Бар или (как меня трахнули после драки)- Читать онлайн

Меня зовут Никита. У меня лицо, от которого люди морщатся — не от отвращения, а от непонимания. Слишком мягкий овал, слишком нежные черты. Глаза большие, серые, с влажным блеском, будто я только что проснулся или вот-вот заплачу. Ресницы — густые, темные, неестественно длинные для парня. Когда я устаю, под глазами появляются фиолетовые тени, и тогда я вообще становлюсь похож на больную актрису из какого-нибудь старого фильма. Нос небольшой, с едва заметной горбинкой, которая скорее милая, чем мужественная. Губы — вот это отдельная история. Пухлые, розовые, с четким контуром. Когда я нервничаю, я их кусаю, и тогда они становятся еще ярче, будто накрашенные. Волосы светлые, тонкие, до плеч. Если их не убирать, они обрамляют лицо мягкими волнами, делая его еще более округлым и женственным. Я пробовал короткие стрижки — выглядел как переодетая девочка.А еще у меня ямочки на щеках. Они появляются, когда я улыбаюсь, а я почти не улыбаюсь.Тело мое — это вообще отдельный разговор. Плечи узкие, покатые. Ключицы выпирают, будто пытаются прорвать кожу. Грудь плоская, но соски слишком заметные, слишком розовые на фоне бледной кожи. Живот мягкий, чуть впалый, с едва заметной линией, делящей его пополам. А вот бедра... Бедра у меня широкие, округлые, с плавным переходом в полные, выступающие ягодицы. Джинсы вечно жмут в бедрах, но спадают с талии. Когда я иду, ткань натирает внутреннюю сторону бедер, и к концу дня там появляется раздражение. Ноги не худые — в бедрах плотные, с целлюлитом, который проступает, если сжать кожу пальцами. Икры тонкие, изящные, с хрупкими лодыжками, которые так и просятся, чтобы их украсили браслетом.Руки — единственное, что хоть как-то выдает во мне мужчину. Длинные пальцы, выступающие вены, но даже они кажутся слишком изящными, слишком "не мужскими". Учусь на третьем курсе филфака. Не потому что люблю литературу — просто когда подавал документы, в голове была каша из полуночных мыслей и родительских ожиданий. Теперь три раза в неделю бреду на пары, пряча волосы под капюшон, пока одногруппники перешептываются за моей спиной. Живу в общаге, в комнате с треснувшими обоями. На столе — стопка непрочитанных книг, ноутбук с отклеивающейся клавиатурой и пустая чашка из-под кофе. По утрам, пока сосед Игорь храпит за тонкой перегородкой, я крашусь — легкий тон, прозрачная пудра, чтобы скрыть синяки под глазами. Не то чтобы мне нравилось это делать. Просто без макияжа ко мне чаще цепляются взглядами.

Алина — моя девушка. Мы познакомились на первом курсе, когда она приняла меня за новую одногруппницу. Алина учится на журналистике, пишет статьи для студенческой газеты и постоянно пахнет яблочным шампунем. У нее теплые руки и привычка прикусывать нижнюю губу, когда она читает мои черновики.

— Ты пишешь, как затюканный старик, — говорит она, зачеркивая целые абзацы красной ручкой. — Хватит прятаться.

Но я прячусь. Каждую среду Алина приводит меня в кафе возле универа, где подают жидкий капучино. Она заказывает два круассана, один — мне, хотя знает, что я его не съем. Пока она рассказывает о своих статьях, я разламываю выпечку на крошки и смотрю в окно, где прохожие сливаются в серую массу.

— Ты сегодня опять не слушаешь, — вздыхает Алина.

Я киваю, но она уже достает телефон и листает ленту, оставляя меня наедине с моими мыслями и крошками на тарелке. Алина была красива небрежной, дешевой красотой — той, что не скрывает своего происхождения. Волосы, выгоревшие на солнце до медового оттенка, собранные в неаккуратный пучок, из которого торчали рыжие прядки — следы неудачного домашнего окрашивания. Глаза — зеленовато-серые, с темными кругами под ними, будто она вечно не высыпалась. Нос слегка вздернут, на левой скуле — едва заметный шрам от подросткового прыща, который она когда-то разодрала ногтями.Она носила потрепанные джинсы с вытянутыми коленями и майку с выцветшим принтом какой-то забытой группы. На ногах — кеды с отклеивающейся подошвой. Но когда она закусывала нижнюю губу, обнажая чуть кривые клыки, в этом была какая-то дикая притягательность.

— В «Перекрестке» сегодня скидка на коктейли, — сказала она, тыкая пальцем в экран телефона. — Два шота за цену одного.

Я поморщился:

— Ты же знаешь, я не...

— О, да ладно тебе, — Алина фыркнула, закидывая ногу на ногу. Ее кеды болтались на кончиках пальцев, обнажая дырявый носок. — Сидим тут, как два овоща. Хоть куда-то выйдем.

Она не любила тишину. Когда между нами наступало затишье, Алина начинала нервно щелкать зажигалкой или ковырять лак на ногтях. Сегодня она разрисовывала ручкой себе пальцы — какие-то корявые звезды и спирали.

— Я не хочу в бар, — пробормотал я, глядя, как она выводит очередной кривой узор. — После алкоголя я...

— Становишься интересным? — она резко подняла голову, и ее глаза блеснули. — Ну наконец-то.

Я помнил, что было в прошлый раз: разбитая бутылка, мои крики, ее слезы. Но Алина уже встала, швырнула мне куртку — я не успел поймать, и она шлепнулась на пол.

— Одевайся, тряпка, — сказала она без злобы, скорее устало. — Или я пойду одна и найду себе кого-то повеселее.

Это не было угрозой — просто констатация факта. Я поднял куртку, стряхнул пыль.

— Ладно, — вздохнул я. — Но только на час.

Алина усмехнулась, достала из кармана жвачку и сунула ее в рот.

— Конечно, — она разжевала, громко чавкая. — Как всегда.

— Ну что, Никитушка,

Порно библиотека 3iks.Me