с таким размером? — пыхтя, спросила Наталья. — Руками?
— Руками неудобно, обычно хлебушком!
— Чем? — женщина от неожиданного ответа даже остановилась, но лишь на мгновение, возобновив неторопливую дрочку.
— Ну… батон хлеба разрезаю, потом туда… его… ну и…
— Потом не ешь его, надеюсь? — Наталья спрятала улыбку в уголках рта, стараясь остаться серьёзной.
— Не, что вы, свиньям кидаю!
— Отъелись, наверное, свиньи на хлебушке-то?!
— Жирные, ага. — Парень не чувствовал, что над ним смеются, глубоко сосредоточившись на ласковых руках женщины.
— Ну хоть так! - Отвлекшись на технический вопрос, она немного остыла, но, осознав масштаб своего падения, застыдилась с новой силой и почувствовала новый прилив желания. После Лёши в трусиках и так было хоть выжимай.
Ещё один ровесник сына, да с таким агрегатом, о котором можно только мечтать, сейчас был в её руках. Она боялась представить, какую бурю мог произвести Паша, будучи в ней, насаживая её многоопытное нутро на свою молодецкую елду. И поскорее постаралась отвлечься, подумав о Лёше. Но этот член не выходил из головы. Может, потому что её руки ритмично натягивали кожу на мощную головку и обратно? Она боялась за себя, боялась, что распалившийся парень завалит её прямо тут, на полу, и она не найдёт в себе силы отказаться. Её будут ебать в семейном доме, как последнюю шлюху, а она, осознавая всё происходящее и не имея сил противостоять, с нескрываемым удовольствием будет подставлять свою дырку под огромную бугристую елду. Страшно было предположить, во что это выльется, и Наталья постаралась сдвинуться вбок, с линии «обстрела». Паша держался долго, дольше Алексея — может, потому что сухие руки были куда хуже мягкой тёплой булочки, — но и он наконец не выдержал: выкатив глаза и вытянув губы колечком, тоненько пискнул и выплюнул подрагивающим агрегатом густую струю, попавшую на батарею под окном и пол.
Наталья ещё немного погоняла скользкий от спермы член в ладонях, размазывая жижу по всему нескончаемому стволу, удивляясь, насколько со «смазкой» движения по нему стали гладкими и нежными, но потом, смутившись, отдернула руки и отправилась к раковине.
Пока шумела вода, она и не заметила, как Паша испарился. Оглушённая от возбуждения и произошедших событий, она ещё долго ходила по дому, не находя себе места, потом решилась: тщательно закрылась, разделась и несколько раз кончила, представляя обоих парней с собой одновременно.
***
Теперь они наведывались к ней при каждом удобном случае — почти каждый день. Часто ничего не получалось: в доме был муж или сын, и тогда парни уходили ни с чем, с кислыми минами. Но когда фортуна улыбалась, когда дома никого не оказывалось, их лица сияли ярче солнца.
— Когда там ваши экзамены кончатся, а то используете меня как рабочую силу! — в шутку жаловалась она, а сама настолько привыкла к их членам и тому, что после их ухода отдаётся дикой, разнузданной мастурбации до изнеможения, что ждала их появления с не меньшим нетерпением.
С Лёшей она позволяла чуть больше: поцелуи, обнимания, ласкать себя во время минета. Будто разгадав её, в процессе он обзывал ее последними словами, довольно грубо заставляя себя ублажать, ебал в рот, схватив за голову. Она всё боялась, что однажды он прикажет повернуться к нему задом, и возьмет её окончательно. Но все же взаимные преграды оказались сильнее. А Паша так и оставался на расстоянии вытянутой руки. Она не делала этого им обоим вместе, стыдясь того, что позволяля Алесею. Но в фантазиях оба члена побывали в ней по отдельности и одновременно. В попку себе она определила Лёшу, а во влагалище однозначно должен был заполнить своей огромной сладкой залупой Паша.
Парни горячо её каждый раз благодарили, как радушную хозяйку, будто она угощала их пирожками, а не рукоблудием. Обещали всенепременно сдать все экзамены на пятёрки.
— Сколько же там их у вас? — удивлялась женщина, качая головой.
Однажды вечером, витая в амурных облаках собственных развратных воспоминаний, она в шутку, негодуя, спросила у сына:
— Послушай, сколько у вас экзамены уже идут, скоро июль, а они вас всё мучают?!
— Какие экзамены, — поднял голову тот, — они все три недели как закончились! Я же тебе говорил, — упрекнул он её в невнимательности.
— Ах, да! Вспомнила! Надо же! Забыла! — всплеснула Наталья руками.
Ей сперва стало стыдно от того, как её развели под благовидным предлогом, лохушку, развесившую уши и протянувшую к молодым хуям загребущие бабские руки. Но ведь в глубине души она понимала, что предлог у парней мог бы быть любой, и она бы приняла его так же, ослеплённая собственными желаниями. "Вот, сволочи, обманщики! - Повторяла она просебя. И снова ей стало стыдно, что парни разыграли её, пользуясь, как бесплатной шлюшкой, и она надолго уединилась в ванной, смывая своё падение тугими струями душа с набухшей от всех этих переживаний промежности.
***
Надо было как-то проучить обманщиков, и когда они явились вновь, она пригласила их в комнату вдвоём. Те переглянулись и двинулись в комнату, толкая друг друга.
— Так, мои хорошие! Я знаю, что экзамены кончились, и вы меня надули! Не оправдывайтесь, это бесполезно, — остановила она их поднятой ладошкой. — На этом нашу маленькую богадельню и кассу взаимопомощи объявляю закрытой! Это не может продолжаться и не будет продолжаться по многим причинам! Я это делала исключительно из желания помочь! Теперь вы сами по себе, как хотите: руками, или ищите
Порно библиотека 3iks.Me
2202
04.12.2025
|
|