Сучий финт (Части 1 - 3)- Читать онлайн

выудил из трусов член. И, пустив тугую струю в приоткрытую дверь заброшенной квартиры, блаженно прокомментировал:

‒ А у меня пиво наружу рвется...

Наконец, Анна облегченно выдохнула, достала из сумочки салфетку. А когда подняла голову, едва не ткнулась лбом в тонкий, еще «не повзрослевший» член.

‒ Пососешь? ‒ без особой надежды спросил Крокодил.

‒ Юноша, я делаю это только с любимыми мужчинами. Ты к таковым не относишься.

‒ Ладно, ‒ помог он подняться и направился вверх по лестнице. ‒ Об чем забьем, что сегодня будешь у меня сосать?

Она удивленно посмотрела в его тощую сутулую спину.

‒ Ты заставишь меня сделать это насильно?

‒ Была бы нужда статью подымать! Сама отсосешь. Спорим?

‒ Этого не будет, ‒ держась за перила, догнала его девушка.

Он обнял ее и погладил округлые упругие ягодицы.

‒ Если отсосешь ‒ я шпилю тебя в жопу. Согласна?

‒ Ты думаешь не той головой. Долго еще?

‒ Пришли. Вон слева зеленая дверь...

* * *

Коридор квартиры на третьем этаже встретил относительной чистотой, но в нос шибанула резкая смесь из запахов пыли, мочи, плесени и мало­знакомого аромата.

Миновав кишку коридора, Крокодил с Анной вошли в просторный зал с двумя большими окнами. Между окон притулился покрытый клеенкой кухонный стол с мерцавшей сине-оранжевым огоньком керосиновой лампой. Помимо лампы на столе стояли керогаз, пяток граненых стаканов и стопка коробок с самыми дешевыми папиросами. У противоположной стены громоздился широкий деревянный топчан­, поверх которого лежали матрацы грязно-серого цвета. Рядом со столом темнело большое кожаное кресло, с развалившимся в нем стариком в неопрятной мешковатой одежде. Старик крепко спал, распластав на груди седую всклокоченную бороду. И креслу, и его спящему хозяину было под восемьдесят.

Анна пихнула «джентльмена» в бок:

– Это еще кто?

– Майер, – отмахнулся тот.

– Я не буду трахаться при нем!

– А чо такого, сучий финт?! Считай, его здесь нет. Он импотент, потому что синячит каждый день как не в себя. Вон, глянь туда.

В дальнем углу поблескивали боками ряды пустых винных бутылок и маленьких пузырьков из-под боярышника.

Крокодил подтолкнул к топчану.

– Раздевайся и падай.

В комнате было гораздо теплее, чем на улице. Девушка села на край деревянной конструкции, положила рядом куртку, расстегнула пару последних пуговиц на блузке, но снимать ее не спешила.

– Ты можешь попросить его выйти? ‒ спросила она. ‒ Хотя бы на пятнадцать минут.

Юноша засмеялся, присел рядом и сам занялся ее одеждой.

– Майер – не простой бомж. Думаешь, он мыкается по заброшкам и жрет тухлятину с помоек? Хрен ты угадала! Майер – залупа в позолоченной оправе.

Анна смотрела на него пьяным непонимающим взором.

– Залупа?.. В оправе?.. Как это?

– Травой торгует. Кто и откуда поставляет – неведомо, но трава самая пиздатая в Белокаменске и всегда в наличии. Бабла через его руки проходит немеряно, а он оставляет себе крохи – на бухло и жрачку.

‒ Почему?

Крокодил снял с нее блузку, помог расстегнуть застежку черного лифчика.

‒ Потому что не хочет жить по-другому. Привык вот так, врубаешься? Все, дальше сама, а мне надо с ним перетереть. Майер! Майер, очнись!..

* * *

К мысли о том, что ей овладеет покрытый прыщами уродливый пацан, она кое-как привыкла. Мысль была отвратительной, как шведская квашеная сельдь, но цель оправдывала средства – чем больше дозволялось Крокодилу, тем реже в памяти всплывал образ Демидова. Однако полностью раздеться в присутствии незнакомого старика девушка не решалась.

Выпитый в кафе алкоголь возымел действие: мышцы сковало слабостью; она клевала носом, вяло соображала. В трех шагах, у кухонного стола, о чем-то спорили Крокодил с Майером. До слуха доносились обрывки фраз, смысл которых она не улавливала.

– Почему пять, Майер? Я хочу восемь! ‒ злился прыщавый. ‒ Восемь, сучий финт!

– Такса, Генарик, ‒ спокойно отвечал старый бомж. ‒ Ты ж все расценки знаешь. Пять.

– Почему пять?!

– Такса. Этот как ценник в магазине.

– Ценник, говоришь? ‒ Крокодил на секунду задумался. ‒ Слушай, ты же немец, верно?

– Ну-у... судя по фамилии ‒ да.

– Вот скажи мне: настоящее немецкое сливочное масло и наше из «пальмы» может стоить одинаково?

– Эк сравнил!

‒ Нет, ты ответь!

‒ Ну-у... навряд ли.

– Так чего ж ты разный товар подгоняешь под одни расценки?! Восемь или мы уходим.

После небольшой паузы Майер сдался:

– Ладно. На, крути первый косяк. А дале посмотрим, как масть пойдет...

У ближайшего окна зашелестела тонкая папиросная бумага, потом щелкнула зажигалка. По залу поплыло сизое облачко и стало тихо. По-хозяйски развалившись в кресле, Майер прихлебывал из стакана дешевое крепленое вино. Крокодил на корточках смолил папиросу. Оба глазели на девушку.

Она сидела прямо перед ними, уперев руки в топчан и склонив голову набок. Все в ней было чертовски соблазнительно: стройная, аккуратная фигурка; ровные, об­тя­ну­тые темными чул­ками ножки; правильные черты лица; недлинные, но красиво уложенные волосы; гладкая кожа. И ни одна случайная черточка не портила ее внешности. Ни съехавшие вниз чашки лифчика, наполовину обнажившие сочные темные соски. Ни замутненный алкоголем взор больших се­рых глаз. С ее появлением комната будто наполнилась светом, а в здешнем дурном воздухе впервые появились нотки дорогого парфюма.

С тех пор, как Майер обжился в квартире третьего этажа, баб на топчане побывало превеликое множество. Однако и бабами назвать их он бы поостерегся. Скорее это были существа, напрочь растерявшие не только женские, но и человеческие качества. Неопределенный возраст, прокуренные хриплые голоса, пропитые одутловатые рожи, обноски вместо одежды. И вонь. Жуткая застаревшая вонь от месяцами немытых тел. За стакан портвейна

Порно библиотека 3iks.Me