Деревенские уроки любви.Последствия- Читать онлайн

это.

Дед уже заголил дряблую попку соседки и приложив немного усилий всё-таки просунул свою ладонь ей между ног. Его пальцы проникли в уже растревоженное старое лоно и орудовали там, доводя женщину до изнеможения.

Клава вполголоса что-то выдавливала из себя, наверно просила прекратить. Но совсем скоро затихла, потом стала издавать похожие на стоны звуки или плачь, и в конце концов начала стонать всё громче. Через небольшой промежуток времени старушка вскрикнула и обмякла. Дед воспринял, видимо, её возглас и состояние, как сигнал к действию. Он тут же растегнул брюки и вывалил из них своё хозяйство, оно было намного больше чем у внука, затем не теряя времени, сразу же, приставил своё достоинство к разгорячённому лону, поводил головкой по её старым половым губам и напирая на Клаву с ходу вогнал своё орудие в её заранее подготовленное для вторжения влагалище.Соседка подалась под напором свёкра, и застонала под ним.

Судя по тому, как ревностно и грубо, дед имел соседку, скорее всего в отместку той за упрямство, и несговорчивость, и внука, он очень ее хотел.

Распаляясь всё больше, трахая старую соседку, дед будто помолодел и скинул не один десяток лет. Он так усердно трудился над соседкою, которая была ровесницей его жены , что войдя во вкус забыл про всякую осторожность.

— Я думала у тебя уже не стоит...

— Молчи, старая развратница! — прорычал я, входя в неё резко. Я двигался грубо, мои бёдра бились о её, стол скрипел, её сиськи шлёпались о дерево, посуда звенела. Её крики, хриплые, полные боли, разносились поспальне, её тело дёргалось, но я держал её, мои руки сжимали её бёдра, оставляя красные пятна.

Я драл её, мои движения были тяжёлыми, грубыми, её пизда увлажнилась, обхватывая меня, а её крики смешались с хрипами. Она билась, её ногти рвали мою кожу, но я чувствовал, как её тело поддаётся, как её бёдра дрожат.

Она хрипела, её лицо пылало, пот стекал по её вискам, а глаза были полузакрыты. Я чувствовал, как её пизда сжимает меня, как её тело дрожит, и вдруг её стоны изменились — тише, глубже, почти против её воли. Она кусала губы, её пальцы сжали стол, и я понял — ей нравится. Клава, стиснув зубы, думала, как её тело предаёт её: боль жгла, унижение резало, но жар внизу, этот проклятый кайф, пробивался, и она ненавидела себя за это. Её пизда запульсировала, она ахнула, её бёдра дрогнули, но я остановился, не давая ей кончить — годы не пускали меня дальше, оргазм не шёл.

Я выдернулся, тяжело дыша, пот заливал глаза, спина резала, как ножом.



Клава лежала, её сиськи вздымались, пот стекал по ложбинке между ними, а пизда блестела, мокрая и сочная. Я посмотрел на её зад— пышную, с ямочками, блестящую от пота, и похоть вспыхнула снова. Вчера внук драл её там, и я хотел того же. На столе стояла банка с маслом, воняющая травами. Я зачерпнул, смазал её анус, мои пальцы скользили по её коже, а она ахнула, её тело напряглось, она рванулась.



— Нет, Пётр, не надо! — заорала она, её голос сорвался, она билась, её руки молотили стол, ногти ломались, оставляя борозды. — Больно будет, у тебя большой умоляю, не смей!

— Заткнись! — рявкнул я, придавливая её, мои колени вдавили её бёдра, не давая шевельнуться. — Хочешь, чтоб я всем растрепал? Терпи!

Я вошёл в неё медленно, её анус был тугим, горячим, как угли, она закричала, её голос разнёсся, полный боли:

— Пётр, больно! Хватит, сволочь, остановись!

Её крики резали, слёзы текли по её щекам, пот смешивался с ними, а её тело дрожало, как у загнанного зверя. Я двигался, мои бёдра шлёпали о её попу, масло хлюпало, её сиськи тёрлись о стол, соски оставляли влажные следы. Её седые волосы липли к спине,, а крики переходили в хрипы, полные муки. Я сжимал её бёдра, мои пальцы впивались, оставляя синяки, и вбивался, чувствуя, как её анус сжимает, как её боль гудит в её голосе.

— Ори, Клав, — хрипел я, шлепки эхом разносились, пот заливал глаза. — Никто не услышит!

Её крики слабели, она хрипела, её тело дрожало, слёзы текли, а рука, ослабев, упала на стол. Я чувствовал, как её анус пульсирует, как её жар жжёт, и похоть, наконец, накрыла меня. Я кончил, мои слабые струйки, горячие, излились в неё, и я зарычал, мои колени подкосились, я рухнул на неё, хрипя, как дохлый конь. Она ахнула, её тело дрогнуло, но она не кончила — боль задавила всё, её лицо было мокрым от слёз.

Я отступил, ноги дрожали, рубаха липла к спине, дыхание сипело. Клава лежала на столе, её тело блестело от пота, сперма и масло стекали по её бедру, оставляя липкий след на бледной коже. Её глаза были закрыты, губы дрожали, кофта висела лохмотьями, платок валялся на полу.

— Взял своё, вали.И не кому не говори.

— Не скажу, — прорычал я, застегивая штаны, голос тяжёлый, как гиря. — Но теперь будешь нас с пацаном обслуживать. Вечером жди, или завтра, но мы придём.

Она молчала, её глаза открылись, полные злости и страха. Я вышел, дверь скрипнула, утренний воздух хлестнул по морде, остужая. Я поплёлся домой, спина ныла, в груди было пусто — стыд за её слёзы, за грубость, но и власть, как в молодости. Внук спал, не ведая, что я

Порно библиотека 3iks.Me