не спрашивал ее об этом раньше, просто мне было, как то стыдно выпытывать у нее это. Но она сама начала этот разговор признаваясь мне во всем, о том, как она рано потеряла девственность в четырнадцать лет, и какой она была дурой. Оказалась, что у неё был уже довольно большой опыт общения с парнями, и я у нее был давным давным-давно не первый. Она говорила об этом виноватым тоном, и прижималась ко мне, а я расспрашивал её обо всех её приключениях. Почему то меня заводили эти рассказы, она не скрывала ничего, мне даже казалось, что ей тоже нравится рассказывать мне как она трахалась до меня.
Она говорила шепотом, её голос был тихим, и в то же время таким нежным. Я лежал на спине, глядя в потолок, где угадывались разводы от былых протечек, и слушал. Рука моя лежала на её груди, и я чувствовал, как возбуждены её соски.
— Первый... Его Серёжей звали. Сосед по дому. Ему было шестнадцать, а мне четырнадцать с половиной. Он казался таким взрослым, — она усмехнулась, но в усмешке была горечь. — В подвале это было. Мне потом было страшно, больно и противно. А он потом хвастался во дворе всем, что поимел меня. Я тогда два дня из дома боялась выйти. Мамаша моя тогда догадалась, или узнала от кого-то, всыпала мне ремня, и сказала, что я шлюха.
— Потом примерно через неделю был Витёк из ПТУ, — продолжила она, перебирая пальцами бахрому на одеяле. — Мы с ним еще потом несколько месяцев встречались. Он был не злой, просто очень скучный. Целовался как то липко, всё время норовил за грудь схватить, будто проверял, на месте ли. Порвали мы с ним, когда он на день рождения подарил мне колготки. Мамины, я потом узнала, что он их из комода стащил. А она узнала, и он их потом забрал обратно, и я послала его.
Я молчал и просто слушал ее. Мне не было смешно.
— А потом... потом был один женатый. С работы мамки. Приезжал к ней в гости, а она как раз ушла куда-то. А я одна дома была. Он начал с того, что сказал, что я очень красивая, делал разные комплименты, говорил что очень нравлюсь ему. А я дура, поверила. Потом он достал бутылку портвейна, я напилась... Проснулась уже на диване. Он потом извинялся, сунул в руку двадцать пять рублей и уехал. Больше я его не видела, испугался, наверное, что вот так с малолеткой.
Она замолчала, и тишина в комнате стала густой, давящей. Я понимал, что это не исповедь, не покаяние. Это была инвентаризация. Она вываливала передо мной весь свой груз, весь свой багаж, чтобы я видел не только её, но и всё, что за ней тянется. Проверяла меня. Проверяла нас.
— И ещё... — она начала, но я перебил её.
— Хватит, — сказал я тихо.
— Нет, Сань, ты должен всё знать. Ты должен понимать, кто я.
— Я и так понимаю. Ты — Ленка. Которая считает деньги с языком на бок. Которая не боится торговаться со здоровыми дядьками на оптовке. Ты Ленка которая мою куртку зашила. И всё.
Она повернулась ко мне, её глаза в полумраке блестели.
—Но их было очень много, Сань. Я не святая. Я не такая, как тебе кажется.
Она вздохнула, и этот вздох казался таким тяжёлым, будто она выдыхала всю свою прошлую жизнь.
— Ну, а потом... потом пошло-поехало. После того женатого я поняла, что мне всё равно, что про меня думают. Мать кричала, что я шлюха, во дворе мальчишки стали постоянно подкатывать. В школе — то же самое. Я перестала сопротивляться. Если уж всё равно такой ярлык повесили, так хоть что-то с этого иметь.
Она помолчала, собираясь с мыслями, её пальцы бессознательно водили по моей груди, выписывая какие-то узоры. А потом как-то меня моя подруга затащила на дискотеку в какое-то ПТУ. Музыка гремит, дым коромыслом, все пьяные. И мне это... страшно нравилось. Такая свобода дикая. Там все были никем, и поэтому можно было быть кем угодно. Меня тогда окружила компания парней. Не бандитов, нет, просто обычных подвыпивших парней. Мы танцевали, пили, курили какую-то дрянь... Потом пошли гулять. Я оказались в какой-то котельной, брошенной. Было холодно, грязно, но на это уже было плевать.
Лена замолкла, и в тишине комнаты было слышно, как за стеной скрипнула кровать — повернулся отец.
— И там... это случилось. Сначала с одним. Потом... подключился другой. Я не сопротивлялась. Мне было интересно. Страшно и интересно. Я впервые почувствовала это... Такую странную власть. Что эти здоровые лбы делают всё, что я захочу, лишь бы я разрешила им быть со мной всем. Я тогда поняла, что такое кончать несколько раз подряд. И мне показалось, что вот он, единственный способ чувствовать себя живой. Потом таких вещей было очень много. На стройках, в подвалах, в чужих квартирах. Это был просто секс. Секс сразу с несколькими парнями. Без имен, без обязательств. Как поесть, когда голоден. Я искала в этом острые ощущения, забытьё. Кайф.
Она закончила и замерла, ожидая моего вердикта. Ждала, что я оттолкну её, что в моих глазах появится то же самое презрение, к которому она привыкла.
— Я не могла не сказать тебе об этом, извини просто ты совсем другой, ты поверил в меня, а
Порно библиотека 3iks.Me
1760
08.09.2025
|
|