Электрум: Сплав желания- Читать онлайн

с его ширинкой. Пальцы горячие, торопливые, полоснули по пуговице, зацепили молнию. Андрей на секунду оторвался от её губ, хватая воздух ртом. В глазах потемнело.

— Я скучал... — слова сломаны дыханием. Попытка упаковать годы боли в один шепот.

— Тише.

Голос Виктора плетью щёлкнул в тишине.

Они замерли как по команде и одновременно повернули головы. Виктор сидел так же расслабленно, с бокалом в руке; на лице — та же хищная усмешка.

— Никаких слов, Андрей. Сегодня — без комментариев. Не порть момент. Иначе всё закончится.

Он сделал медленный глоток. Взгляд тяжёлой волной прошёл от Андрея к Лене и обратно, прибил их к месту.

Лена на миг закрыла глаза, выровняла дыхание, кивнула практически незаметно, и сама потянулась к Андрею, кладя ладонь ему на щёку. Она заглушила его шепот поцелуем.

Комнату заняли звуки, вытесняя воздух: тяжёлое, сбитое дыхание; шелест шёлка о джинсы; влажный, приглушённый стон поцелуя. И над всем — низкий, гортанный смех Виктора: ровный, механический рокот, в котором не было жизни.

Он дал этому длиться ровно до той черты, где унижение становится необратимым. Потом его голос рассёк тишину:

— Хватит.

Лена отпрянула от Андрея, как от огня.

— Между ног, — сказал Виктор негромко, почти буднично. — К нему. Работай.

Андрея свело судорогой. Тело рвалось вскочить, ударить; воли не было. Он сидел, вросший в диван, и смотрел, как Лена — его Лена — с мокрыми от слёз ресницами медленно опускается на белый персидский ковёр.

Она не поднимала взгляда. Пальцы, дрожа, нащупали пряжку. Щелчок. Короткий, сухой звук молнии.

Андрей не столько услышал, сколько кожей почувствовал движение у неё за спиной — тень отделилась от кресла. Виктор подошёл бесшумно, встал позади Лены, склонившейся к его паху, положил ладони ей на плечи и властно удержал. Лена вздрогнула, но осталась.

Андрей смотрел поверх её светлой головы и видел... его.

Видел, как Виктор, не глядя на Лену, а прямо ему в глаза, расстёгивает ремень на брюках. И видел его улыбку — не гримасу, а чистое, незамутнённое торжество победителя над поверженным.

И в тот миг, когда Лена, зажмурившись, взяла его в рот, Андрей ощутил, как сзади в неё с глухим, влажным толчком вошёл Виктор.

Лена дёрнулась; ритм сбился; из горла вырвался короткий, приглушённый стон. Виктор положил ладонь ей на затылок, вплёл пальцы в волосы и двинулся, медленно, властно, сводя их троих в один такт.

Мир Андрея качнулся. Удовольствие било остро, нечестно; и при этом его заставляли смотреть, как женщина, которую он любит, принимает другого. Он слышал её сбившееся дыхание, чувствовал, как от чужих толчков дрожит её тело и эта дрожь отзывается в нём.

Это был ад — собранный с ювелирной точностью, выдержанный по паузам и вздохам. И дирижировал им Виктор.

Его смех наконец стих. Виктор держал ритм — не только в движениях, но и в каждом вдохе комнаты. Его напор был редким, глубоким, въедливым; так хозяин проверяет вещь на прочность. Вторая рука легла Лене на затылок, пальцы нырнули в волосы, и каждый её кивок стал подвластным его воле.

И Лена расплавилась.

Стыд не исчез, но сменил температуру: из холодного — в жгучий, ставший пряностью, делающей блюдо невыносимо вкусным. Она оказалась в центре, той самой точкой схождения двух воль: одна униженная, другая торжествующая. И питалась ими обеими. Запретный двойной фокус опьянял сильнее вина. Страх уступил место жадности.

Её движения у бёдер Андрея стали требовательнее, злее. Марионетка исчезла — осталась хищница. Она услышала его сорвавшийся стон, почувствовала, как каменеют мышцы живота, и знание этой власти подстегнуло её ещё сильнее.

Виктор уловил перемену. Пальцы на затылке сжались до боли; он резко потянул голову назад, заставляя её встретить взгляд, и шепнул — отчётливо, так, чтобы слышал и Андрей:

— Чья ты, Лена?

Он не дал ей ответить.

Сбросив ленивую размеренность, Виктор вбивался в неё — коротко, резко, яростно, вырывая из её горла рваные, сдавленные стоны.

Мир Андрея схлопнулся до одной точки: пальцы Виктора, впившиеся в светлые волосы Лены. Его собственные ладони сжимали диван, так, что пальцы дрожали, а ногти скребли по кожаной обивке. Он хотел до судороги в челюсти, до темноты перед глазами — сам вцепиться в эти волосы, рвануть её к себе, забрать, хотя бы на одно, украденное мгновение.

Но не смел.

Он чувствовал, что развязка близко. Унижение, ревность, удовольствие, почти невыносимое в своей остроте, и тоска, тяжёлая, всепоглощающая, — всё сплелось в один тугой, раскалённый узел, готовый разорваться изнутри.

Зажмурился. Напрасно. Внутри вспыхивали образы: её запрокинутая голова, полуоткрытые в стоне губы, блеск пота Виктора на её коже, её пальцы, сжимающие его так отчаянно... Он был на грани.

И Виктор это знал...
.. и наслаждался.

Он оборвал яростный напор так же резко, как начал, замер, удерживая Лену, и посмотрел прямо на Андрея. В глазах ни крупицы страсти, только холодное любопытство часовщика, наблюдающего за безупречной работой собранного механизма. Он отслеживал всё: как перекашивается лицо Андрея, как пальцы врезаются в обивку, как тело напрягается в последнем, беспомощном сопротивлении.

Он сказал тихо, ласково:

— Давай, Андрей. Я разрешаю. Кончай.

Эти слова прокрутились последним ключом в замке его унижения. Мир Андрея раскололся на осколки. Он кончил с рваным, задушенным стоном, похожим на крик о помощи, чем наслаждения. Тело обмякло, он осел на спинку дивана, будто из него вынули стержень. Тяжёлое, прерывистое дыхание. Глаза он не открыл.

Лена рефлекторно отпрянула и тут же вернулась: его пальцы в волосах дернули её обратно, и хищная маска осыпалась. Она застыла на коленях на

Порно библиотека 3iks.Me