катать соски между пальцами. Я едва из штанов не выпрыгнул, но вернулась супруга, футболка была возвращена на место, и дочка снова стала примерным послушным ребенком... разве что, соски все равно просвечивали сквозь ткань, будоража мое воображение...
Трахнул жену. Да с таким юношеским пылом, что после она прижалась ко мне словами: «Ты у меня просто зверюга»...
И вот в среду жена собралась в театр. Я его на дух не переносил, поэтому даже речи не шло, чтобы взять меня с собой. А я чуть по потолку не бегал, зная, что сегодня обязательно трахну собственную дочь.
Едва входная дверь, которую я запер на собачку, закрылась за супругой, я едва ли не на крыльях, полетел в девичью спаленку.
И в очередной раз замер в ступоре, на этот раз со знаком «плюс»: дочка стояла раком, попкой к дверям и, прогибаясь в спинке, снова раздвигала половые губки вилочкой пальчиков.
— Пап, - протянула она, выглядывая из-за плеча, - ну что ты так долго? Я уже все извелась без твоего члена! Ты даже не представляешь, какая моя девочка мокренькая!
Я сглотнул, наслаждаясь видом аккуратных складок, прижатых ярко красными ноготками, и ниточкой смазки, свешивающейся с уголка.
— Или сначала ротиком поработать? – вновь раздался серебристый голосок.
— Не надо! – зарычал я.
Мой член, уже приподнявшийся от одних мыслей о теле дочери, мгновенно приобрел полную эрекцию при зрелище, которое я застал.
Быстро освободившись от одежды, я взлетел на кровать и положил ладонь на попку дочери, ощутив гладкость и шелковистость кожи. Несмотря на всю решимость оставался последний грамм сомнений, и я осторожно, словно решаясь, провел головкой по нежным губкам, вызвав вибрирование прогнувшегося стройного тела передо мной.
— Папа, - жалобно пролепетала дочь, - не мучь меня!
И я разом отринул все моральные установки, разом разбив всяческие рамки, разом ворвавшись в тесное влагалище твёрдым до невозможности членом, разом насадил на него покорное моей воле тело.
— О, да! Пап! Какой горячий и твердый у тебя хуй!
Услышать подобное из уст молоденькой, нежной девушки... Ух, в данный момент это освободило меня от оков родственных чувств окончательно, и я, взявшись за стройные бедра, принялся насаживать дочь на свой член, забивая его во влажно всхлипывающую дырочку с размаху, с оттягом.
— О, да! Еби меня, папочка, своим хуем! Еби!
Я превратился в зверя, безжалостно терзающего свою жертву, впрочем, саму поддававшую бедрами навстречу. Иногда я за волосы поднимал Ирину и принимался тискать молодые грудки так, что, наверняка, на них остались красные отметины, или сильно плющил твердые набухшие соски. А дочь стонала, слегка крутя попкой:
— О, как мой любимый толстый хуй ворочается в мой девочке!..
И только дергалась и взвизгивала, если я прилагал чрезмерные усилия к упругим округлостям или шелковистым, нежным бугоркам, явно не привыкшими к такому обращению. Но при этом импульсивно поддавала бедрами назад, вскрикивая:
— Ух! Этот хуй сейчас проткнет мой животик!
Наконец, Ирина простонала:
— Пап, я хочу видеть, как ты меня ебешь!
Я замер в некотором недоумении – что она имела ввиду? Но дочь снялась с отцовского члена и буквально упала на спину, призывно раскрывшись передо мной, без стеснения демонстрируя влажную, уже не закрывающуюся щелочку:
— Папочка, иди скорее ко мне! Возьми свою девочку.
Этот этап был наполнен в основном нежностью. Мы целовались взасос, а я медленно двигался во влажной дырочке, ощущая, как член ребристо входит в узкое девичье влагалище. Иногда я скрючивался и теребил губами и языком нежные, но упруго набухшие соски. Иногда упирался лбом в подушку и ласкал ладонями шелковистую попку.
А иногда дочь пришпоривала меня пяточками, и я, встав на кулаки, принимался наносить жесткие удары – такие, что попка Ирины отрывалась от постели. А сама она, упираясь маленькими ступнями в мои бедра, подмахивала с новыми вскриками:
— Что ты со мной делаешь, пап?.. Как же хорошо, когда ты меня ебешь своим хуем!
Потом опять ласковое обладание друг другом, и наши языки сплетались в нежной схватке. При этом, если я побеждал, то дочь сосала мой язык, словно маленький член...
На следующем этапе я лег на спину, а Ирина, пару раз насадившись ротиком на торчащий вверх член, потом направила его в себя с глубоким удовлетворенным стоном:
— Какой горячий хуй!
И порывисто заскакала на нем, вскрикивая и перебрасывая светлые волосы из стороны в сторону. А я с замиранием сердца наблюдал как подпрыгивают девичьи грудки в красноватых полосках от моих пальцев с пляшущими в разные стороны набухшими сосками.
Не знаю, сколько времени прошло, но в один прекрасный момент я понял, что мне требуется еще больше. Тогда я схватил дочку за милую попку железными крючьями пальцев и принялся поддавать бедрами вверх, с рыком засаживая словно железный кол в податливое влагалище. Ирина даже и не двигалась, упав мне на грудь и вскрикивая при каждом ударе мне почти в ухо:
— Да, сделай это! Кончи своим хуем прямо в мою девочку! Она полностью твоя!
И очень скоро какая-то неправдоподобно сладкая и затяжная струя ударила куда-то глубоко-глубоко в мою дочь. Я почему-то не сомневался, чувствовал, что ей только этого и не хватает для окончательной разрядки. И моя девочка оправдала все мои надежды: она взвизгнула, накачиваемая спермой отца, и забилась на моей груди...
— Юух, - пролепетала она, когда без сил буквально стекла на постель рядом со мной. – Папка, даже не думала, что ты у меня такой брутальный, необузданный самец! Думала потрахаемся для
Порно библиотека 3iks.Me
1055
01.07.2025
|
|