Любя Синди- Читать онлайн

Думаю, это было неизбежно. Любовь, которой мы с Синди научились делиться. Мы были близнецами, рождёнными и воспитанными как... просто дети. Мама, благослови её; скучаю по ней, умерла, давая нам жизнь. Папа был сломлен её смертью и воспитывал нас бессистемно — иногда да, часто нет.

Мои ранние воспоминания:

Папа на полу. Спит? Нет, бутылка у его руки опровергает версию про усталость. Синди берёт его за одну руку, я, Ли, — за другую. Тащим его. Тянем его. Кряхтя от нашей детской нехватки сил.

«Толкай... Синди, тяни! Давай положим его на кровать, и пойдём искать еду».

Непростая задача.

Еда? Это значит - убить кролика. Папа, благослови Бог его душу, выращивал кроликов. Он продавал мех, а мы съедали кроликов. Как и кур, которые у нас тоже были... Сало на сковороде и очень хрустящая поджаренная корочка. Курица или кролик? Иногда курица, иногда кролик.

Однажды кролики закончились. Нам было двенадцать, и папа отсутствовал уже несколько месяцев. Я научился ловить кроликов, обнаружив, что они такие же чертовски тупые, как куры. Мы ели кроликов и всякую всячину из сада, выросшую дикой. Посаженную ещё мамой, о которой позаботился Бог.

Потом папа вернулся. Измождённый, бородатый, со шрамами на ногах.

— От кандалов, — объяснил он.

Папа заботился о нас? Нет, это мы заботились о папе. Мы любили его, и мы уверены, что по-своему он тоже любил нас. Каким-то образом мы понимали, что он любил маму и теперь медленно умирал без неё. Он любил нас, но мы не были мамой.

У нас была дойная корова по имени Бесси, и я с шести лет её доил. Именно молоко, вероятно, спасло нам жизнь. Когда Бесси умерла, нам было по тринадцать. Ночью я прошёл десять миль до фермы Ааронсонов и в темноте украл одну из сотен их дойных коров. Мы назвали её тоже Бесси. Мы думали, что всех дойных коров зовут Бесси.

— Синди! Никогда, никогда не выпускай Бесси днём.

Я думал, что все коровы выглядят одинаково, и потому мы можем потерять её. Синди тоже так думала.

Мы следили за чистотой. У меня сохранились некоторые воспоминания о том, как мы были маленькими, а у папы было меньше бутылок. наполнить Корыто наполнялось горячей водой из дровяной печи, затем надо было смягчить — да, я с малолетства знал это слово, как и многие другие — горячую воду холодной из-под насоса. Ванну мы принимали вместе, Синди и я. Нам было по восемь, и мы были просто детьми. Когда стукнуло двенадцать, мы были мальчиком и девочкой... Но все ещё оставались просто детьми.

Нам исполнилось по шестнадцать в тот год, когда папа ушёл навсегда. Хотя прошло два года, прежде чем мы с Синди наконец согласились, что он действительно ушёл навсегда. Теперь Синди смущалась и отворачивалась, когда мылась. От её смущения мне было неловко и после этого я стал делать вдвое больше работы, наполняя две ванны. Видите ли, я всегда любил Синди.

Когда мне было пять, папа научил меня читать. Я читал всё подряд. Я читал этикетки папиных бутылок. В шесть лет я знал разницу между терновым и обычным джином. Мне пришлось самому научить Синди читать, потому что папа сказал, что девочкам не нужно знать грамоту. Но я любил Синди и хотел поделиться с ней своим умением. Мы часами рассматривали этикетки ржаного виски и бурбона – искали таинственное, неуловимое различие. Иногда папа думал, что бутылка пуста, но это было не так... Синди и я делились друг с другом. Нам больше всего нравился терновый джин.

И вот настал этот день. Конечно, мы не знали, что это был именно тот день. Папа уехал, «... чтобы найти работу». Иногда он отсутствовал неделю. Мы отмечали каждый день на календаре John Deere. Иногда ждали его месяц. Мы сохранили все эти старые календари. Они рассказывали нам о нашем папе. Как долго его не было. Когда он вернулся.

На этот раз, он отсутствовал со Дня независимости до Дня труда... Самый длинный срок из всех. Прочитав календари (наш бедный фермерский альманах), мы решили после разговоров, рассуждений, споров, что папа ушёл... навсегда. Но мы ещё долго ждали его после этого.

На чердаке амбара мы нашли коробку с книгами. Мамиными книгами. Эклектика. Джон Донн. Платон. Собрание сочинений Шекспира. Старая и потёртая Библия, с теперь уже бессмысленными именами в начале, но полная странных, загадочных историй. Чосер — орфографически беспорядочно, но если проявить терпение, то замечательные истории. Поэзия: Вордсворт и Дикенсон. Книги чудес. Книги, которые потрясали воображение. Книги матери. Драгоценные и требующие прочтения.

Я был прагматичен, Синди была поэтична. Мы разговаривали, мы спорили. Я нашёл книгу папы о садоводстве. Синди нашла банку на верхней полке, полную монет и бумажных денег. Я прошёл пятнадцать миль до города, улыбнулся мистеру Брауну и на его вопрос ответил:

— Да, с моим отцом всё в порядке.

Я вернулся с семенами и сардинами. Я вернулся с тканью и конфетами.

Однажды ночью я принимал ванну в грязной воде после Синди — да, я иногда ленился — когда вошла Синди. На ней была потёртая хлопковая ночная рубашка мамы, которая стала от времени почти прозрачной. Я стоял в ванне, гордясь своим поджарым, крепким телом. Она посмотрела на меня и покраснела. Я понял её чувства, узнав про это из книг, но для Синди они были в новинку.

Она уставилась на меня... Мой член затвердел. Я ничего не мог с

Порно библиотека 3iks.Me