пор, как родители погибли в автокатастрофе. И вся их совместная жизнь прошла в полуразвалившемся бараке построенном ещё в пятидесятых годах.
Старый деревянный дом с покосившимися ступеньками. Такие же старые деревянные стены с облупившейся краской. Входная дверь в квартиру перекошена. Летом дома было душно и пыльно, зимой - как в холодильнике. Спасала только печка буржуйка.
Горячей воды не было уже лет шесть. Воду грели в кастрюле. Иногда в чайнике. В ванной стояло пластиковое ведро, рядом тазик.
Бабушка болела. Сердце и суставы. А тут ещё и простыла, так как печку топить было нечем, а дрова раздобыли только позавчера. Полина вспомнила, как бабушка прошлой ночью снова закашлялась. Сидела на краю кровати, натянув на плечи старый халат, и еле дышала. Лекарство стоило пятьсот рублей, и без него она не могла даже нормально спать.
— У тебя на завтра репетиторство стоит? — спросила она тогда.
— Нет… он перенёс. Только на следующей неделе... — ответила грустно Полина.
Она училась на пятёрки, старалась. Впереди маячила золотая медаль, высокие баллы по ЕГЭ, и бюджетное место в МГУ. Подрабатывала репетитором - объясняла математику этому "ему", однокласснику Илье.
Илья! С Ильёй ей всегда было хорошо. Он никогда не смотрел на неё свысока, хотя мог - сын богатого бизнесмена, живёт в большом доме за городом, возят его на чёрном «Лексусе», одежда вся только фирменная. Мать его ушла давно, и, кажется, ему было не до понтов, не до компании друзей, не до вечеринок - он был тихим и одиноким, просто это скрывал.
Его отец платил Полине за занятия математикой с ним, чтобы натаскала его к ЕГЭ. Для Ильи эта сумма была смешной, для неё же это были деньги на еду. Но дело было не в этом. Ей нравилось у него дома: тишина, огромные окна, запах кофе, тетради на столе, музыка где-то далеко из другой комнаты. И сам Илья. Высокий и такой "тёплый" в общении. Спокойный.
Было что-то трогательное в том, как он морщил лоб над задачами, как царапал ручкой по полям, как иногда случайно задевал её пальцы, когда тянулся за калькулятором, и извинялся, будто сделал что-то ужасно неприличное.
Полина иногда ловила его взгляд на своих губах. Или на выросшей груди. Он сразу отводил глаза. Но ей это нравилось. Очень.
Она никогда бы никому не призналась, даже под угрозой паяльника в заднем проходе, но она давно хотела его. Хотела по-настоящему. Представляла его не в футболке и джинсах, а без них. Представляла, как он задерживает на ней взгляд, подходит ближе, хватает её за бёдра, срывает одежду, разворачивает спиной к себе, ставит раком у письменного стола и начинает жёстко трахать. В её голове он был другим, не таким как в жизни: не мягким, а уверенным, даже грубым.
Она хотела его так сильно, что иногда ночью, когда бабушка уже спала, она зажимала подушку между бёдрами, тёрлась об неё киской, пока тело не начинало биться в конвульсиях - настолько сильны были её оргазмы.
Иногда ладонью скользила по животу ниже, под пижаму, и яростно теребила клитор. В эти моменты она представляла, как он подходит сзади, берёт её за талию, дышит в шею. Шепчет её имя. Как его руки трогают её кожу, скользят ниже. Как он наконец делает то, о чём она стеснялась мечтать даже наедине с собой.
Она зажимала рот ладонью, чтобы не было слышно её громкие стоны, когда оргазмы накрывали её один за другим. В фантазиях он был таким, каким она никогда его не видела - жадным, сильным, смелым. Срывал с неё одежду. Делал с ней всё, что хотел. И она позволяла. Хотела этого до дрожи. Да, у неё были свои маленькие грязные тайны.
Так она могла кончить до десяти раз за ночь. После этого сердце колотилось, как бешеное. А потом было тихо. Так тихо, что хотелось плакать.
Ведь в жизни… он просто смотрел на неё как на обычную девушку. Одноклассницу, которая приходит два раза в неделю и объясняет алгебру с геометрией.
А сегодня не пришла. Сегодня занятия не было. Занятие только на следующей неделе будет. Бабушкина пенсия тоже будет только через семь дней. На пенсионной карточке оставалось сто восемь рублей. Полина не могла позволить потратить их даже на маршрутку, поэтому приходилось ходить пешком.
Она шла и всё также смотрела себе под ноги. В насквозь промокших кроссовках хлюпала вода.
«Крупа ещё есть...» — подумала она. — «Целая пачки. Булка чёрствого хлеба. Поживём... Придёт пенсия, оплачу счета, куплю немного мяса, если что-то останется, то и фруктов в этом месяце поедим...»
Она вспомнила, как бабушка когда-то говорила, глядя ей в глаза:
— Ты у меня умница, Полечка. Только держись подальше от грязи, ладно? Слышишь? Не ввязывайся ни в какую дрянь.
Полина сжала губы и опустила голову ниже. Дождь усилился. А Кира, казалось, ничего не замечала - шла вперёд лёгкой походкой, болтая о чём-то своём.
* * * * * * * * * * *
Через полчаса они зашли в маленькое кафе на углу пересечения двух улиц - дешёвое место у местного университета, где пахло кофе, корицей и жареными котлетами. Почти все столики были заняты студентами, но в углу нашлось свободное место.
Кира тут же сбросила куртку и потянулась за меню.
— Я умираю как жрать хочу, — сказала она и усмехнулась. — Ты что будешь?
— Ничего, — ответила Полина и спрятала руки под стол. — Я не голодная.
—
Порно библиотека 3iks.Me
702
21.10.2025
|
|