Следующим уроком была физкультура — логичный способ стереть с нас остатки психологического спектакля. Но я сослалась на больное горло, а у Курай всё ещё был забинтован голеностоп. Отпросились без сопротивления. Вместо спортзала — в женский туалет на втором этаже. Не потому, что мы что-то скрывали. Просто хотелось говорить свободно, без чужих ушей, взглядов и ожиданий.
Мы закрылись в дальней кабинке. Я села на закрытую крышку унитаза, подтянув край платья повыше, чувствуя прохладу кафеля под бёдрами. Открытая спина слегка зябла, но тело горело от внутреннего напряжения. Курай, молча, прислонилась к двери, сцепив пальцы на животе. Белая футболка спадала с одного плеча, под ней — едва заметный контур чёрного белья. Юбка короткая. Ноги длинные. Привычно отстранённая, но я видела: её дыхание чуть учащено.
— На психологии было чертовски весело, — усмехнулась я, глядя на неё снизу вверх. — Видела, как на нас смотрели?
Курай чуть приподняла бровь и улыбнулась.
— Видела. Ты просто королева самовыражения.
— А ты моя тень. Или подсветка? — я прищурилась, протягивая руку и ловко притянула её за талию. — Подыграла идеально.
Она не сопротивлялась. Наклонилась чуть ближе. На губах — осторожное веселье. Но в глазах дрожало что-то другое. Ожидание.
— Ты понимаешь, что мы сделали? — мой голос стал ниже, почти шёпот. — Мы не просто играли. Мы заставили всех смотреть. Мы были центром. Как будто без нас воздух бы сгустился.
Курай кивнула. Лёгкое движение — но его вес я ощутила до мурашек. Она втянула губу, будто пыталась скрыть улыбку. Или неуверенность.
— Думаешь, нам это сойдёт с рук? — спросила она, тихо, почти виновато.
— А если и нет? — я встала. Подошла ближе, пока между нами не осталось и сантиметра воздуха. — Ты боишься?
Она не ответила сразу. Только подняла глаза. Карие, глубокие, чуть испуганные. Но не от меня. От самой себя, возможно.
Я провела пальцами по её талии, через ткань футболки. Слегка. Она не отпрянула.
— Я не боюсь тебя, — сказала она вдруг. — Только того, как легко всё это происходит.
Она вздрогнула, но не отстранилась, и я почувствовала, как между нами нарастает напряжение. Я позволила себе замереть в этом моменте — близость, электричество в воздухе, ощущение, что всё снаружи затаилось, как и мы.
Курай не ответила, но её дыхание стало глубже, прерывистей. Она слегка подалась ко мне — неуверенно, но решительно, как будто соглашалась без слов. Я услышала её безмолвную просьбу. Приняла её.
Поднимаясь выше, я выпрямилась, чтобы прижаться к ней всем телом. Моё платье обтянуло ноги, прохладный воздух скользнул по открытой спине, но я ощущала только её — стоящую передо мной, дрожащую, живую. Мои ладони скользнули по её бёдрам, медленно, уверенно. Кожа под юбкой была горячей, гладкой, чуть подрагивающей под моими пальцами.
Я опустилась чуть ниже, и мои руки исчезли под джинсовой тканью, обхватывая округлые линии её ягодиц. Я сжала их — мягко, но с силой, вызывая в ней короткий вдох, сдержанный и едва слышный. Она не оттолкнула — только крепче вцепилась в мои плечи, ногтями сквозь ткань.
Я наклонилась, и губы нашли её бедро — открытое, тёплое, подол футболки задрался выше, открывая мне больше, чем, возможно, ей казалось допустимым. Я не спорила с этим. Поцеловала. Снова. Провела языком вдоль внутренней стороны, чуть прикусывая, играясь. Чувствуя, как напрягаются её ноги, как непроизвольно выгибается её спина, как приглушённый стон цепляется за замкнутую в нас тишину.
— Лисса… — прошептала она. Её голос был напряжённым, хрипловатым, как у человека, теряющего равновесие.
— Я здесь, — выдохнула я, не прекращая ласк. — И ты — тоже.
Я подняла на неё глаза, задержавшись на её лице. Полуопущенные веки, влажные губы, чуть приоткрытые, дыхание прерывистое. На скулах — румянец, тёплый, живой, красивый. Она казалась потерянной и нашедшей себя одновременно.
Медленно, дразняще, я позволила пальцам скользнуть выше — по внутренней стороне бедра, ближе к её белью. Чёрный шёлк оказался почти невесомым. Я провела подушечками пальцев по тонкой ткани, лаская её сквозь неё — мягко, но точно, останавливаясь ровно там, где её тело уже горело от ожидания.
Она всхлипнула — громко, неожиданно для себя. Плечи вздрогнули, пальцы сжались у меня на плечах, дыхание перехватило. Я услышала всё — и голос, и сдавленную дрожь, и едва не вырвавшийся стон.
— Кто из нас теперь слишком громкая? — прошептала я, не убирая руку, только слегка усилив нажим.
Курай судорожно сглотнула. Её глаза смотрели на меня широко, но не от страха — от переполняющего ощущения, от невозможности больше скрываться. Я чувствовала её в каждой дрожи бедра, в каждом коротком вдохе, в том, как её тело подавалось вперёд — навстречу мне, навстречу этому моменту.
И тут — за стеной послышались шаги. Голоса. Смех.
Курай резко напряглась. Мгновенно. Её глаза расширились, дыхание сбилось. А я лишь усмехнулась и чуть надавила пальцами на ткань — коротко, но ощутимо.
— Думаешь, нас слышали? — дразняще выдохнула я, всё ещё глядя ей в глаза.
Она мотнула головой, будто надеясь в это поверить, но в её взгляде была смесь паники и отчаянного желания, будто страх делал это всё ещё реальнее.
— Ещё не поздно остановиться, — я наклонилась и провела языком по её бедру, едва касаясь кожи. — Если хочешь.
Её пальцы сжались ещё крепче, почти до боли.
— Не останавливайся, — хрипло выдохнула она. Теперь в её голосе не осталось ни сомнений, ни
Порно библиотека 3iks.Me
664
24.05.2025
|
|