стоявшей на коленях, и грубо схватил её за подбородок, заставив поднять взгляд.
— Моя очередь, красотка, — прохрипел он, проводя головкой своего члена по её опухшим губам. Запах был резким, смесью пота и возбуждения, от которого Алёна невольно сморщилась.
Но вместо сопротивления её тело ответило предательской волной тепла. Внутри всё сжалось — не от страха, а от азарта. «Хочешь доказать, что ты лучше? Получи», — мелькнуло в голове. Она резко притянула его за бёдра, впиваясь ногтями в кожу, и без прелюдий взяла в рот.
Толян ахнул, не ожидая такой напористости. Алёна работала губами, словно хотела выжать из него каждую каплю, — медленно, методично, с расчётом, который заставил бы покраснеть даже опытную шлюху. Её язык скользил по жилам на стволе, выискивая чувствительные точки, а пальцы сжимали яйца, то усиливая, то ослабляя хватку. «Пусть запомнит, как его никто не ласкал», — она намеренно задержалась на уздечке, закручивая вокруг неё кончик языка, и Толян дёрнулся, едва сдерживаясь.
— Охрене… — он выругался, впиваясь пальцами в её волосы. — Да ты… профессионалка…
Алёна лишь глубже проглотила его, чувствуя, как головка бьётся о горло. Слюна стекала по подбородку, смешиваясь с потом на его животе. Она знала, что делает — каждый звук, каждый стон Толяна подтверждал её власть. Её свободная рука скользнула между собственных ног, нащупала вздувшийся клитор и начала тереть в такт движениям головы.
Она втягивала щёки, создавая вакуум, одновременно массируя яйца круговыми движениями. Толян застонал, его колени затряслись:
— С-сейчас… чёрт…
Но она резко остановилась, вытащив член до самого кончика. Губы сомкнулись вокруг головки, язык закрутил вихрь, а пальцы сдавили основание. Толян завыл, пытаясь втолкнуть себя обратно, но Алёна отстранилась, оставив его на краю.
Она улыбнулась, проводя ногтем по его напряжённому животу:
— Терпение. Хочешь кончить — заслужи.
И снова взяла его в рот, уже нежно, как художник, доводящий мазки до совершенства. Каждое движение было выверено — то глубокие погружения, то лёгкие покусывания, то вибрации языка, от которых Толян дёргался, как марионетка. Её собственная киска пульсировала, пальцы стали мокрыми, но она не останавливалась. «Пусть Сёма видит… Пусть Коля знает… Я могу быть чьей угодно — но только на своих условиях».
Когда Толян наконец кончил, она не отпрянула. Глотая густую горечь, Алёна смотрела ему в глаза, будто бросая вызов. Его сперма стекала по уголкам губ, как трофей, а тело её сотрясали мелкие судороги — она кончила вместе с ним, незаметно, тихо, но яростно.
— Ну и… — Толян отшатнулся, поправляя шорты дрожащими руками. — Ты… это…
Она вытерла рот тыльной стороной ладони, не сводя с него взгляда. В её улыбке не было ни стыда, ни триумфа — только холодная уверенность хищницы, доказавшей, что даже в унижении она диктует правила.
Семён встал, его член, всё ещё напряжённый и блестящий от влаги, подрагивал в такт тяжёлому дыханию. Он подошёл к Алёне, не скрывая взгляда, скользящего по её обнажённым бёдрам.
— Хватит цирка, — хрипло бросил он, кивнув в сторону дома. — Пойдём туда. Доиграем... по-нормальному.
Его ладонь легла на её поясницу — не приказ, но и не просьба. Алёна знала, что за дверью не будет карт, только матрас с продавленными пружинами и запах старого белья. Она кивнула, чувствуя, как её собственная влага стекает по внутренней стороне бёдер.
— Я... э-э.., немного... — Толян потёр лысину, его член уже обмяк, свисая как перезрелый плод. — Позже зайду...
— Не спеши, — Семён обернулся на пороге, перекрывая вход телом. — Без тебя разберёмся.
Почти бегом Алена и Семен зашли в дом, сразу направившись в спальную. Алена легла на кровать. Семён шагнул вперёд, его тело, покрытое седыми волосами, отбрасывало тень на Алёну. Она не отводила взгляда от его члена — багрового, пульсирующего, с каплей преякулята, дрожащей на прорезях вен. Её собственные бёдра сами раздвинулись шире, обнажая розовую щёлочку, вздувшуюся от желания. Клитор подрагивал, будто второе сердце, выбивающее ритм в унисон учащённому дыханию.
— Доиграем?.. — выдохнула она, хватая его за запястье и прижимая ладонь к своей груди. Соски, твёрдые как ягоды можжевельника, впились в его шершавую кожу.
Семён глухо засмеялся, пальцы скользнули вниз по её животу, смазанному влагой.
Он упал на колени, вжав лицо между её бёдер. Язык, шершавый и горячий, прочертил от ануса до клитора, заставив её выгнуться дугой. Алёна впилась пальцами в спинку кровати, слыша, как дерево скрипит под её хваткой.
— Да! — её крик эхом отозвался в пустой комнате. — Именно там...
Семён повторил движение, теперь с добавлением пальцев — два вошли в неё легко, как в растопленное масло. Он выгнул их крючком, нащупывая губчатую ткань передней стенки. Алёна закусила губу, пытаясь сдержать рвущийся из горла стон, но тело предало её — влага хлынула ручьём, заливая его подбородок.
— Вся измучилась без этого, да? — он поднял лицо, блестящее от её соков. — Муженёк-то твой...
— Заткнись, — она рванула его за волосы, заставляя подняться. — Трахай, а не болтай.
Его член вошёл с первого толчка — глубоко, до матки. Алёна обвила ногами его поясницу, пятки впились в ягодицы. Каждое движение выбивало из неё хриплый стон, смешанный с лязгом пружин.
Семён начал двигаться — мощно, уверенно, задавая темп, от которого у Алёны вырывался каждый вздох. Его член, толстый и твёрдый, заполнял её до предела, и с каждым толчком глубже вонзался в раскалённую плоть. Алёна чувствовала, как каждая выпуклость вен прочерчивает
Порно библиотека 3iks.Me
6998
14.06.2025
|
|