— пути назад больше нет.
День тянулся вяло и тягуче. В доме стояла тишина, нарушаемая лишь скрипом половиц и редкими вздохами. После утреннего разговора и бешеного, почти болезненного секса на кухонном столе между Алёной и Николаем повисло странное, гулкое напряжение.
Алёна переоделась в короткий лёгкий сарафан, тонкие бретельки которого постоянно спадали с плеч. Ходила по дому на босу ногу, будто не находя себе места. То вытирала пыль на полках, то переставляла тарелки на полке.
Николай сидел на веранде с банкой пива, глядя в сад, но мысли витали совсем не о погоде. Перед глазами всё снова и снова вставали сцены прошедшей ночи. И одна мысль свербела: что будет вечером?
Внезапный скрип калитки заставил обоих вздрогнуть.
На тропинке появился Семён. В одной руке он нёс пару бутылок пива, в другой — ключи от сарая. Вид у него был почти небрежный, но взгляд... взгляд цеплял.
Он не спеша поднялся по ступенькам веранды, бросил короткий взгляд на Алёну, словно невзначай зацепив её загорелые бёдра, открытые подолом сарафана.
— Привет, соседи, — произнёс хрипловато. — Пива не хотите? День сегодня жаркий, сам еле живой.
Голос у него звучал ровно, буднично, но в глазах таилась всё та же тёмная искра.
Николай посмотрел на него спокойно, но губы чуть дрогнули.
— Давай. Проходи.
Семён поставил бутылки на стол. Краем глаза он скользнул по Алёне. Та стояла у входа в дом, одной рукой держась за косяк. Сарафан был чуть приподнят — ветерок приподнял подол, открывая гладкие бёдра.
— Привет... — тихо отозвалась она, взгляд старалась держать нейтральный, но голос предательски дрогнул.
Семён уселся напротив Николая, открыл пиво. Пара глотков — и тишина.
Николай пил медленно, чувствуя, как между ними снова сгущается воздух.
Семён поставил бутылку, провёл пальцем по горлышку, убирая каплю пены.
На секунду задержал взгляд на блестящих каплях, потом лениво скользнул глазами по Алёне — по её открытому плечу, по бёдрам, приоткрытым подолом сарафана.
— Думаю, вечером можно не мудрить, — проговорил он, голос звучал хрипло, будто специально ниже. — Соберёмся у меня. По-простому. Без карт. Без официоза. Для себя...
Он сделал глоток, облизал губы.
Алёна затаила дыхание. Пальцы невольно сжали край сарафана.
Николай отпил пива, медленно поставил бутылку на стол. В голосе прозвучала спокойная, почти лениво-ироничная нотка:
— А может... у нас? Чего туда-сюда бегать. Стол накроем, места хватит. Свои же.
Он скользнул взглядом по Семёну, тонко улавливая напряжение, что вдруг легло в воздух.
Алёна сидела молча, сердце стучало так, что казалось — сейчас выскочит наружу.
Алёна сидела молча, сердце стучало так, что казалось — сейчас выскочит наружу.
Николай сделал ещё глоток пива, покатал бутылку в пальцах.
— А Толян? — небрежно спросил он, взгляд по-прежнему оставался спокойным, но в глубине блестела настороженность. — Тоже будет? Или как?..
Семён чуть прищурился, хмыкнул.
— Меня, думаю, хватит... — проговорил он медленно, чуть протягивая слова. В голосе скользнула едва заметная усмешка.
Он скользнул взглядом по Алёне. Та не выдержала и опустила глаза, пальцы крепче сжали подол сарафана.
Семён поднялся, провёл ладонью по рубашке, словно расправляя складки.
— Ладно... Не буду мешать. До вечера, — произнёс он, не глядя уже на Николая, взглядом словно поглощая Алёну.
— Ладно... Не буду мешать. До вечера, — произнёс он, не глядя уже на Николая, взглядом словно поглощая Алёну.
Он медленно развернулся, спустился с веранды. Скрип калитки — и тишина.
Алёна всё ещё сидела, будто приклеенная к стулу. Сердце стучало в ушах.
Николай поставил пустую бутылку на стол, встал, потянулся. Несколько мгновений он просто смотрел на жену.
— Пойдём... — тихо сказал. — Надо собраться.
Алёна подняла на него глаза — в них плыла смесь тревоги, желания и чего-то ещё, неоформленного.
— Да... — прошептала она, вставая. Колени дрожали.
Они прошли в дом.
В спальне висела томная полутьма. Занавески были чуть прикрыты, но сквозь щели пробивались полосы света. Пыльные лучи ложились на кровать, на комод, на зеркало в полный рост.
Алёна молча открыла шкаф, стала перебирать вешалки. Платья скользили под пальцами — одно за другим.
— В чём... мне быть?.. — голос дрогнул. Она не оборачивалась, но чувствовала за спиной взгляд мужа.
Николай подошёл ближе. Обнял её сзади, ладони легли на талию.
— Так, как тебе... комфортно. Но... — он чуть склонился к уху. — Я хочу, чтобы ты нравилась себе. И... чтобы он видел.
Алёна вздрогнула от этих слов. Пальцы замерли на лёгком платье — чёрное, почти прозрачное, с тонкими бретельками и глубоким вырезом. Без белья под ним оно оставляло мало простора для воображения.
— Это?.. — спросила тихо, будто проверяя границы.
Николай кивнул, не отпуская.
— Да. Если... ты готова.
Алёна глубоко вздохнула. Тело уже горело изнутри. Она медленно сняла сарафан, осталась обнажённой. Молча достала чёрное платье, накинула на плечи. Ткань прилипла к коже, холодя соски, которые моментально затвердели.
Николай смотрел, не отводя взгляда.
— Шикарно... — проговорил он хрипло. — Он с ума сойдёт.
Алёна покраснела, но в глубине глаз мелькнула искорка.
— А ты?.. Ты сможешь... смотреть?.. — спросила она почти шёпотом.
Николай провёл ладонью по её бедру, подол платья чуть приподнялся.
— Смогу. Потому что ты — моя.
Алёна дрожащими пальцами поправила волосы, посмотрела в зеркало. Её дыхание участилось — в отражении стояла другая женщина. С распахнутыми глазами, с горящей кожей.
— Тогда... ждём гостей, — выдохнула она.
Николай усмехнулся, провёл пальцем по её спине.
— Да. Ждём...
В доме снова повисла напряжённая тишина. Стрелки часов тянулись к вечеру.
Вечер опускался на дачу медленно, как густой мёд. Воздух стал тёплым, чуть липким. В саду
Порно библиотека 3iks.Me
1396
06.06.2025
|
|