Жаркое лето на троих (Полная версия)- Читать онлайн

в голове, и почему-то это вызвало странное разочарование.

— А-а-а... — Николай закинул голову на спинку дивана, его пальцы впились в её плечи.

Она знала его тело слишком хорошо: лёгкие круговые движения языком под головкой, затем быстрые покачивания вверх-вниз — и он уже хрипел, бёдра дёргались в попытке сдержаться.

— Я... сейчас... — он предупредил, но Алёна лишь глубже взяла его, желая, чтобы это закончилось быстрее.

Тёплая горечь заполнила её рот. Николай кончил за пару минут, его тело обмякло, а пальцы дрожали в её волосах. Алёна медленно поднялась, вытирая губы. В тишине комнаты только слышалось его тяжёлое дыхание.

Алёна целый день ходила по дому, не находя себе места. Мытьё полов, перестановка вещей, поливка цветов — всё только чтобы отвлечься. Но мысли всё равно возвращались к утру. К тому, что было у Семёна. А Николай делал вид, что ничего не случилось. Всё было как обычно. Только тишина между ними стала другой.

К вечеру запах малины донёсся с улицы. Алёна стояла у окна, прислушиваясь.

— Пойду посмотрю, как пирог, — тихо сказала она, почти сама себе.

Николай, задумчиво на нее посмотрел, но ничего не ответил. Просто кивнул.

Она перекинула через плечо шарф и вышла. Он смотрел ей вслед, не двигаясь. В комнате повисла тишина, и в ней чувствовалось всё: и разрешение, и ожидание, и то, что будет дальше.

***

Дверь дома Семёна была приоткрыта, будто ждала её. Внутри пахло горячим тестом, малиновым вареньем и чем-то глубоким, плотным — его потом, кожей, мужским теплом.

— Заходи, — раздался из кухни его голос, хриплый от печного жара. — Как раз достаю.

Алёна замерла на пороге. Семён стоял у печи, его спина, покрытая мокрой от пота рубахой, напряглась, когда он наклонился за противнем. Мускулы играли под тканью, и она невольно вспомнила, как эти руки держали её сегодня утром.

— Николай... — начала она, но слова застряли в горле. Что она хотела сказать? «Он разрешил»? «Он знает»?

Семён молча поставил дымящийся пирог на стол, даже не обернувшись.

Кусочек малины вытек из пирога и закапал на стол, как кровь из царапины. Алёна машинально поднесла палец к липкой лужице, но Семён вдруг резко обернулся и поймал её запястье.

— Не торопись, — он поднёс её палец к своим губам, слизнув каплю варенья. — Сначала поговорим. — Ты пришла за пирогом... Или за продолжением?

Алёна не ответила. Она смотрела на его губы, всё ещё блестящие от варенья, и чувствовала, как внутри снова накатывает тот самый жар — не столько физический, сколько неуправляемый. Тот, что не глушится разумом.

— Я не знаю, зачем я здесь, — сказала она наконец, почти шёпотом.

Семён не отпустил её запястье. Его пальцы были тёплыми, крепкими, как и утром. Он смотрел на неё долго, изучающе.

— Знаешь, — ответил он. — Просто боишься сказать.

Алёна ничего не сказала. Только стояла, опустив глаза, будто ждала, чтобы решение за неё принял кто-то другой.

Семён смотрел на неё ещё пару секунд, потом молча подошёл ближе, взял её за руку. Крепко, но без грубости. Алёна не сопротивлялась. Просто пошла за ним — шаг за шагом, через коридор, вглубь дома.

Он открыл дверь в спальню. Здесь пахло деревом, постельным бельём и чем-то мужским — табаком, кожей, тишиной. В этой комнате было темнее. Окна выходили в другую сторону — туда, где не видно их с Николаем дома. Он закрыл за ней дверь и отпустил её руку.

Алёна стояла у порога, не двигаясь. Сердце билось где-то в горле. Семён подошёл к кровати, медленно расправил покрывало, как будто готовил место — не только для тела, но и для чего-то большего. Он обернулся, взглянул на неё. В его глазах не было спешки. Только уверенность. И понимание, что сейчас она — не та, что утром. Не та, что пряталась.

— Сюда, — сказал он просто.

И она пошла. Без слов. Без объяснений. Шарф остался на спинке стула в кухне. Пирог на столе остывал. Но ни она, ни он об этом больше не думали.

Семён подошёл ближе, почти вплотную. Он ничего не говорил, только смотрел на неё. Затем его рука потянулась к застёжке сарафана на плече — щёлкнула кнопка. Сарафан медленно соскользнул вниз, обнажая плечи, грудь, живот... и ничего больше. Под ним не было ничего — ни лифа, ни трусиков. Он просто упал к её ногам, оставив её обнажённой полностью. Семён на секунду замер, разглядывая её. В его взгляде не было спешки — только внимание. Он провёл глазами по телу, задержавшись на линии живота, на изгибе бёдер, на внутренней стороне бедра.

Он медленно стянул рубашку через голову, бросил на стул. Затем расстегнул ремень, расстегнул ширинку и снял джинсы вместе с бельём. Стоял обнажённый, не прячась, не торопясь. Алёна смотрела на него, не отводя взгляда. Затем подошла к кровати, легла на спину.

Семён стоял перед ней, полностью обнажённый, и Алёна не могла отвести взгляд от его возбуждённого члена. Он был толстый, с выступающими венами вдоль ствола, головка — тёмно-багровая, слегка блестящая от предвкушения. Его яйца, густо покрытые седыми волосами, тяжело свисали между ног, слегка подрагивая при каждом движении.

Алёна чувствовала, как между её собственных бёдер нарастает тепло. Она раздвинула ноги шире, обнажая влажную, розовую щёлочку, уже приоткрытую от возбуждения. Нежные губы её киски слегка припухли, блестели от выделений, а тёмно-розовый бугорок клитора подрагивал при каждом её вдохе.

Семён медленно опустился на колени перед кроватью,

Порно библиотека 3iks.Me