Во тьме- Читать онлайн

лестнице к тяжелой двери. Я вдруг поняла, что впервые за несколько месяцев выйду на улицу. Путь от здания до фургона был коротким. В фургоне уже находились три тайские женщины. Они оглядели меня, но ничего не сказали. Мы все были одеты в одинаковые платья и босоножки, что было бы неуместно на вечеринке, но, полагаю, такова жизнь заключенного.

Февраль 2005 года

Начальник тюрьмы Ваттана не лгал, когда говорил мне, что я, скорее всего, не перееду в течение года. Мой судебный процесс закончился как раз перед Рождеством. Он длился всего четыре часа, и я была приговорена к сорока годам тюремного заключения за торговлю опиумом.

Мистер Касагава и мистер Бьюкенен были в суде вместе со мной. По тому, как мистер Касагава отстаивал мою точку зрения, я поняла, что дело продвигается неважно. Когда мистер Касагава заявил суду, что опиум принадлежал Карлосу, а не мне, полиция заявила, что никаких сведений о Карлосе во время полета не поступало. Когда мистер Касагава сказал, что он останавливался в том же отеле, обвинение вновь сослалось на записи, свидетельствующие о том, что на той неделе никто по имени Карлос не был зарегистрирован ни в одном отеле округа.

Прокурор утверждал, что я выдумала Карлоса, чтобы свалить вину на кого-то другого. Мистер Касагава сказал, что было много таких мужчин, как Карлос, которые заманивали ничего не подозревающих женщин в торговлю наркотиками.

Судья, однако, с этим не согласился. Он сказал, что он и его правительство устали от того, что иностранцы пренебрегают своим временным статусом в его стране и травят молодежь наркотиками. Он сказал, что таким образом дает понять, что иностранцы дорого заплатят за поставки наркотиков тайскому народу. Он мог бы дать мне всего десять лет, но решил, что сорок - это более суровый сигнал.

Мистер Бьюкенен заверил меня, что он обратится в Госдепартамент, а мистер Касагава заверил меня, что будет подавать апелляции по моему делу так долго, как только сможет. Единственное положительное, что я могла вынести из того дня, - это то, что ждало меня, когда я вернусь в городскую тюрьму.

После того, как мы вошли в тюрьму, меня подвели к другому лифту, не к тому, на котором я ездила раньше. Мы поднялись на два этажа, и меня провели в большую комнату со множеством камер. Посередине была большая общая зона, где женщины прогуливались, читали и занимались другими делами. Двери всех камер были открыты, и я подумала, что из меня сделают пример для подражания.

Охранники отвели меня в камеру с двумя кроватями, письменным столом и туалетом. На обеих кроватях были матрасы и одеяла. - Это ваша камера. У вас нижняя койка. - сказала охранница, снимая с меня наручники и уходя. Я бегло оглядела свою новую камеру, а затем направилась в общую зону.

Вскоре я узнала, что в этом блоке было два типа заключенных. Заключенные первого типа ожидали перевода в центральную женскую тюрьму Клонг Прем. Женский центр в Клонг Преме известен как Лард Яо. Другие женщины в этой группе отбывали небольшие сроки заключения или ожидали депортации. В этой группе не было граждан Таиланда, а только иностранки.

Две женщины, с которыми я довольно часто общалась во время их пребывания в стране, были Ванда и Шаста Уильямс из Корал Гейблз, Флорида. Сестры отбывали 90-дневный срок за нападение на "дамского угодника", который пытался потанцевать с бойфрендом Шасты в местном ночном клубе.

— Черт, - сказала Ванда, - если бы они не потащили наши задницы в гребаный аэропорт, как только мы выйдем, мы бы нашли этого педика и снова надрали ему задницу.

Я также познакомилась с Акико Тамагачи. Она была еще одной клиенткой мистера Касагавы. Мы общались несколько раз, прежде чем ее депортировали обратно в Японию. Она призналась, что работала эскорт-агентом. Она рассказала мне, что единственная причина, по которой ее арестовали и депортировали, заключалась в том, что она отбила нескольких клиентов у трех известных проституток Бангкока, а у них было больше связей с местными властями, чем у нее. Она сказала, что вернется в Японию, подождет год, а затем вернется.

Первые несколько месяцев в камере у меня не было сокамерницы. Это меня не беспокоило, так как предыдущие месяцы я провела в полном одиночестве. В камере было лучше. Нас кормили три раза в день, и мы могли принимать душ без посторонней помощи через день. Дважды в месяц, если у нас не было проблем с поведением, нам давали бритву и позволяли побриться. Я постепенно привыкала к своему одиночеству, пока однажды, вернувшись из душа, не увидела, что у меня появилась сокамерница.

Моей сокамерницей оказалась австралийка по имени Хелен. Она отбывала десятимесячный срок за то, что дала пощечину своему парню в буддийском храме. Монахи простили ее на месте, но ревностный в религиозном отношении полицейский позаботился о том, чтобы она предстала перед судом.

Дважды меня навещал мистер Касагава. В первый раз он рассыпался в извинениях за то, что подвел меня. Я сказала ему, чтобы он не был строг к себе, потому что у обвинения действительно есть признание в протоколе и доказательства. Он также сообщил мне, что билет Кена домой был использован, но никто не смог подтвердить, воспользовался ли им Кен.

Во второй раз он навестил меня, чтобы сообщить, что моя первая апелляция была отклонена и что пройдет год, прежде чем он сможет подать еще одну. Я спросила его,

Порно библиотека 3iks.Me