соседка по комнате.
В коридоре стояла Катя. Та, которая всегда говорила, что Алина слишком гордая, слишком упрямая, слишком холодная, та, которую Алина однажды бросила. Та, с которой Влада не просто не ладила, а которую ненавидела, раздражаясь при каждом взгляде, молчаливые стычки и перепалки, которые почти переходили в драку.
Ермакова повернула голову, глядя прямо в глаза Кати, на ее замершую фигуру в проходе, на молчаливый шок, притянула блондинку за галстук ближе и, не отвлекаясь от той, кто наблюдала, грубо впилась в ее губы. Та застонала, не осознавая, кто и что стоит рядом, запустила язык в ее рот, прижимаясь ближе.
Младшая подняла одну руку, опустив ее на ягодицу девушки и с резким хлопком ударила, вторая рука одновременно потянула за украшение, заставляя девушку откинуться назад и вскрикнуть.
— Сука… — сорвалось с губ Алины, и она опустила взгляд, вцепившись пальцами в ее шорты. — Хватит…
Взгляд соседу был прикован к бывшей, к той самой, которая в их отношениях всегда держала дистанцию, контролировала каждое прикосновение, не позволяя никаких грубостей и унижений. А теперь она стояла на коленях перед Владой, с приоткрытым ртом, с красными глазами, с дыханием, сбившимся до хрипов.
— Что хватит? — черноволосая повернула голову, снова вернув взгляд на нее. — Хочешь, чтобы я ушла?
— Мне плохо… — прошептала Васильева, и, опускаясь на колени, прижалась щекой к ее ноге, умоляющим взглядом смотря на нее. — Мне нужна ты…
— Что именно? — спросила девушка, потянув ее вверх, заставляя выпрямиться, дыша рядом, почти касаясь губами щеки. — Вот это? — ладонь снова ударила по телу, чуть ниже, оставляя болезненный след. — Или это? — она провела ладонью ниже, вдавив пальцы в горячую, едва сдерживающую дрожь плоть, а та, задохнувшись, раздвинула ноги, как по команде, и всхлипнула, не в силах удержаться.
— Пожалуйста… — одними губами выдохнула она, инстинктивно подаваясь вперед. — Умоляю тебя…
Катя зажала рот рукой, будто надеясь сдержать что-то, что уже подступало к горлу, но ее глаза продолжали жадно ловить каждое движение, каждый стон, каждое движение пальцев голубоглазой, каждый нервный вздох бывшей. Она не могла понять, что больнее — видеть, как ее бывшую трахают, или осознавать, что в ее руках та никогда не позволяла себе быть такой. Никогда не позволяла плакать, просить, дрожать. Никогда не теряла контроля. Никогда не говорила: «нужна ты».
Влада одним движением стянула с нее трусики и раздвигая ноги шире и резко вошла в нее сразу тремя пальцами. Та громко застонала, запрокинув голову, закатив глаза, и вцепилась пальцами в ее запястья, будто только это и связывало ее с реальностью. Младшая вонзила ногти другой руки в ее бедро, наклоняясь, почти нависая, но в последний момент резко дернула ее за галстук, как за поводок, вытягивая вверх.
— Смотри на меня, — прошептала она, двигаясь внутри нее с нарастающей жесткостью, не позволяя спрятаться.
— Души… — сорвалось у нее, не как просьба, а как требование.
Затянув галстук, голубоглазая потянула ближе, перекрывая воздух, наблюдая, как глаза закатываются, как рот приоткрывается в попытке вдохнуть. Она склонила голову набок, задерживая дыхание Алины ровно настолько, чтобы на грани страха вновь подарить ей воздух, дать вдохнуть.
— Ты такая послушная сучка, — прошептала она, расслабляя хватку, позволяя той вздохнуть полной грудью. — Аж жаль, что ты не моя по-настоящему.
— Еще… сильнее… — кареглазая задыхалась, двигая бедрами, в такт движениям, будто тело само знало, что делать.
— Кайфует сучка… — бросила черноволосая, метнув короткий взгляд в сторону Кати, которая не отводила взгляда.
Влада усилила темп, движения стали грубыми, наполненными влажными звуками, от которых воздух в комнате стал тяжелым. Девушка изогнулась, ее пальцы впились в бедра девушки, а ногти оставляли красные полосы, но взгляд был затуманен, она даже не замечала, что за каждым ее криком стоит прошлое.
Она стонала все громче, и в каждом звуке слышалась не просто жажда наслаждения, а почти первобытный зов, как будто с каждым стоном наружу рвалась не только плоть желания, но и то, что жило глубоко под кожей. Дыхание становилось рваными, щеки пылали, как будто огонь, расползающийся по венам, вынуждая тело дрожать мелкой дрожью, непроизвольно отдаваться.
Взгляд Влады не был прикован к Алине. Она не смотрела на то, как вывернуто ее тело, как дрожат бедра, как губы беззвучно шепчут мольбы. Она смотрела вперед, в дверной проем, туда, где стояла соседка по комнате.
Она ласково провела пальцами по щеке блондинке, но за этим движением чувствовался приказ, не терпящий отказа. Губы приблизились настолько, что дыхание касалось кожи, язык скользнул по ее нижней губе с едва заметной влажностью, обещая поцелуй, которого не последовало.
Алина задыхалась, выдох сорвался почти как рыдание, и в тот же миг все оборвалось. Влада выскользнула из нее с внезапностью, которая была почти жестокостью, и это оставило за собой пустоту.
— Ну нет... — прошептала дрожащим голосом старшая. — Я почти...
Та только усмехнулась коротко, с легким хмыканьем, в котором сквозила и насмешка, и власть, и удовлетворение от того, как легко ее слова и действия разрушали контроль, ломали границы, делали из нее то, что она хотела видеть. Она резко взяла ее за руку, поднимая с колен, повернув спиной к себе, а потом, одним резким движением усадила на свои бедра, раздвинув их руками и сразу, без лишних пауз вошла в нее тремя пальцами.
Тело выгнулось, будто по нему прошла волна электричества, хлынувшая
Порно библиотека 3iks.Me
778
23.07.2025
|
|