Семья мечты. Часть 5. Эволюция- Читать онлайн

ты полностью принадлежишь мне. Всей. И внутри, и снаружи».

Я лежала, не в силах пошевелиться, чувствуя, как его семя вытекает из меня, помечая меня, как его территорию. Его слова о беременности висели в воздухе, как ядовитый туман. Это была уже не просто игра в перевоплощение. Это было что-то гораздо более глубокое, более тёмное и более необратимое.

И самое страшное было то, что где-то в глубине души, под слоями стыда и страха, это желание — стать настолько его, чтобы даже мое тело могло принять его потомство — отзывалось тихим, чудовищным ответным эхом.

Я лежала неподвижно, раскинувшись на его простынях, которые теперь пахли мной, им и нашим грехом. Тело гудело, как раскалённый металл после ковки — всё болело, всё ныло, каждое место, которого он касался, жгло и пульсировало. Внутри всё было липким и тёплым от него.

Он встал и, не глядя на меня, направился в душ. Скоро я услышала шум воды. Я должна была уйти. Подняться, натянуть одежду и уползти в свою комнату, чтобы отмыться, чтобы выплакаться, чтобы попытаться собрать себя по кускам.

Но я не могла пошевелиться. Его слова висели в воздухе, тяжёлые и сладкие, как угарный газ.

«...никогда не поздно пытаться...»

«...отличная мотивация ускориться...»

Они не пугали. Они... зажигали. Какой-то извращённый, тёмный инстинкт внутри меня откликался на эту идею. Стать настолько его, чтобы даже моё тело, моя биология, изменились для него. Чтобы я могла принять его самым глубоким, самым окончательным образом.

Я медленно подняла руку и провела ладонью по низу живота. Кожа там была чувствительной, горячей. Я представила, что может происходить внутри. Не сейчас, конечно. Но когда-нибудь. Если он захочет.

Вода в душе выключилась. Я зашевелилась, с трудом поднялась с кровати. Ноги подкосились. Я нащупала на полу свои штаны и натянула их на влажные, липкие бёдра. Больно было садиться. Больно было ходить. Это было его «напоминание». Физическое proof его власти.

Когда я вышла из его комнаты, он стоял в дверном проёме ванной, обмотанный полотенцем вокруг бёдер. Его волосы были мокрыми, на плечах блестели капли воды. Он смотрел на меня — на мою растрёпанность, на мой покрасневший, заплаканный вид, на то, как я ковыляю.

«Иди, приведи себя в порядок, — сказал он безразличным тоном, вытирая шею другим полотенцем. — У нас сегодня много дел. Нужно работать над голосом. Ты сегодня хрипела, как пацан. Алёна так звучать не должна».

Его критика после того, что только что произошло, была ледяным душем. И одновременно — чётким указанием пути. Было больно? Унизительно? Неважно. Важно — соответствовать. Удовлетворять. Стать лучше.

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова, и побрела в свою комнату. Я заперла дверь и прислонилась к ней спиной, чувствуя, как по щекам текут слёзы. Но это были не слёзы отчаяния. Это были слёзы катарсиса. Очищения. Принятия.

Я дошла до своего зеркала и посмотрела на отражение. Распухшие губы. Красные глаза. Следы от его пальцев на бёдрах, проступающие сквозь ткань штанов. И уже не детская, а женская грудь, отчётливо видная под футболкой.

Я провела рукой по животу, где всё ещё теплилось его семя.

«Никогда не поздно пытаться...» — прошептала я своему отражению.

И впервые я не увидела в нём испуганного мальчика. Я увидела Алёну. Его Алёну. Женщину, которая готова на всё ради своего мужчины. Даже на чудо.

Три недели пролетели как один длинный, странный и навязчивый сон. Сон, в котором реальность медленно, но неотвратимо подстраивалась под волю Сергея. Моё тело больше не было полем битвы — оно стало его владением, цветущим и меняющимся по его прихоти.

Грудь. Она перестала быть просто «набухшими холмиками». Теперь это были две маленькие, но уверенные в себе груди, аккуратной «первой» величины. Они округлились, приподнялись, и каждый раз, когда я спускалась по лестнице без лифчика, я чувствовала их лёгкое, упругое покачивание — ощущение, одновременно смущающее и пьянящее. Ареолы оставались тёмными, чувствительными, а соски затвердевали от малейшего дуновения или взгляда.

Я «поправлялась» — не толстела, а обрастала той самой мягкостью, которую он так желал видеть. Бёдра стали полнее, ягодицы — круглее, исчезли резкие углы на талии. В свои старые джинсы я уже не влезала. Теперь я носила мамины старые, немного выше талии, которые подчёркивали новые изгибы.

Наш распорядок стал ритуалом. Днём — он. Наши «уроки» стали жёстче, требовательнее. Он работал над моим голосом, заставляя говорить выше, мягче, избавляться от грудных резонансов. Он критиковал мои движения, мои жесты, заставляя меня часами ходить по комнате с книгой на голове, отрабатывая плавную, женственную походку. Он был безжалостным режиссёром, а я — его главной актрисой.

Вечера принадлежали маме. Но и они изменились. Теперь она искала моего общества. Мы могли сидеть на кухне за чаем, и она вдруг начинала рассказывать о своей молодости. О своих первых платьях, о первых влюблённостях. Её глаза блестели ностальгией.

Она приносила тот самый старый фотоальбом. Но теперь она листала его не молча, а с комментариями.

«Смотри, — её палец тыкал в фотографию, где она, лет шестнадцати, смеётся, запрокинув голову. — Я тут совсем юная. А ведь правда похоже? Как будто на тебя смотрю».

И правда, сходство становилось пугающим. С каждым днем моё отражение всё больше напоминало ту девушку с фотографии. Только мои глаза были серьёзнее, глубже, с тенью того знания, которого у неё тогда не было.

Несколько раз, с застенчивой, почти девичьей улыбкой, она приносила мне свои вещи — то старое платье в цветочек,

Порно библиотека 3iks.Me