Приключения куклы Барби на Рождество- Читать онлайн

в красной шапочке, чуть перекошенной набок, с крошечными лапками и добрыми глазами.

— Отличный выбор! — рассмеялась Леа.

— Решено, — сказал Лукас. — Он теперь твой.

Снег падал, гирлянды мерцали, и я стояла босиком на зимней площади, держа в руках свой первый рождественский подарок — и, кажется, это было самое настоящее чудо.

Потом они всё-таки заметили, как меня трясёт.

Я старалась держаться, улыбалась, сжимала в руках маленького мишку, но дрожь уже не получалось скрыть. Плечи подрагивали сами собой, а дыхание сбивалось.

— Так, стоп, — решительно сказала Леа, внимательно посмотрев на меня. — Этого достаточно.

Томас кивнул:

— Пошли. Срочно греться.

Мы остановились у небольшого киоска, откуда тянуло таким тёплым, густым ароматом, что я даже не сразу поняла, что это. Пряности, цитрусовая кислинка, что-то сладкое и очень уютное — запах был как у праздника в чистом виде.

— Глинтвейн, — пояснил Лукас, заметив мой вопросительный взгляд. — Горячий напиток. Его пьют зимой, чтобы согреться.

Глинтвейн — это горячее вино со специями: корицей, гвоздикой, апельсиновой цедрой, иногда с мёдом. Его варят специально для холодных вечеров, чтобы тепло было не только снаружи, но и внутри.

Ребята взяли по стакану себе — и один протянули мне. Стакан был плотный, картонный, горячий настолько, что я сразу обхватила его обеими ладонями.

— Осторожно, — предупредила Леа. — Он горячий.

Я сделала маленький глоток.

Сначала — тепло. Потом — вкус. Потом — будто внутри зажглась маленькая лампочка.

Глинтвейн мягко растёкся по горлу, по груди, по животу, и холод, который сковывал меня изнутри, начал медленно отступать. Щёки стали ещё теплее, пальцы рук перестали дрожать, дыхание выровнялось. Я выдохнула — глубоко, впервые за долгое время.

— Ого... — тихо сказала я. — Это... волшебно.

— Почти, — улыбнулся Томас.

— Рождественская магия, — добавил Лукас.

Я стояла, прижимая стакан к ладоням, делала маленькие глотки и чувствовала, как возвращается сила. Холод всё ещё был вокруг — снег, ночь, мороз — но внутри теперь было тепло. Настоящее, живое тепло.

Я посмотрела на ребят и улыбнулась:

— Спасибо вам.

И в этот момент, под падающим снегом, с горячим глинтвейном в руках и маленьким подарком прижатым к груди, я вдруг поняла:

даже если моя жизнь длится всего одну ночь в году — она может быть по-настоящему счастливой.

А потом мы снова пошли вдоль рядов.

Теперь я несла в руках большой пакет — плотный, шуршащий, с ярким праздничным рисунком. Сначала он был почти пустой и лёгкий, но с каждой остановкой становился всё тяжелее. В него отправлялись мелочи и подарки, которые ребята выбирали для меня с таким азартом, будто наверстывали что-то важное.

— Это тоже возьми, — говорил Томас, протягивая аккуратную коробочку.

— И вот это, — добавлял Лукас, смеясь. — Без этого Рождество не считается.

— Подожди, ещё вот эта вещица, — решала Леа, внимательно разглядывая прилавок.

Я сначала пыталась возражать:

— Да хватит уже...

— Даже не начинай, — тут же перебивала Леа. — Мы сами хотим.

И я сдавалась.

Пакет наполнялся: маленькие сувениры, тёплый шарф, смешная кружка с оленем, ещё какая-то коробочка, завернутая в бумагу с золотыми звёздами. Я шла рядом с ними, чувствуя, как тепло от глинтвейна всё ещё держится внутри, как снег ложится на волосы, а сердце — странно и приятно — становится всё тяжелее.

Не от холода. От благодарности.

Я смотрела на огни, на людей вокруг, на ребят, которые спорили, смеялись, выбирали для меня подарки, и думала, что никогда — ни за один из своих кукольных лет — не чувствовала себя настолько... нужной.

Пакет тянул руку вниз, и я время от времени перекладывала его, перехватывала поудобнее. Леа заметила это и молча подхватила дно пакета, помогая мне нести.

— Нормально? — спросила она.

— Да, — улыбнулась я. — Очень.

Мы шли дальше вдоль рядов, и рождественская ночь словно укутывала меня — не одеждой, а вниманием, смехом и теплом человеческих рук.

А я, кукла Барби, которая живёт всего одну ночь в году, несла свой первый в жизни пакет с подарками — и чувствовала себя по-настоящему счастливой.

А потом огни начали гаснуть.

Не сразу все — по очереди, одна гирлянда за другой. Свет тускнел, музыка сначала стала тише, а потом совсем оборвалась, оставив после себя непривычную тишину. Продавцы в ларьках начали суетиться, убирать товары, закрывать ставни. Площадь, ещё недавно шумная и яркая, постепенно пустела.

Толпа редела на глазах. Люди расходились — кто парами, кто семьями, кто в одиночку, унося с собой пакеты, смех и остатки праздника. Снег всё так же падал, но теперь казался холоднее, строже.

Я стояла с пакетом в руках и вдруг поняла, что дрожу уже не от волнения. Холод снова подбирался — к ногам, к коленям, выше. Глинтвейн давно закончился, тепло уходило, и усталость наваливалась тяжёлым пледом.

Леа внимательно посмотрела на меня — долго, оценивающе — и наконец сказала:

— Ну всё, ребята. Пора домой.

Она шагнула ближе и мягко, но решительно добавила:

— Особенно Барби. Она же совсем скоро в ледышку превратится.

— Да, — согласился Томас, нахмурившись. — Хватит на сегодня подвигов.

— Ты и так герой, — кивнул Лукас, пытаясь улыбнуться.

Я хотела возразить, сказать, что ещё могу, что всё нормально... но слова застряли где-то внутри. Я только улыбнулась — уже не так уверенно, как раньше, — и крепче прижала к себе пакет с подарками.

— Наверное, вы правы, — тихо сказала я.

Мы постояли ещё секунду, глядя на почти опустевшую площадь, на последние огоньки, на следы на снегу. Праздник заканчивался. Медленно,

Порно библиотека 3iks.Me