Я приехал к отцу в середине июня. Дом был чужим. Слишком чистым, слишком вылизанным, как будто в нём никто не жил. Или жила она — Вера.
Она открыла дверь босиком, в коротких шортах и майке, под которой, очевидно, не было лифчика. Волосы были влажные — то ли после душа, то ли просто вспотела. Улыбнулась. Нагло. Будто знала, о чём я думаю.
— Ты вырос, — сказала она, не глядя в глаза. — Больше не пацан. Это... неудобно.
Я промолчал.
— Заходи. Твой отец в командировке. На две недели. Так что потерпим друг друга.
— --
Обо мне. Мне 20 лет, учусь в другом городе, иногда приезжаю к отцу на выходные или на каникулы. Отец ушёл из семьи 10 лет назад, но мы поддерживаем общение.
Вера. Новая жена отца, 36 лет. Раздражает меня наглость, излишней уверенностью. В браке с отцом меньше года.
— --
Она не делала вид, что избегает меня. Наоборот — будто проверяла. На прочность. Разгуливала по дому почти голая. Засиживалась у бассейна, подставляя солнцу свои идеальные ноги. Разговаривала по громкой связи, не заботясь, слышу ли я её подруг, обсуждающих размер члена какого-то любовника.
Я притворялся, что не вижу, не слышу. Но по вечерам, когда ложился в постель, в голове крутились только её изгибы, её голос, её кожа. И моя рука сама находила, чем себя занять.
Всё полетело к чёрту, когда в один вечер я пошёл на кухню попить воды. Было почти два. В доме тихо. Но свет в ванной горел. И дверь — приоткрыта.
Я услышал её стоны. Глухие, сдавленные, будто она старалась быть тише. Прислушался. Её голос. Её дыхание. Её рука, скользящая между ног.
Я застыл. Стоял, как под гипнозом. Хотел уйти, но не мог. Меня держал звук её наслаждения.
Она кончила быстро. Протяжно. Слова ускользнули — "молодой", "глубже", "ещё".
Я ушёл. Затаив дыхание. Не извиняясь. Но и не стесняясь.
— --
Утром она сидела на кухне в халате. Расстёгнутом почти до пояса. Пила кофе. Увидев меня, даже не отвела взгляд.
— Не выспался?
Я пожал плечами.
— Голоса мешали?
Тишина. Секунда. Две.
Она улыбнулась. Осторожно облизнула ложку. И ушла, не сказав больше ни слова.
— --
Шли дни. Она продолжала развлекаться в ванной или спальне. Наступила суббота.
На завтрак она пришла позже. В тёплом сером худи и коротких трусиках, которые были видно, когда она тянулась за чашкой. Волосы были взъерошены, взгляд — немного ленивый.
— Ты опять не спишь по ночам? — спросила, налив себе кофе.
Я пожал плечами.
— Слишком шумно.
— Странно. Я спала тихо.
Мы не глядели друг на друга. Но напряжение между нами было как плотный туман. Оно не проходило.
Я заметил: у неё под кофтой ничего нет. Когда она присела, край ткани натянулся, и мне открылся вид на кожу под грудью. Как будто случайно.
— Ты уронишь чашку, — сказал я, глядя в точку над её плечом.
— А ты перестань смотреть так, как будто собираешься схватить меня за волосы, — ответила она, даже не мигая.
Тишина.
Она рассмеялась. Встала. И пошла мимо меня — вплотную, скользнув плечом по моему. Запах кожи и кофе остался со мной дольше, чем сам разговор.
— --
Позже она зашла в мою комнату. Без стука.
— Где зарядка для телефона?
— У тебя нет своей?
— Моя в ванной. Там... мокро.
Она обошла комнату медленно, словно проверяя, чем я живу. Упала на кресло, закинув ногу на ногу.
— У тебя беспорядок. Ты всегда был такой?
— А ты всегда приходишь в чужую комнату без трусов?
Она слегка дернулась. Но улыбнулась. И не ответила.
— Видел у тебя под кроватью старый фотоаппарат, — сменила тему. — Умеешь снимать?
— Иногда.
— Покажи. Только... так, чтобы это было по-настоящему.
Я молчал. Она сидела, закусив губу, будто случайно. И снова взгляд. Длинный. Тот, после которого ты либо уходишь, либо хватаешь за запястья.
Я встал. Не сказав ни слова. Подошёл. Навёл объектив на неё. Сделал щёлк. Снова.
— У тебя глаза злые, — сказал я.
— Ты сам — злой.
— Ты хочешь, чтобы я…
— Я ничего не хочу, — перебила она, вставая. — Просто… скучно тут. Слишком скучно.
Она вышла. Дверь осталась приоткрытой. И в этом — снова было всё.
— --
День выдался жаркий. Дом плавился в тишине, окна были распахнуты, и сквозняк играл с дверями и шторами. Я вернулся с пробежки — вспотевший, раздражённый, злой без причины. Она стояла на кухне, с бокалом воды, босая, в обрезанной рубашке. Пупок открытый, бёдра в тени. Всё выглядело так, будто это сон, который кто-то пытается превратить в ловушку.
— Ты, кажется, потерял футболку, — сказала она, бросив взгляд.
— Ты, кажется, опять влезла в мой шкаф. Это моя рубашка.
— Твоя теперь? Странно, на мне она смотрится лучше.
Я прошёл мимо. Она осталась стоять. Через несколько секунд подошла ближе. Поставила бокал рядом с моим телефоном.
— Я помыла твой стакан. Не благодари.
— Ты стала чересчур… хозяйственной.
— А ты стал чересчур грубым. Не нравится, когда тебя раздевают глазами?
Я обернулся. Взгляд в упор. Молча.
Она не сдвинулась.
— У тебя мурашки, — сказал я.
— У тебя — напряжённая челюсть, — парировала она.
Я сделал шаг к ней. Она не двинулась. Встала ближе. Прямо впритык. Наши тела почти соприкоснулись.
— Тебе нужно переспать с кем-то, — сказала она. — Просто, чтобы скинуть напряжение. Найди кого-нибудь. Где угодно. Только не пытайся делать это взглядом на моей кухне.
Я чуть не рассмеялся.
— Ты говоришь это, стоя полуголая, в моей рубашке?
— А ты слушаешь, стоя
Порно библиотека 3iks.Me
644
24.05.2025
|
|