спермы попала ей на язык и нёбо. Наконец, я отпустил её волосы, и Катька отпрянула, давясь и кашляя, с каплями моей спермы на губах и подбородке. Она выглядела абсолютно использованной, униженной и невероятно сексуальной с моим соком на её веснушчатом лице.
Теперь лижи мои яйца, — скомандовал я, меняя позу на диване, чтобы дать ей доступ, не отрывая глаз от экрана.
Она, всё ещё тяжело дыша, послушно склонилась снова. Её маленький, тёплый язык принялся ласкать мою мошонку. Это было неумело, но усердно. Катюха облизывала, посасывала, заглатывала, стараясь, как могла. Я рассеянно трепал пальцами её волосы, наблюдая за футбольным матчем.
Судья назначил дополнительное время, а другая моя потребность дала о себе знать. Захотелось в туалет, но не хотелось пропускать концовку тайма. Я посмотрел на Катьку, ее щека покоилась на моем бедре, а робкий язычок медленно скользил по моей мошонке. В голову пришла идея.
— Открой рот, — сказал я.
Она отстранила голову, моргая широко раскрытыми глазами, блестящая ниточка слюны все еще тянулась от ее нижней губы к моим яйцам. Я поерзал на диване и положил свой хуй в открытый рот.
Катюха безоговорочно мне доверяла. Эта мысль вызвала у меня внутренний трепет. Я запустил руку в её копну волос и притянул к себе. На лице Кати мелькнула растерянность.
Мой хуй дёрнулся, и горячая струя вырвалась наружу, ударив в горло. Её глаза расширились от удивления, и она попыталась отстраниться. Но я крепко держал её за затылок, не давая ей вырваться. Жёлтая влага лилась неудержимо, пенясь и булькая, заполняя её рот, усиливая ощущение власти.
— Глотай, — прошипел я. — Не смей пролить ни капли.
Её горло судорожно сжалось, пытаясь принять неизбежное. Я чувствовал пульсацию мышц в такт потоку. Она сидела на коленях и пила мочу, её горло ритмично сокращалось, проглатывая терпкую солёную жидкость.
Звук был непотребным: утробно-булькающий, смешанный с её испуганным прерывистым дыханием. Она пила меня. Всего меня. Абсолютная власть над ситуацией дарила невиданное удовольствие — куда глубже обычного оргазма. Поток наполнял девушку, пока не иссяк окончательно, я стряхнул последние капли ей на язык и отпустил Катюху.
Она снова опустилась на корточки, сильно кашляя, ее тело содрогалось. Одинокая слезинка прочертила четкую дорожку по следам моего прежнего облегчения, все еще остававшимся на ее щеке. Она выглядела использованной, и это было самое прекрасное, что я когда-либо видел.
Я снова натянул джинсы: — Сегодня ты доказала свою любовь, — сказал я небрежно, как будто только что прокомментировал погоду. — Но любовь не разовый продукт. Тебе придется доказывать свою любовь каждый день. А теперь иди в душ. От тебя воняет.
К моему удивлению, на губах Кати появилась ошеломленная улыбка. Это была не счастливая улыбка, а улыбка глубокого, извращенного удовлетворения. Она прошла испытание. Она кивнула и вскочила на ноги, ее обнаженное тело выглядело маленьким и уязвимым, когда она побежала в ванную. А я продолжил смотреть матч.
Катька вернулась, когда начался второй тайм. Её кожа пахла моим гелем для душа, рыжие кудри были мокрыми и тёмными. Она стояла, ожидая следующей команды, всё такая же голая, только теперь чистая.
— Сядь на диван. И раздвинь ноги, — сказал я.
Катюха повиновалась без единого слова, откинувшись на подушки, и застенчиво развела бёдра. Я перевёл взгляд с экрана на неё. Её киска была такой, какой я её ощущал в парке: лохматой, рыжеватой, невинной. Я провёл пальцем по щёлке, и Катюха вздрогнула.
— Ты никогда не делала этого раньше? — спросил я, вглядываясь в её смущённое лицо. Она молча покачала головой.
Девственница. Мысль пронеслась яркой вспышкой. И вместо того чтобы грубо войти в неё, мне захотелось другого. Захотелось увидеть, как она извивается от того, что никогда не испытывала.
Я опустился на колени на пол между ног девушки. Её дыхание остановилось, когда я притянул Катю за бёдра к самому краю дивана, к своему лицу. Она ожидала боли. Она приготовилась к ней.
У меня не было намерения причинять ей боль. Только не сегодня. Я уткнулся в её влажную киску, и мой язык лизнул её целиком, снизу вверх.
Катька охнула. Её руки вцепились мне в волосы. Я погрузился в неё. Я ел её, как голодный зверь. Мой язык водил круги вокруг её напряжённого клитора, затем впивался в него, затем спускался ниже, вгонял в её узкое, дрожащее отверстие. Она была солёной, сладкой и чистой. Её бёдра дёргались, она стонала, её пальцы сжимались и разжимались в моих волосах. Она что-то бормотала, какие-то несвязные мольбы, но я не останавливался.
У неё был чистый и глубокий, истинно женский вкус — мускусный, сладкий, принадлежащий только ей. Катькины руки взметнулись к моим волосам, но не для того, чтобы оттолкнуть меня, а чтобы вцепиться в меня, запутавшись пальцами в прядях.
Я лизал, ощупывал и исследовал ее своим языком, исследуя каждую складочку, каждый скрытый бугорок чувствительной плоти. Я обвел ее клитор самым кончиком языка, чувствуя, как он затвердел и превратился в маленький камешек под моим вниманием. Ее дыхание превратилось в прерывистые всхлипы надо мной. Ее хватка на моих волосах усилилась, стала болезненной.
— Леха... — простонала она, непроизвольно дернув бедрами.
Я просунул в нее свой язык, трахая ее им, чувствуя, как невероятно тугое, бархатистое тепло ее девственного влагалища сжимается вокруг пустоты. Теперь Катька стонала непрерывно. Ее спина выгнулась дугой, а маленькие груди устремились к потолку. Я вернулся к ее клитору, нежно втягивая его в
Порно библиотека 3iks.Me
471
03.12.2025
|
|