знакомого, вызывал у неё самое искреннее почитание.
— Жень, иди сама и возьми свой автограф, - раздражённо бросил я, - что он тебе божество, к которому не подойти?
— Да неудобно это!
— Идём!
Я подхватил сопротивляющуюся женщину под локоть и потянул в коридор.
— Вов! Вовка! Ты сдурел? – шипела она, упираясь.
— Стас, - распахивая дверь соседнего купе, крикнул я, - тут твоя поклонница очень жаждет автограф.
Сидевшая за столиком знаменитость только хмуро посмотрела в нашу сторону и буркнула:
— Я что певичка, чтобы у меня автограф брать?
Возникшую напряженность тут же разбавила, подскочившая Надежда. Она взяла за руку покрасневшую Женю и потянула за столик.
— Ай, не обращайте внимание на его манеры. Он скромный, как гимназистка, и не любит внимания к своей персоне.
— Что за идиотское слово «поклонница»? - продолжал возмущаться Станислав, - Кому Вы, милая женщина, тут вознамерились поклоняться? Циничному алкоголику в старых трениках?
Он демонстративно приподнялся и оттянул на груди линялую тельняшку.
— Поклоняться надо искусству, а не человеку. Как-будто, кривая закорючка на бумажке достойна чьего-то внимания.
— Брось ты, Стасик, - Надя укоризненно посмотрела на мужа, - Если ты так неуважительно относишься к человеку, который ценит твоё творчество, то зачем тогда вообще этим занимаешься?
— Зачем, зачем? Чёрт знает зачем! – по улыбке, возникшей на лице мэтра, было заметно, что настроение у него поменялось в лучшую сторону, - Ладно, извините мою резкость… простите, забыл Ваше имя…
— Евгения, - выдавив скромную улыбку, пробормотала Женька.
— Верно! Евгения! Прекрасное имя! Давайте оставим все эти высокопарные автографы и просто выпьем! Как?
— Ну… можно, - всё еще краснея, кивнула Женя.
— Т-а-а-к! – радостно потерев ладони, Стас потянулся под сиденье и зазвенел уже знакомым пакетом.
В этот момент вагон тряхнуло, зашипела тормозная магистраль, и поезд, противно поскрипывая, стал замедляться.
— Сделаем вот что! – махнул рукой Восковский, - Мы с Вовкой быстренько сгоняем в магазин, а вы, девочки, пока организуйте стол. Надь, попроси у проводницы стаканы.
Бегать далеко не пришлось. Едва мы вышли на морозный перрон, как к вагону приблизились несколько женщин с пирожками и варёными окорочками. Быстро скупившись, мы достали по сигарете, но тут кто-то из соседнего вагона узнал Стаса, громко окликая его по имени. Режиссёр чертыхнулся, с досадой бросил только что зажжённую сигарету на шпалы, и заскочил в вагон.
— Как они достали! – жаловался он, вновь раскуривая в промерзшем тамбуре, - Ну, ладно, актёры. Они своими физиономиями в кадре светят. Пусть их узнают, пусть их любят. Я же не творец! Я всего лишь инструмент. Проводник какой-то неведомой идеи в чьих-то невидимых руках.
Заметив мою саркастичную улыбку, он осекся, задумался о чём-то, покусывая сигаретный фильтр, а потом хохотнул:
— Классный ты парень, Вовка! Пойдём выпьем!
В купе уже был накрыт богатый стол, центральное место на котором заняли горячие окорочка, обрамлённые овощной нарезкой. Ждали своей очереди четыре пустых гранённых стакана, а на крючке над полкой была подвешена белоснежная семиструнная гитара. Надя с Женей как-то сразу поладили, и уселись рядом.
— Ну, что ж! – Стас извлёк из пакета новую бутылку и стал разливать по стаканам. Вопреки моим опасениям, ему хватило ума налить женщинам лишь по трети объема в то время, как нам он вновь набузовал под самый край, - Давайте выпьем за знакомство! Я очень рад, что долгая дорога пройдёт в такой замечательной компании.
Под горячую закуску водка пошла уже гораздо бодрее, а хмель внёс в общение веселую вальяжность. Женька перестала смущённо жаться к стенке, и уже на вполне дружеских тонах засыпала режиссера вопросами о его фильмах. Надя сыграла несколько песен Высоцкого на гитаре, а мы со Стасом даже умудрились под их аккомпанемент разыграть короткую партию в шахматы, которую я с треском продул.
Стакан за стаканом опустела первая бутылка, и ей на смену пришла вторая. Женьке всё не давала покоя тема кинематографа, и захмелевший Стас, наконец, сдался, затянув долгие и нудные для меня повествования о режиссёрской кухне, особенностях съемки некоторых сцен, и курьезных случаях на съемочной площадке.
— А сейчас вы со съемок едите? – с блеском в глазах вопрошала Женя.
— Н-н-е-т, - Станислав задумчиво поморщился. Он достал сигарету, приоткрыл окно, и закурил прямо в купе, - сейчас мы подыскиваем место… договариваемся… актёров подбираем… Вот, кстати, Женя, у тебя очень яркий типаж. Как думаешь, Надь?
Надежда, со своей неизменной улыбочкой, смерила Женю оценивающим взглядом.
— Я согласна. Ты могла бы попробовать.
— В кино что ли? – Женька смущённо махнула рукой и засмеялась, - Ой, какая из меня актриса!
Стас же протёр очки и продолжал внимательно ощупывать мою спутницу цепким взглядом. Эта перемена была в нём сразу заметна. Перед нами уже был не просто пьяный попутчик, ведущий дружескую беседу, а творец. Скульптор! Он разглядывал Женьку так, словно в его руках был мягкий податливый пластилин, из которого надо сделать что-то только ему одному ведомое.
— Не, скажи, не скажи… - задумчиво промычал он, - Я уверен, что из тебя получится великолепная актриса главной роли для нового фильма!
— Ну, хватит, - Женя окончательно смутилась, - Расскажите, лучше об этом фильме. Про что он?
Стас вздохнул и наполнил стаканы заново. Но, на этот раз, не стал дожидаться тостов, а просто опрокинул в себя водку, и затянулся сигаретой.
— Это история о двух товарищах. Пилотах.
Он замолчал ненадолго, задумавшись, и я тоже потянулся за стаканом.
— В общем, сюжет разворачивается в самом
Порно библиотека 3iks.Me
720
12.09.2025
|
|