КУКОЛД, ЖЕНА И ТЁЩА- Читать онлайн

безупречную чистоту чёрного кружева. Ни намёка на былые пятна. Только идеальная ткань, готовая снова принять форму тела его жены.

Тёща медленно подошла и села на краю широкой скамьи из мрамора. Она закинула ногу на ногу, и её домашняя шёлковая шпилька с острым, как стилет, носком замерла в сантиметре от его опущенных глаз.

— Ты заслужил знак, — сказала она, и в её голосе прозвучала редкая нота снисходительной милости. — Поцелуй.

Александр поднял голову. Его глаза встретились с её спокойным, властным взглядом лишь на мгновение, прежде чем он опустил их к её ноге. Он бережно взял её ступню, всё ещё заключённую в тончайший шёлковый чулок, и приложился губами к выпуклости косточки. Его поцелуй был лёгким, почтительным, полным безмолвной благодарности. Он чувствовал под губами тепло её кожи, тонкую ткань и непоколебимую силу, исходившую от неё.

— Достаточно, — мягко отозвала она, не отнимая ноги, позволяя ему ещё секунду насладиться мигом этой высочайшей награды. — Теперь развесь сушиться. И приготовь мне чай с мёдом. Наташа ещё спит, не шуми.

Он кивнул, отпустив её ногу. Когда она ушла, в ванной снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим плеском воды в раковине, куда он выливал содержимое таза. На его губах оставался едва уловимый, сладковатый вкус дорогого шелка. Он вытирал таз насухо, мыл руки тем же нежным мылом и думал о чае, который нужно заварить при определённой температуре. Его мир, строгий и ясный, был в полном порядке. Он очистил следы чужого удовольствия и получил за это поцелуй ноги своей настоящей повелительницы. Что могло быть более справедливым?

***

В гостиной Анастасии Николаевны царила атмосфера утончённого, зрелого превосходства. Воздух был напоен ароматами дорогого парфюма, тёмного шоколада и свежесваренного кофе. Три её подруги, дамы одного с нею круга и возраста, сидели в глубоких креслах, ведя неспешную, светскую беседу. Речь шла о новых выставках, о недвижимости и о промахах менее удачливых знакомых. Но истинным центром этой вселенной был не разговор, а тихое движение у их ног.

Александр, одетый в безупречно отглаженные темные брюки и мягкую белую рубашку с закатанными по локоть рукавами, двигался по ковру беззвучно, как тень. Его взгляд был опущен, но внимание — абсолютно. Он подливал кофе из серебряного кофейника, едва гостья касалась чашки пальцами. Подносил блюдечко с изысканными пирожными именно в тот момент, когда пауза в разговоре намекала на возможность взять лакомство. Подбирал салфетку, едва та касалась пола. Он был не слугой в обычном понимании, а живым воплощением предупредительности, его покорность витала в воздухе, делая его невидимым и абсолютно необходимым одновременно.

Анастасия Николаевна, восседающая в самом большом кресле, наблюдала за этим с лёгкой, едва заметной улыбкой удовлетворения. Она поймала взгляд одной из подруг, Ирины Львовны, которая с нескрываемым любопытством смотрела на то, как Александр, стоя на одном колене, поправляет под её ногой слегка сдвинутую скамеечку для ног.

— Сашенька, — голос тёщи прозвучал мягко, но настолько властно, что даже болтовня подруг на мгновение стихла. — Поздоровайся с дамами должным образом.

Александр плавно опустился на колени в центре полукруга, образованного креслами. Ни тени смущения или нежелания. Только сосредоточенная готовность. Он приблизился сначала к Ирине Львовне, склонил голову и, бережно взяв её лодочку из лаковой кожи за каблук, приложился губами к носку туфли. Затем — к Светлане Петровне, чьи строгие туфли-лодочки он также почтительно поцеловал. Потом — к Ольге Витальевне, чьи туфли на невысоком каблуке получили такой же безмолвный знак почтения. Движения были ритмичными, почти церемониальными. Воздух наполнился тишиной, в которой был слышен лишь лёгкий стук фарфора и сдавленный вздох одной из дам.

— Ну что, Ирочка, завидуешь? — негромко спросила Анастасия Николаевна, наслаждаясь произведённым эффектом. Она неспешно потягивала кофе, глядя на замершего у её собственных ног Александра. — Моя Наташенька, кстати, в этот самый момент, наверное, загорает на пляже в Крыму. Или, скорее, не загорает, — она сделала многозначительную паузу, — а с упоением исследует сокровища того самого скульптора, о котором я тебе рассказывала. Молодой, горячий, необузданный. Настоящий зверь.

Она провела ладонью по волосам Александра, привычным, бессознательным жестом, как гладят верную собаку.

— А мой зять — здесь. Где ему и положено быть. У моих ног. Обеспечивает комфорт мне и моим гостям. Не бегает, не ревнует, не портит женщинам кровь своими амбициями. Чистый, послушный, внимательный. Идеальная тихая гавань для сильной женщины после любых... штормов.

Ольга Витальевна ахнула, прикрыв рот изящной ладонью.

— Анастасия, это же фантастика. Мой Алексей, не в обиду будь сказано, даже газету мне утром подать без ворчанья не может. А тут... целый ритуал.

— Это не ритуал, — поправила её хозяйка, и в её глазах блеснула сталь. — Это естественный порядок вещей. Когда мужчина осознаёт своё истинное предназначение — служить, заботиться и подчиняться. Он находит в этом счастье. Видишь, какое у него лицо? Спокойное. Гармоничное.

Лица подруг выражали смесь изумления, жгучего любопытства и откровенной зависти. Ирина Львовна, самая решительная, наклонилась вперёд.

— А где таких... находят? Или... воспитывают?

Анастасия Николаевна позволила себе лёгкую, снисходительную улыбку.

— Некоторые качества должны быть заложены внутри, милая. А потом... нужна твёрдая рука и ясное понимание правил. Он должен видеть в тебе не «бабульку», а Хозяйку. Богиню. Центр своей вселенной. Тогда и газету подаст, и кофе приготовит, и туфли поцелует не за страх, а за совесть. И будет счастлив, что ты позволила ему это сделать.

Она жестом подозвала

Порно библиотека 3iks.Me