Пятничный вечер плавно перетек в воскресный вечер. Два дня прошли в странной, натянутой нормальности. Они говорили о ремонте, о счетах, о смешных поступках детей. Неприкосновенная тема висела в воздухе плотным, невидимым шаром, которого оба избегали касаться.
Сейчас они шли ровным шагом из кино, куда сходили скорее по инерции, чтобы «быть как все». Детей нужно было забрать у бабушки завтра утром. Они никуда не торопились. Костя нажал брелок сигнализации и Маша села на пассажирское сиденье автомобиля. Костя неспешно обошел вокруг машину, проверил колеса, Маша задумчиво смотрела на него в боковые окна, в зеркала. В салоне звучала тихая радио-музыка.
Костя наконец сел за руль. Маша одним быстрым движением выключила радио. Тишина стала оглушительной.
— Ну и как тебе? — спросила она, не поворачивая головы. Голос был ровным, будто она спрашивала о погоде.
Костя, который думал о маршруте, которым нужно будет ехать домой, на секунду сбился.
— Кино? Нормально. Сюжет предсказуемый, но...
— Нет, — мягко перебила она. — Я не про фильм.
Она медленно повернулась к нему. В свете панели приборов её лицо было загадочным, уголки губ чуть приподняты в полуулыбке, которой раньше у неё не было. Игривой, немного хитрой.
— Я про наш... эксперимент. МЖМ, кажется, это называется? — Она произнесла аббревиатуру нарочито чётко, как бы пробуя её на вкус. — Тройничок! Ты же его так хотел. И хотел долго, как я понимаю. Попробовал. И как? Оправдались ожидания великого режиссёра?
Костя сглотнул, почувствовав знакомый, острый толчок где-то под ложечкой. Игра началась. Не в спальне, а здесь, в машине, где нельзя было ни спрятаться, ни прикоснуться.
— Маш...
— Нет-нет, давай по пунктам, — она перебила, её тон стал легче, воздушнее, но от этого только острее. — Понравилось смотреть? Вот так, сбоку, как на спектакле? Когда твоя жена, такая скромница, мама твоих детей, такая вся хорошая и милая опускается на колени перед чужим мужчиной и так старательно... работает ртом? Ты же этого ждал. Дрожал от предвкушения. Исполнилось?
Она не ждала ответа. Она вела монолог, наблюдая за его профилем, за тем, как напряглась его челюсть.
— А когда он её трахал? Твою жену! Вот так, сверху, а ты сидел рядом и держал её за пальцы. Это было слаще, чем если бы это был ты? Или, наоборот, горько? Говори же, режиссёр, мне важна обратная связь от зрителя в первом ряду. Говори!
Она наклонилась чуть ближе, её шёпот стал сладким, как яд.
— А когда она его попросила войти сзади, пока ты был в ней... это был кульминационный момент? Аплодисменты в зале? Или тишина?
Костя заглушил двигатель, понимая, что прямо сейчас они никуда не поедут. Он повернулся к ней. В темноте его глаза горели.
— Зачем ты это делаешь? — его голос был хриплым.
— Я? — она притворно удивилась, широко раскрыв глаза. — Я интересуюсь впечатлениями моего мужа от воплощения его фантазии. Это же так здорово — делиться. Ты хотел, чтобы мы делились. Вот я и делюсь вопросами.
Она положила руку ему на бедро, пальцы поползли выше.
— Мне просто интересно... — она продолжила, уже почти касаясь его ширинки, —. ..что тебя заводило больше? Сам вид? Или мои глаза, которые смотрели на тебя, пока я делала это с ним? Или, может, звуки? Тот хлюпающий звук, когда он был во мне? — она попыталась его спародировать, — чпок, чпок, чпок...
— Хватит, — вырвалось у него, но это не было приказом остановиться. Это была мольба продолжить.
— Ах, «хватит»? — она надула губки. — А я только начала. Вот скажи, когда я в итоге кончила... ты был счастлив за меня? Или потому что это ты всё организовал? Или просто от предвкушения, что сейчас заберёшь меня себе обратно, всю перепачканную, и вылижешь, как своё имущество?
Она нажала ладонью на его возбуждение, уже явное через ткань брюк.
—Видишь? — она засмеялась тихим, победным смешком. — Ты до сих пор не отошёл. И я – нет. Так что мой вопрос по существу, Костя: ты доволен спектаклем? Хочешь аншлага? Или одного показа было достаточно?
Она замолчала, выжидающе глядя на него, её пальцы продолжали своё медленное, неумолимое движение. Вопрос висел в воздухе салона, пахнущем её духами и их общим, непроговорённым прошлым. Это был не разбор полётов. Это была новая игра. И Маша только что уверенно сделала первый ход.
Костя не завёл машину. Он сидел, сжав руль, глядя в тёмное лобовое стекло. Прикосновение её руки было как раскалённая игла.
— Почему ты молчишь? — её голос потерял игривость, в нём зазвучала требовательная нота. — Мы же взрослые люди. Просто скажи, что тебе понравилось. Это же честно.
— Маша...
— Нет, Костя. Я хочу слышать. — Она убрала руку, откинулась на спинку пассажирского сиденья и повернулась к нему, поджав под себя ногу. Её поза была открытой, вызовом. — Мне, например, понравилось. Очень.
Он резко повернул голову, чтобы посмотреть на неё. Она не опускала взгляд.
— Мне понравилось сосать его член. Ощущать во рту. Его член... он другой, знаешь? Другой формы. Мне было интересно. И мне понравилось, как он меня трахал. По-другому. Глубже, под другим углом. Он сильнее, физически. Это чувствовалось. И член у него... красивый. Точёный. Мне понравилось на него смотреть. И гладить его яйца... они такие большие.
Она говорила спокойно, аналитично, как будто разбирала особенности нового гаджета. Каждое слово било по Косте с физической силой.
— Ты хочешь, чтобы
Порно библиотека 3iks.Me