Ужасы нашего болота. Часть 3- Читать онлайн

почувствовала себя, действительно, обезьяной в зоопарке. Она просила дать ей хоть какую-нибудь тряпку, чтобы прикрыться, но дежурный неизменно отвечал отказом. "Не положено". Вероятно, он подозревал, что девочка с её неустойчивой психикой сделает из тряпки верёвку и причинит вред своему здоровью. Или должен был это подозревать, согласно инструкции.

Стоять на бетонном полу обожжёнными ногами было больно. Лежать — холодно. Сидеть на попе — холодно и больно вместе. В конце концов, Маша приладилась повисать на прутьях клетки, чтобы снять с ног часть своего веса, и в таком положении забываться ненадолго — пока руки не разжимались. То, что она висит в таком виде прямо перед лицом дежурного, точнее, перед его толстой красной мордой, было ей уже совершенно безразлично. Да и ему тоже. Вскоре он бухнулся головой на руки и заснул.

Утром дежурный долго допрашивал Машу и убеждал её написать заявление о насильственных действиях сексуального характера, совершённых с ней дядей Сашей и дядей Мишей в состоянии алкогольного опьянения. Маша категорически отказывалась, и это вызывало у него ещё больше подозрений. С его точки зрения она теперь выглядела как "женщина с пониженной социальной ответственностью", которая попала в такую глупую переделку с двумя мужиками в бане и теперь пытается отмазать своих клиентов. Да ещё рассказывает какие-то сказки про волшебное болото и гигантского ужа.

Ещё хуже было то, что Маша, к своему ужасу, никак не могла вспомнить, сколько ни старалась, маминых телефонов — ни мобильного, ни рабочего. Она, как и все современные дети, их и не помнила, считай, никогда — просто выбирала из списка в мобильнике. И названия маминой работы, чтобы разыскать её сейчас официальным путём, она тоже не знала.

В соседней клетке дядя Саша долго и печально втолковывал дяде Мише, как они здесь оказались и где сейчас все его снасти, машина и четвертушка, припасённая с вечера на опохмел. Там тоже звучало что-то про болото и ужа — но кто ж поверит рыбаку, когда он показывает: "во-от такого"? Тем более, если слушатель — другой такой же рыбак.

Затем пришёл фельдшер — блеклое длинноволосое существо неопределённого пола. Зафиксировал в протоколе "термическое поражение кожных покровов" и взял анализ крови. Маша с опаской смотрела на его не очень свежие инструменты, но сопротивляться было бесполезно. Оставалось только надеяться на то, что в этой патриархальной местности факторы, способствующие распространению СПИДа, были не очень популярны. Потом заставил Машу выдавить из себя остальные анализы. Вообще-то это полагалось делать в туалете, но он приказал ей тужиться прямо перед собой, очевидно, получая оргазмическое удовольствие от этого зрелища. Маше было очень непросто это сделать, поскольку она ничего не ела и не пила уже больше суток, а всё, что в ней было полезного — выдавилось из неё ещё вчера. Только большой опыт сдачи анализов к соревнованиям помог Маше добиться успеха, и этот вурдалак удовлетворённо удалился, унося с собой Машину кровь и бутылочку с мочой.

Потом дежурный долго ругался с кем-то по телефону, и во второй половине дня Машу повезли на освидетельствование в местную больничку. Повезли прямо в чём была — то есть, ни в чём. Впрочем, она и сама уже решила, назло им, не одеваться, даже если бы ей это сейчас, наконец, предложили. Стесняться своего тела у неё не было причин. Пусть это им будет стыдно за то, что она ходит в таком виде.

Старенький психиатр, срочно оторванный по такому случаю от своих грядок и внуков, внимательно выслушал Машу, потом очень долго задавал ей разные вопросы, и в конце концов написал в заключении, что гражданка находится полностью в здравом уме и твёрдой памяти и, следовательно, её показания являются юридически значимыми.

Следующей была гинеколог — немолодая тётка с усталыми глазами. Она немного удивилась, что Машу привели к ней прямо готовой к осмотру. Но за свою жизнь она уже столько всего насмотрелась, что не стала придавать этому значения, а принялась педантично выполнять свою работу. К большому разочарованию Машиных сопровождающих, она не только установила отсутствие следов каких-либо противоправных действий во вверенной ей области, но и удостоверила документально, что таковые действия не имели места на протяжении всей Машиной жизни.

Злые и раздосадованные, конвоиры привезли Машу обратно в отделение. К вечеру подъехали и анализы. Как и следовало ожидать, ни малейших следов алкоголя или наркотиков у Маши обнаружить не удалось. Дело, казавшееся таким перспективным, разваливалось на глазах. К тому же у вчерашнего дежурного сутки подходили к концу, и задерживаться для дальнейших разбирательств у него не было никакого желания. У его сменщика желания принимать это тухлое дело не было тоже. Посовещавшись, они решили, что к Маше у них вопросов больше нет, и она может ехать домой.

— Как я поеду голая? На что? — попросила Маша. — Дайте мне хоть что-нибудь прикрыться.

— Не наше дело, — ответил дежурный. — Ничего тебе дать не можем. Как оказалась в таком виде, так и езжай. Твои проблемы.

— Ну, или мы тебе сейчас административку можем оформить за мелкое хулиганство. Посидишь у нас 15 суток, авось за это время тебе папа с мамой привезут что-нибудь, — добавил второй.

Последнее предложение звучало уже как угроза, и Маша поняла, что надо уносить отсюда ноги подобру-поздорову, пока отпускают. "Как-нибудь доберусь, — решила она, — свет не без добрых людей." Спортивный опыт тоже говорил ей, что даже если что-то пошло не

Порно библиотека 3iks.Me