Чёрная и серая- Читать онлайн

мы бы вряд ли смогли пригласить тебя к себе. Теперь всё в твоих руках. И сиськах, конечно. Вот этих, которые perky, — легонько нажимаю пальцем на сосок, как на кнопочку звонка. — Ей было приятно, когда ты её моделью называла. Всё остальное ей тоже понравится.

— Хи-хи… А ты не будешь ревновать?

— К тебе, моя красавица — точно не буду. Давай сделаем так: всё, что ты хочешь — ты сначала проделаешь с ней. А потом уже мы с тобой. Чтобы ей не было обидно. Договорились?

— Окей…

Кажется, поняла. Теперь можно и поцеловаться на прощание.

— А теперь идём в наши кроватки. Сначала я. А ты делай то, зачем шла, потом иди.

Ффухх… Ложусь на свой диванчик. Весёленькая затевается история — ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным. Супруга безмятежно спит, слава богу. Флоренс тоже возвращается и забирается в постель. Спит, не спит? Ну пусть думает, что ей делать дальше со своими сиськами.

Да, наверное, замкнуть её накоротко на супругу — самое спокойное, что можно сделать с её бурной реакцией на мой комплимент. Они друг дружки стóят, обе красавицы, спортсменки и т.д. по списку. А главное — никому от этого не хуже не станет. Я-то потерплю, даже порадуюсь за них. Если всё сложится, тогда посмотрим, что я смогу себе позволить с той и с другой. Пока, хе-хе, я удачно отбрехался как раз от того самого, чему супруга точно была бы не рада. "Сделаю тебе всё, что ты сделаешь с ней." Достаточно точная формулировка.

Вообще-то то, что обычно называют треугольником (а также разными другими словами) — это на самом деле обычно цепочка. В которой два крайних звена отталкиваются друг от друга и перетягивают среднее каждый на свою сторону. Естественно, рано или поздно она рвётся и улетает в одну сторону, с грохотом и с битьём посуды, а другой конец остаётся ни с чем.

Как раз настоящий-то треугольник, как известно из механики — жёсткая фигура. Если правильно выстроить третью сторону, он может получиться очень прочным. Хотя и не очень понятно пока, что нам делать с ним дальше. Но треугольник именно в таком раскладе; только тогда он ничему не противоречит.

Вот если бы было наоборот — это было бы противоестественно. Противоестественно в буквальном смысле: то отверстие, через которое гипотетически может строиться сторона "ММ", предназначено естеством только для того, чтобы из него всё выходило наружу, и ни в коем разе не входило в противоположном направлении. Тьфу, гадость.

Четырёхугольник, 2×2 — тем более не жесткая фигура. Он будет вихляться и так, и сяк, и в конце концов, скорее всего, сложится в ноль по одной из диагоналей, а оставшиеся две вершины разлетятся с визгом врозь. Так оно обычно и бывает.

А вот выстроить треугольник, в котором третья сторона будет "ЖЖ" — это, наверное, возможно, хотя бы теоретически. У него той противоестественной проблемы не будет по определению. А всё остальное, по крайней мере, не противоречит естеству. Ну, в общем, только и остаётся попробовать такую конструкцию…

Ночью дождь перешёл, наконец, окончательно в снег. На третий день с утра — полная зимняя иддилия. Пухлый снег, нарядные новогодние ели… Дом наш, как я уже говорил, стоит последним по улице, выходишь за порог — и попадаешь прямо в лесную сказку.

Что там на горé? Да всё по-прежнему: сыплет и сыплет. Сегодня, конечно, тоже не откроют. Но дорогу вроде бы начали расчищать. Нет, теперь пишут — не начали, из-за угрозы повторных лавин. Или опять прекратили, не важно.

Решаем пойти погулять по лесу. Свежего снега — по колено, но можно пройти по лесной дороге докуда дойдётся и обратно. Ботинки у нас всех хорошие, высокие, зацепистые. Комбез Флоренс до сих пор сыроват, но у нас за эти годы накопилось немного разного лишнего обмундирования. Подобрали ей лыжные штаны-самосбросы (это с разъёмными молниями во всю длину штанины) и пуховую курточку супруги.

Но мне, как назло, перед самым выходом прилетает письмо с работы: надо кое-что срочно сделать и отправить им. Как всегда, крайний срок — вчера. Это часа на два… Ладно, девчонки и одни сходят, не заблудятся.

— Фальшпопы возьмите! — кричу я им вдогонку. — Мало ли, посидеть где-нибудь вздумаете.

Для тех, кто не в курсе — это кусок мягкой пенки с вставленной резинкой, который надевается на пояс. Можно в любой момент подложить под себя и присесть где угодно: на жёсткое, на сырое, на холодное…

— Falsch was? — переспрашивает Флоренс. — Falsch ist klar, was ist Popa?

Наглядное объяснение и демонстрация применения приводят её в восторг, она тоже хочет такую. Бери в подарок, не жалко, я себе ещё вырежу.

— Das ist mein erstes russisches Wort! — радуется она.

…Возвращаются, красавицы. Хорошо погуляли, я уже всю работу закончил и отправить успел. Ну да что им ещё сегодня делать, не сидеть же второй день в четырёх стенах. Хвастаются наперебой: белок видели. И ещё косуль. Их в нашем лесу много бегает. А ещё такую птицу видели… как взлетела, с таким грохотом… большая. Глухарь, наверное; они здесь тоже есть.

— Следов рыси не видели? Как кошачьи, только большие.

Нет, таких не видели. Только кота соседского. Есть у нас тут такой красавец. Почти как сибирский.

Флоренс, конечно, наделала селфиков, и с собой, любимой, и вдвоём тоже, под заснеженными ёлками. Ну, две снегурочки, неплохо. Особенно — крупные снежинки в волосах.

Порно библиотека 3iks.Me