Алина сидела за потертой от времени партой в классе зельеварения, где воздух был насыщен терпким запахом ингредиентов и едва заметным дымом от варящихся смесей. Ее длинные, светлые волосы свободно спадали на плечи, обрамляя лицо с мягкими чертами, на котором читалось безразличие, с усталым, задумчивым взглядом. Она машинально переводила слова преподавателя в четкие строки, аккуратно выводимые пером в уже наполовину исписанную тетрадь, одновременно следя за тем, как зелье в ее котле неспешно пузырится, окрашиваясь в насыщенно-розовый оттенок, согласно инструкции.
И казалось, все шло по плану, пока ее перо неожиданно не соскользнуло со стола и не покатилось под стул, заставив нагнуться, потянувшись за ним, теряя бдительность буквально на несколько секунд. Но именно в этот момент, незаметно для нее, произошла подмена содержимого флакона, и исход событий начал разворачиваться в другом русле.
Чуть поодаль, за соседним столом, сидела Влада, девушка с коротким каре цвета вороньего крыла, с острыми чертами лица, взгляд голубых глаз был насмешливым и в то же время внимательным, будто она предвкушала нечто интересное. На ее губах играла почти невинная улыбка, и в тонких пальцах она держала колбу с тем самым зельем, которое предназначалось однокласснице. Не сводя с нее взгляда, выжидала, когда та, ничего не подозревая, сделает роковой глоток.
Вернувшись к работе, светловолосая машинально потянулась за колбой, слегка покрутив ее в пальцах, приподняла к губам и сделала глоток, не ощущая подвоха, хотя ее внимание на миг задержалось на необычайно сладком вкусе с легкой кислинкой, который никак не вязался с составом, что она использовала. И хотя внутренне она отметила это несоответствие, сомнения тут же были отодвинуты в сторону, ведь зелье выглядело вполне стабильно, и ничего опасного она в нем не почувствовала.
Преподаватель закончил занятие, отпустил учеников и, как всегда, первым покинул класс, предоставив студентам возможность собрать свои вещи и уйти.
Собрав свои принадлежности, девушка направилась в сторону общежития, и с каждым шагом, с каждой пройденной ступенью лестницы она начинала ощущать нарастающий жар, медленно поднимающийся от поясницы к груди. Ее щеки залились румянцем, дыхание стало чуть тяжелее, она пыталась обмахнуться тетрадью, как веером, надеясь немного охладиться, но легкий ветерок лишь раздражал кожу, делая прикосновения воздуха почти болезненно-приятными. И чем ближе она подходила к двери своей комнаты, тем отчетливее осознавала, что внутри, в самом центре живота, будто бы завязался тугой узел.
Захлопнув за собой дверь, она бросила тетрадки на стол, собираясь рухнуть на кровать, но не успела сделать и двух шагов, как внезапная волна жара захлестнула ее с такой силой, что ноги подкосились, и она, чуть не потеряв равновесие, облокотилась на стол, сжав бедро рукой, пытаясь унять ощущение, которое нарастало внизу живота, пронизывая изнутри. Дыхание стало резким, грудь вздымалась с каждым вдохом, кожа отзывалась на прикосновение ткани как никогда остро, и каждый миллиметр тела стал болезненно чувствительным, будто ее собственное тело вышло из-под контроля и теперь диктовало свои желания.
— Вот же мразь… — прохрипела она, не в силах больше игнорировать происходящее, и с трудом выровнявшись, направилась к выходу, неуклюже расстегивая верхние пуговицы рубашки, ощущая, как материал раздражает обнаженную кожу, и ярость, вспыхнувшая внутри, мгновенно соединилась с желанием в неуправляемый коктейль, — Убью, блять.
Она уже не сомневалась, чьих это рук дело, имя Ермаковой всплыло в голове само собой, как вывод, к которому не нужны доказательства. Она слишком хорошо знала ее стиль и манеру действовать, и даже находясь в подобном состоянии, где тело подчиняется инстинктам, она была готова разорвать ее голыми руками.
Чем ближе она подходила к ее комнате, тем сильнее становился аромат, витавший в воздухе — он был сладкий, густой, тягучий, проникающий внутрь с каждым вдохом и усиливающий возбуждение до предела. Разум терял ясность, желания стали смазанными, но яркими, как пылающее пламя, которое требовало выхода. И в тот момент, когда она подошла к нужной двери и без стука распахнула ее, перед ее глазами предстала Влада, сидящая на своей кровати, откинувшись назад и опираясь на руки, в домашней одежде, с удовлетворением на лице и той самой улыбкой, в которой читалась насмешка, самодовольство и четкое осознание того, что все идет именно так, как она задумала.
— Что такое, Васильева? — с ленивой усмешкой произнесла младшая, медленно поднимаясь с кровати, опуская ступни на пол, и слегка наклонившись вперед, упираясь руками в колени, глядя на вошедшую девушку с видом человека, который полностью контролирует происходящее, наслаждаясь каждой секундой своего влияния.
Голос прозвучал спокойно, но в нем проскальзывала издевка, скрытая в тоне, во взгляде, в самой позе тела, в том, как слегка приподнялась левая бровь, как на мгновение ее светлые глаза скользнули по декольте девушки.
Светловолосая тяжело дышала, ее грудь поднималась и опускалась рывками, как будто каждое движение воздуха в комнате касалось ее изнутри, пробуждая все тело к жизни и напоминая о том, что зелье, выпитое ею ранее, уже вступило в полную силу. И теперь под кожей словно вибрировало, посылая к мозгу волны пульсирующего желания, с которым невозможно было бороться логикой или волей.
— Что это за зелье было? — сама она стояла, держась одной рукой за край деревянного комода, а другая сжимала подол юбки, будто это могло спасти ее от жара, который начинался где-то глубоко внизу живота и медленно разливался вверх.
— Какое? — голубоглазая склонила голову чуть вбок, ее короткие черные волосы аккуратно легли на скулу, а
Порно библиотека 3iks.Me
777
23.07.2025
|
|