он. Дима. Он был... не такой, как твой.

Инга ахнула, едва слышно. «Твой» резануло, как нож. Копия знала, что она думает о Диме, знала, как она краснеет, когда он проходит мимо. Знала, что её чувства — детские грёзы, а не то, что было на Островах. Стыд кольнул глубже: копия видела её насквозь, её слабости, мечты. Но Инга не могла остановиться.

— Не такой? — переспросила она, голос дрожал, но в нём была жадность, которую она ненавидела в себе. — Какой он был?

Копия хихикнула, тихо, но этот смех был как прикосновение — тёплое, с острыми краями.

— Смелый. Грубоватый. Не тот, кто теребит волосы и улыбается в коридоре. Он дрался, как зверь, а потом... смотрел на меня так, будто я — единственное, что держит его в живых.

Инга сжала бёдра под одеялом, дыхание стало неровным. Она представляла Диму — не земного, а другого, с кровью на руках и этим взглядом. Пальцы дрогнули, тронув край пижамы, но она отдёрнула руку, как от огня. Стыд был невыносим: копия знала, что она чувствует, знала, что её тело предаёт. Но мысль, что эта Инга с Островов — её зеркало, её душа — видит её слабость, была сладкой, как яд, который хочется пить.

— И... вы целовались? — выдавила Инга, голос хрипел, как после бега.

Копия помолчала, будто решала, как далеко зайти. Затем её голос стал ниже, теплее, с насмешкой:

— Целовались. И не только. Хочешь знать, как это было?

Инга задохнулась. Сердце колотилось так громко, что она боялась, копия услышит. Она хотела сказать «нет», спрятаться под одеялом, но любопытство — и этот стыд, проклятый стыд — держали её, как цепи.

— Расскажи, — прошептала она, почти моля.

Копия хмыкнула снова, но теперь в её тоне была власть. Она знала, что Инга попалась, что её наивность, жадность к запретному — ниточки, за которые можно тянуть. И она тянула, медленно, смакуя.

— Хорошо, — сказала она, голос — как шёлк, скользящий по коже. — Но это не для каждого уха. Там, на Островах, всё было... жарче, чем ты можешь представить.

Инга сглотнула, пальцы снова дрогнули, касаясь пижамы. Слова копии — «жарче, чем ты можешь представить» — всё ещё висели в воздухе, как дым, густой и сладкий. Она стиснула одеяло, пальцы впились в ткань, но это не помогло унять тепло, которое разливалось по телу, от груди к низу живота. Стыд был её спутником, её тенью, и он рос с каждым словом копии, с каждым намёком на то, что она, Инга с Земли, никогда не узнает такой страсти. Но хуже всего было другое: копия знала. Знала её мысли, её слабости, её робкие фантазии о Диме, которые она прятала даже от себя.

— Ну, расскажи, — повторила Инга, её голос был хриплым, почти умоляющим. Она ненавидела себя за эту слабость, за то, как жадно звучали её слова, но остановиться не могла. Копия — та, с Островов — была её зеркалом, и

Порно библиотека 3iks.Me