благодарность, ответная теплота. Он стал задерживаться на секунду дольше нужного, проводил ладонью по её бедру, обнажённому под шелком. Процедура стала граничить с чем-то большим.
Ещё через раз она«случайно» забыла надеть трусики, натянув только длинную футболку. Когда он приподнял её край, его дыхание на миг перехватило. Она сделала вид, что не заметила его реакции. Но когда он вошёл, она впервые за всё время издала тихий, непроизвольный звук — не боли, а чего-то другого. И тут же смущённо прикусила губу. Марк в ответ прошептал: «Всё хорошо?», и в его голосе была не тревога, а какое-то новое, тёплое напряжение. Она ловила себя на мысли, что ждёт этих вечеров. Не из-за физического удовлетворения (хотя её тело отзывалось всё ярче), а из-за этой странной, интимной близости, где они оба были без масок, без прошлого, просто два человека в самой нелепой и глубокой связи.
И вот настал вечер, когда всё сошлось. Диана принимала душ дольше обычного. Надела не просто бельё, а купленные ею тайком (и выброшенные потом в самый дальний угол) кружевные трусики и чулки. Они смотрелись нелепо и трогательно на её ещё не сформировавшемся теле, как костюм на подростке. Но это был жест. Вызов. Себе и ему. Когда Марк вошёл, она уже лежала. Не в шелке, а в этом новом «обмундировании». И она не просто лежала. Она приняла позу. Слегка откинувшись на подушки, одну руку закинув за голову, а другой... она поднесла указательный палец к губам и слегка, игриво (как ей казалось) прикусила его кончик. Так делали героини дешёвых порнофильмов, которые она когда-то смотрела украдкой. У неё внутри бушевал ураган стыда, страха и дикого возбуждения. Она переигрывала, это было неестественно, но это был её прыжок в пустоту.
Марк остановился как вкопанный.Он смотрел на неё — на эту смесь невинности и плохой актёрской игры, на её тщательно подготовленное тело, на дрожащие ресницы. И что-то в нём сорвалось с цепи. Не мажорская похоть, а что-то первозданное, огненное. Он не стал медлить с прелюдией. Его поцелуи (впервые за всё время) стали жадными, не только на её губах, но и на шее, на ключицах. Он срывал с неё этот нелепый кружевной набор, и в его движениях не было ни капли прежней осторожности, только голодное, одобряющее восхищение. Сам процесс был уже не процедурой.Это был мощный, глубокий, почти яростный секс. Он держал её крепче, входил глубже, с той самой «частотой и скоростью», но теперь это диктовала не инструкция, а плоть. Диана не просто принимала — она отвечала, двигаясь навстречу, её ноги обвили его спину сами собой. Она забыла про стыд, про «лечебный акт». Она была тут, вся, в этом огне.
Когда его кульминация наступила, она была бурной. Он вырвался из неё с низким стоном, но не успел отстраниться полностью. Это было обильно, много, и большая часть попала на её живот и бёдра, теплое и липкое. Он, тяжело дыша, схватил салфетку, чтобы убрать, но его рука дрожала. И в этот момент, глядя на эту картину, у Дианы в голове, ясно и неотступно, пронеслась мысль: «А если бы... внутрь? Каково это? Ощущать это тепло там, внутри?» Мысль была такой шокирующей, такой запретной, что она резко зажмурилась, как будто могла её спрятать. Марк отполз, опустив голову.
—Извини. Я... вышло из-под контроля. Переборщил.
—Ничего, — прошептала она, всё ещё чувствуя пульсацию внизу живота.
— Было... эффективно. Они оба понимали, что перешли какую-то грань. Процедура кончилась. Началось что-то другое. После той ночи между ними возникло неловкое напряжение.И как будто по негласному согласию, они решили взять паузу в «процедурах» и сосредоточиться на следующем этапе — маммопластике.
Диана, заполняя анкету в престижной московской клинике, в графе «желаемый размер» дрожащей рукой вывела: «Первый. Самый маленький». Ей казалось, что это будет скромно, незаметно, не вызовет лишних взглядов и осуждения (хотя от кого? Она никого не видела, кроме Марка). Она боялась стать «сисястой дурындой», карикатурой.
Марк, когда вёз эти бумаги, «случайно» пролил на анкету кофе. Пришлось заполнять новую. Он сделал это сам. В графе «размер» он написал не номер, а разборчиво: «Естественная, пропорциональная форма. Аккуратная, с небольшим подъемом. Как у Натальи...» — он хотел написать имя какой-нибудь актрисы, но остановился, зачеркнул и дописал: «Как должно быть у Дианы».
Операция была быстрой, почти незаметной. Импланты через подмышечный доступ, чтобы не оставалось шрамов на самой груди. Через пару недель, когда сняли компрессионное бельё, Диана стояла перед зеркалом в ванной и не могла оторвать взгляд. Это было идеально.Не «бидоны», не вульгарные шары. Это были две аккуратные, изящные полусферы. Совершенной каплевидной формы, с едва заметным, естественным провисанием. Они идеально легли на её грудную клетку, завершая силуэт, превращая «пухленькую девочку» в женщину. Ареолы остались небольшими, нежно-розовыми, соски – аккуратными, чуть приподнятыми. Это была грудь, которую хотелось не только видеть, но и бережно касаться, целовать, чувствовать её вес на ладонях.
—Марк... — её голос дрогнул. — Они... они такие большие. Я просила первый размер! Это... второй? Или даже... Марк стоял в дверях, прислонившись к косяку. В его глазах светилась редкая, почти мальчишеская гордость.
—Врач сказал, это временный послеоперационный отёк. «Бидоны», как ты говоришь. Через месяц-другой спадут, станут именно такими, как ты хотела.
Маленькими и аккуратными.
В этот момент мимо прошёл их лечащий врач, молодой и циничный пластический хирург. Услышав последнюю фразу, он ехидно ухмыльнулся, ловя взгляд
Порно библиотека 3iks.Me
1015
31.12.2025
|
|