стройную шею. Она попыталась оттолкнуть его, но нечаянно переместила его волосатую морду ниже, вниз, к своей волнистой груди, где ее протестующие руки стали для него другой, более интересной мишенью.
Длинный, влажный язык Степана облизывал ее декольте, прямо между ее небольшими круглыми шарами.
«О...о!» — воскликнула она. И прежде чем она успела отреагировать, он снова лизнул ее, прямо по чувствительному соску!
— Нет! — воскликнула Елизавета. «Степан! Прекрати! Прекрати это, прямо сейчас!».
Но Степан продолжал, игнорируя ее команды и слабые попытки оттолкнуть его. Он встал на четвереньки и, возвышаясь над ней, начал лизать всю ее грудь.
— Степан. Пожалуйста, остановись! Ты обслюнявишь всю мою грудь. Ты делаешь их мокрыми! Ты делаешь мою..., мою...» Она помолчала и прошептала, как будто кто-то мог ее услышать.
— Ты делаешь мою киску мокрой!
Она не привыкла к таким чувствам возбуждения, и без мужчины, который мог бы осудить и пристыдить ее, она позволила себе снисхождение, чтобы насладиться этими ощущениями, хотя бы на мгновение.
Но ее прежние сексуальные отрицания и постоянные ласки, колени, ласки ее настойчивой собаки, наконец, пробудили в Елизавете давно кипящие страсти. Ее киска покалывала и сочилась! Она схватила свою грудь и сжала ее, и импульсивно придвинула ближе, желая еще больше этих интенсивных ощущений. Ее соски были твердыми и покалывающими! Степан ласкал их, пока его госпожа стонала под ним. Она предложила свою грудь Степану, почти положив ее ему в рот, и снова почувствовала, как его влажный язык скользит, по ее твердым, чувствительным соскам.
— Степа! «Я не могу! Я не должна! Мы не должны! Несмотря на ее слова протеста, ее тело волнообразно двигалось на кровати, вращая бедрами, в то время как Степан продолжал наслаждать ее грудь. Ее тело было в огне! Но затем он наконец остановился, только чтобы лизнуть ее шею и лицо.
«Ты хочешь поцеловать меня сейчас?» — спросила она игриво, с легким намеком на гнев.
— Ты воспользовался моим гостеприимством и теперь хочешь моего прощения?
Но пёс хотел чего-то другого. Он возвышался над ней и обернулся, ища источник ее мускусного аромата.
Пока Степан обнюхал ее живот, Елизавета остановилась в шоке. Тело Степана было близко к ее лицу. Она заглянула под него и уставилась на его член.
Он больше не был скрыт волосатыми ножнами, его твердый, розовый, красный и фиолетовый член торчал над его тяжелыми, свисающими яйцами.
— Боже мой! — выдохнула она. — Боже мой!
Член Степана был блестящим и влажным. Это было долго и тяжело. Это было совсем не похоже на член ее бывшего мужа. Собачий член был заостренным и жилистым. У него была огромная, толстая выпуклость в центре и узловатый узел у основания.
«Степка! Убери эту гадость от меня!» — прошипела она. Елизавета попыталась толкнуть его, но его тело только двигалось слегка, заставляя его длинный, твердый, собачий член раскачиваться взад и вперед. Это было отвратительно! Это было непристойно! Это было... Гипнотизирующе...
Хотя она находила это отталкивающим, вид возбужденного пса повлиял на нее. У нее перехватило дыхание. Она уставилась на него. Она сжала свою скользкую грудь. Она ущипнула себя, за соски и ахнула, когда покалывание перешло прямо от ее сисек к ее киске. Она терлась бедрами друг о друга, стимулируя свою киску.
Степан был сексуально возбужден. И она тоже. Она вдруг поняла, почему мужчины смотрят на нее, почему женщины так нагло флиртуют, и почему животные..., почему Степан..., почему член пса стал твердым и эрегированным.
Пёс нашел источник ее женского мускуса. Он сунул свой нос ей между бедер, разочарованный ее простыми хлопчатобумажными трусиками. Он тыкал и тыкал их носом, как будто пытался сдвинуть ее трусики с дороги, чтобы получить доступ к ее влажному, отвратительному, любовному каналу.
— Нет! — закричала она. «Убирайся оттуда!», Елизавета была ошеломлена. Пёс обнюхивала и тыкала ее самое священное женское место! Она начала трястись ногами.
— Рр...р! Игривое рычание и резкий лай Степана заставили ее немедленно остановиться. Она замерла.
Степан решил, что это приглашение, и продолжал тыкать ее своим холодным, влажным носом. Он терся мордой, о резинку ее трусиков, пытаясь отодвинуть их. Это было почти так как будто он был знаком с женским нижним бельем. Наконец, проявив свою компетентность, он схватил подол ее трусиков на талии и укусил его, чуть не укусив ее.
— Пёс дернул трусики. Он снова дернул. Елизавета почувствовала, как ее трусики растягиваются, и почувствовала прохладный воздух на своей горячей, влажной киске! Опасаясь, что он порвет ей трусики, Елизавета подняла свою задницу с матраса и позволила своей собаке стянуть влажные трусики, до бедер.
Довольный собой, Cтепан сел и улыбнулся ей, тяжело дыша, как будто хотел, чтобы его похвалили.
«Ты..., ты..., ты..., Степан, ты!» — воскликнула Елизавета. Она потянулась, чтобы натянуть трусики обратно, но Степан схватил их, сильно дергая, как будто играл с ней в игру. Она слышала, как они рвались.
— Посмотри, что ты натворил, Степа, — сказала она. «Ты Плохой пёс!».
Степан улыбнулся ей.
«Хорошо, ты хочешь мои трусики? Возьми их!». Елизавета спустила свои порванные, мокрые трусики и стянула их со своих стройных лодыжек, прежде чем яростно швырнуть их в морду псу.
Трусики ударили его и упали на кровать, пёс не обращал на это своё внимание. В этот момент Елизавета поняла, что ее трусики не были тем призом, за которым он так настойчиво гнался.
«Нет!» — сказала она. — Нет, не надо, Степка! Елизавета села, прижала колени к груди и обхватила
Порно библиотека 3iks.Me
4446
20.06.2025
|
|