вопросом на лице. Я бросаю на неё взгляд, полный абсолютной невинности.
— Да, это оказалось не слишком умно. Однажды ночью кто-то ворвался в квартиру Норма и сломал ему обе руки, ноги, все пальцы на обеих руках. Кроме того, после этого визита ему пришлось хирургически удалить одно из яичек. Норм пролежал в больнице месяц, а когда его выписали, он исчез на следующий день. Говорят, он открыл свою практику в Сиэтле.
Я смотрю ей в глаза, чтобы понять, есть ли хоть какое-то сожаление о том, что случилось с мужчиной, который был её любовником больше года. Она возвращает мне такой же невинный взгляд, как и тот, который я использовал перед этим.
— Забавно, что двое случайных прохожих дали полицейским описание огромного парня, которое вполне соответствовало описанию Чарли, как парня, которого они видели входящим в дом Норма за два часа до того, как полиция получила анонимный звонок об его избиении.
— Звучит не очень хорошо для Чарли.
— У него было алиби. Судья Херринг подтвердил, что Кейс был в своём доме в Дирвуде, играл в покер и пил, в то самое время, когда свидетели видели здоровяка, входящего в дом Норма. Спорить с окружным судьей, подтверждающим алиби подозреваемого, полицейские не смогли, и дело зависло.
— А что Норм? Он, что, не смог опознать напавшего на него?
— Сказал, что нет.
Мне удаётся сдвинуть правую руку настолько, чтобы приподнять подбородок Моны так, чтобы я мог видеть её глаза.
— Не могу сказать, что мне жаль, но я ещё помню того парня, который когда-то был моим другом. Давным-давно я сказал ему, что нельзя всё время безнаказанно трахать кого-то, будь то чья-то жена, сестра или мать, и не допускать, чтобы рано или поздно для него наступят последствия.
— Он должен был тебя послушать. Ты был для него лучшим другом, чем он того заслуживал.
Она грустно посмотрела на меня.
— И лучшим мужем, чем я заслуживала.
Я отпустил её и спросил:
— Кто-нибудь знает, как фотографии попали к Кейсу?
— Неизвестно. В полиции думают, что это должен был быть кто-то, кто хорошо знал Норма и его привычки, мог позволить себе частного детектива, хотя мог сделать фотографии и сам. Этот человек точно знал, кого фотографировать и кому отправлять снимки. Они подозревали, что этот кто-то, должен был работать в здании суда.
— Хм...
***
На следующий день Мона вернулась. На этот раз в довольно обтягивающих свитере и юбке. Она снова устроилась на кровати рядом со мной. Никто из больницы стал возражать. Несмотря на то, что она снова была одета, и мы даже не целовались, это казалось правильным.
— Ты уже думал о моей идее? О том, что я перееду к тебе?
— Да.
— И что ты думаешь?
— Не знаю.
— Почему? В чём проблема?
— «Твой проклятый член такой большой, Норми. Боже мой! Я никогда не смогу насытиться им, независимо от того, сколько раз мы это делаем», — цитирую я её слова.
Она смотрит на меня, и её улыбка исчезает.
— Ты помнишь это слово в слово... Спустя почти два года?
— Я буду помнить это даже в тот день, когда всё-таки буду умирать, Мона. Я не могу выкинуть эти твои слова из своей головы.. И то, как выглядел его член, выходя из твоей пизды, прежде чем он вонзиться обратно. Я знаю, что это глупо. Но я не могу выкинуть это из головы.
Она бросает на меня раздражённый взгляд.
— Ты знаешь, что я трахала его в течение года. Всеми возможными способами. Используя каждую дырку. Я глотала его сперму. Мы делали это в нашей постели, в его постели, в его машине, в лифтах, в туалетах ресторанов. Блин, как-то раз мы это сделали на балконе 14-го этажа Колокольни. И эти слова — именно то, чего ты не можешь забыть?
— Мона, я знаю, что ты сделала. По крайней мере могу себе это представить. Я знаю это разумом. Но совсем другое дело – слышать подобные слова и видеть его внутри тебя.
Она поднимается и соскальзывает с кровати, чтобы сесть рядом с кроватью.
— Лью, я могу только догадываться, насколько это болезненно для тебя, потому что сама никогда не испытывала такой боли от тебя. Но попытайся включить свои мозги. Хотя бы на минутку, ладно?
Я киваю ей, уверенный, что проблема здесь не в моём мозге.
— Я могла бы рассказать тебе много вещей, чтобы попытаться удалить это жало в твоей голове, но самое простое, что я могу придумать, это следующее. Когда ты лежал в постели с этой маленькой сучкой... Прости, с Картер... Я до сих пор завидую ей. Ты наверняка говорил ей, как удивительно туга её киска? А она говорила тебе, что твой член лучший в мире, и она не может им насытиться?
— Ну и что?
— Подумай теперь. Ты говорил ей эти вещи, и она говорила это тебе, верно? Так вот, это именно то, что происходило у меня с Нормом. Любая женщина знает, что если она хочет, чтобы её парень оставался твёрдым как можно дольше, чтобы продолжать трахать её, она должна говорить ему, что его член - это лучшее, что создал Бог. Это просто болтовня во время секса, постельные разговоры. Я хорошо проводила время, и хотела, чтобы ему тоже понравилось.
— Что ты имеешь в виду?
— Уверяю тебя, что в том, что ты услышал, не было ничего особенного. Вспомни далёкое прошлое между
Порно библиотека 3iks.Me
1024
07.11.2025
|
|