Совращение соседки (Части 1 - 2)- Читать онлайн

себя трусы, стоя перед ним совершенно голая, стараясь прикрыться руками.

— Руки убрала! — рявкнул он. — Кому ты там прикрываешься? Всё равно уже всё видел.

Она покорно опустила руки по швам, чувствуя, как пылают щёки. Он подошёл вплотную, задевая её соски своей заскорузлой майкой. Пахло им — потом, табаком, мужиком.

— Грудь ещё ничего, — проворчал он, сжимая одну грудь так, что она вскрикнула. Его большой палец грубо терся о сосок, заставляя его набухать и твердеть. — Жопа, конечно, обвисла. Но сойдёт.

Он развернул её и с силой шлёпнул по ягодице. Звук был громкий, как выстрел. По коже разлилось жжение. Потом ещё шлепок, и ещё. Он отшлёпал её, как непослушного ребёнка, пока её задница не запылала маковым цветом, а она сама не застонала — от боли и позорного, коварного возбуждения.

— На колени, стерва.

Она опустилась перед ним на колени на холодный линолеум. Он расстегнул ширинку и вытащил свой член. Он был огромным, налитым кровью, с толстыми синими венами. От него исходил тяжёлый, животный запах.

— Давай, работай ртом. И смотри не зубами, а то всю пасть переломлю.

Она послушно взяла его в рот. Он упирался в нёбо, вызывая рвотные позывы. Она двигала головой, стараясь угодить, обхватывая губами его толщину. Слюни текли по её подбородку и капали на грудь. Лёха стоял, положив руки на бёдра, и смотрел на неё сверху.

— Глубже, шлюха! — он грубо надавил на её затылок, заставляя её принять его ещё глубже. Она подавилась, её тело содрогнулось в спазме, но он не отпускал. — Глотай! Всё глотай!

Он начал двигать бёдрами, трахая её в рот с той же грубостью, что и в пизду. Её челюсти немели, слёзы текли из глаз. Она чувствовала себя вещью, унитазом, но её влага сочилась по внутренней стороне бёдер.

Наконец, он оттолкнул её. Она упала на пол, давясь и отплёвываясь.

— Хватит. Теперь основное блюдо.

Он поднял её и швырнул на диван. Раздвинул её ноги так широко, что связки на внутренней стороне бёдер заныли.

— Смотри, как твоя старая, никому не нужная пизда, мокнет от мужика, который тебя не любит, — прохрипел он, проводя пальцем по её влажным губам. — Готова, мразь?

Он не стал входить медленно. Он одним мощным, резким толчком вогнал в неё себя до самого конца. Катька завизжала — от боли, от неожиданности, от того, что её пустота была наконец-то грубо и безжалостно заполнена. Он не дал ей привыкнуть. Он начал двигаться сразу — жёстко, быстро, без ритма. Его брюхо с шумом билось о её лобок, его пот капал на её лицо.

— Чья ты? — рычал он, вонзаясь в неё снова и снова.

— Твоя! — выла она в ответ, царапая ему спину.

— Громче, сука!

— ТВОЯ! ТВОЯ, ЛЁХА!

Он перевернул её на живот, поставил на четвереньки и вошёл сзади. Эта поза была ещё унизительнее и больнее. Он владел ей совершенно, видя всё, контролируя каждый её вздох. Одной рукой он снова сжал её шею, пригибая голову к дивану.

— Вот так твой муж свою дочку трахал? А? Так он её в позе рака имел?

— Да! — рыдала Катька, чувствуя, как внутри неё всё сжимается в преддверии оргазма. — Да!

Он ускорился. Его движения стали резкими, отрывистыми. Он бился о неё, как бешеный, его дыхание стало хриплым.

— Кончаю, шлюха! Получай!

Он с силой вжал её в диван и излился внутрь горячим потоком. Его тело обмякло на ней, тяжёлое и потное. Он пролежал так с минуту, потом поднялся и вытащил свой член. Сперма тут же начала вытекать из неё на диван.

— А теперь, — сказал он, тыча своим мягким, липким членом ей в лицо. — Вылижи. Сделай чисто.

И она, покорно, как собачка, облизнула его, глотая смесь его семени и своих слёз. Это было финальное, абсолютное унижение. И в этом унижении она нашла свой извращённый, чёрный кайф. Она была разбита, использована, опозорена. Но она больше не была никем. Она была его вещью.

****


Утро началось с адской, всепроникающей боли. Каждое движение отзывалось ломотой в костях, а на бёдрах и ягодицах цвели сине-багровые синяки, будто её избили палками. Место между ног пылало огнём, напоминая о грубом вторжении. Катька отмывалась в душе, скребя кожу жёсткой мочалкой до красноты, до ссадин, но чувство липкой, въевшейся в самую душу грязи не проходило. Оно было не снаружи, а внутри, разъедая всё, что раньше она называла своей жизнью, своей моралью, своим «я».

Она вышла на кухню, двигаясь медленно и осторожно, как после тяжелой болезни. Игорь и Машка уже сидели за столом. Они ели яичницу, перешёптывались и переглядывались с какими-то тайными, довольными улыбками. Игорь что-то сказал дочери, та засмеялась — тем же самым, знакомым по тому ужасному видео, похабным, влажным смехом — и игриво шлёпнула его по руке. В глазах у Катьки потемнело. Волна такой лютой, такой слепой ненависти подкатила к горлу, что она едва не задохнулась. Её пальцы вцепились в край столешницы до побеления костяшек. Но вместе с ненавистью, как удар отточенного ножа в самое нутро, вонзилось другое, чудовищное чувство — дикое, постыдное, грязное возбуждение. Воспоминания о вчерашнем грубом, животном акте с Лёхой, о боли, о его потных, грубых лапах на её теле, о его мерзких, унизительных словах заставляли её сжиматься низом живота, и по ногам разливалась предательская слабость. Эта боль, это унижение... в них была

Порно библиотека 3iks.Me