Деревенские уроки любви.Примерения- Читать онлайн

и она застонала, хрипло, почти зверино.

— Пётр… — выдохнула она, её голос был полон боли и кайфа, её руки вцепились в простыню.

Я двигался, грубо, мои бёдра шлёпали о её попу, звук разносился, как удары кнута. Её сиськи подпрыгивали, тёрлись о кровать, соски оставляли влажные следы, её пот стекал по ложбинке между грудями. Кровать скрипела, грозя развалиться, её стоны гудели, смешиваясь с моим хрипом. Я чувствовал, как её пизда сжимает меня, как она течёт, как её тело предаёт её. Она думала, стиснув зубы: «Господи, как я могу кончать от этого хрыча?». Но её стоны выдавали — она тонет в кайфе, хоть стыд режет её, как нож.

Я схватил её за волосы, потянул, её шея выгнулась, она ахнула, её глаза, полные жара, встретились с моими в зеркале. Я вбивался, шлепки гремели, её попа дрожала, сперма пацана текла по её бёдрам, смешиваясь с её соками. Мой большой палец скользнул к её анусу, я размазал сперму, тёплую, липкую, и вставил палец. Она сжалась, её пизда стиснула меня, как тиски, она вскрикнула:

— Пётр… не надо…туда больно!

— Только палец, — хрипел я, пот заливал глаза, спина трещала. —Слово я держу, расслабься.

Она выдохнула, её тело обмякло, стоны вернулись, глубокие, почти звериные. Я бурил её пизду, палец тёр её анус, её жар, её соки, её сжатие — всё сводило с ума. Через десять минут она заорала, её тело затряслось, пизда запульсировала, сжимая меня, и она кончила, её крик был хриплым. Я не сдержался — её кайф, её жар, её стоны — и кончил, мои слабые струи, горячие, излились в неё, смешиваясь с её соками. Я рухнул на неё, хрипя, как дохлый конь, спина резала, лёгкие горели.

Клава лежала, её тело дрожало,



пот стекал по её спине, сперма — моя и пацана — текла из её пизды и ануса, липкими ручьями по бёдрам, пачкая простыню. Она дышала тяжело, глаза были закрыты, губы шевелились, будто она молилась или проклинала себя.

Внук смотрел, его хер снова торчал, тонкий, но готовый, блестящий от пота. Клава открыла глаза, заметила, её губы дрогнули в усталой улыбке.

— Внучек, ещё раз? — хрипло спросила она, кивая на его хер. — Вижу, твой дружок не угомонился. Иди ко мне, колени болят раком стоять.

Она легла на спину, раскинув бёдра, её пизда блестела, мокрая, полная нашей спермы, соки текли, пачкая кровать.



Пацан лёг на неё, его хер скользнул в её лоно, он ахнул, чувствуя тепло, липкость, чужую сперму. Он двигался, неловко, но быстро, его бёдра шлёпали о её, звук был влажным, хлюпающим. Клава схватила его за зад, её ногти впились в его ягодицы, задавая темп, её пальцы сжимали, отпускали, будто она трахала себя им.

— Вот так, мальчик, — хрипела она, её голос был страстным, но усталым. — Побалуй соседку, давай.

Я смотрел, мой хер не вставал — годы брали своё, — но картина возбуждала: пацан, молодой, вбивается в старуху, её сиськи колыхаются, соски трутся о его грудь, её стоны гудят, как пчёлы. Разница в возрасте не смущала, а заводила, её опыт, её жар, её власть над ним.

— Возьми сиську в рот, соси, — прохрипела она, её голос дрожал, пот стекал по её шее.

Пацан припал к её груди, его губы сомкнулись на соске, тёмном, твёрдом, и она застонала громче, её руки сжали его зад, ногти оставляли красные полосы. Она двигала его, её бёдра поднимались, встречая его толчки, её пизда хлюпала, соки и сперма текли, пачкая кровать. Она думала: «Я в своем возрасте с обома, как старая шлюха». Через пять минут пацан зарычал, его тело затряслось, он кончил, его сперма, смешалась с моей, и Клава ахнула, её пизда запульсировала, она кончила, её крик был слабым, но искренним. Пацан рухнул на неё, его хер медленно выскользнул, сперма текла, липкая, белая, по её бёдрам.

Мы лежали, тишина звенела, только кровать поскрипывала да сверчки трещали за окном. Клава дышала тяжело, её тело блестело, пот стекал по ложбинке между грудями. Я встал, спина трещала, начал собираться, рубаха липла к спине. Внук, красный, молча натянул штаны, его глаза были мутными, полными смятения.

Клава приподнялась, её голос был хриплым, усталым, но с горькой искрой:

— Что ж ты, Пётр, раньше на чай не заходил? Столько лет одни, могли б… скрасить.

Я ухмыльнулся, стыд за утро ушёл, осталась только похоть и власть.

— Сам себя корю, — буркнул я, голос тяжёлый. — Думал, мне секс не нужен, а тут ты, твоё тело, пацан… Мой хер ожил.

Она улыбнулась, слабо, её глаза блестели, но в них мелькнул страх — что, если деревня пронюхает?

— Завтра жди нас, — сказала она, но голос дрогнул, будто она боялась своих слов. — Зайдёте… но, Пётр, никому ни слова.

— Обязательно, — прорычал я, щурясь.

Мы вышли, ночь была холодной, звёзды горели, деревня спала. Внук молчал, его шаги были тяжёлыми, но я видел, как он косится на меня — то ли с ревностью, то ли со страхом. Где-то вдали залаяла собака, и я подумал: не видел ли кто? Клава была нашей, но надолго ли?

Порно библиотека 3iks.Me