мой голос снова стал плоским, но теперь в нём слышалось странное напряжение. -Лежал на диване. Пахло перегаром и потом. Он командовал. Говорил: «Свари кофе». Потом: «Холодный. Переделай».
Я видела, как рука Льва на его члене замерла, а потом сжала ткань сильнее.
— Продолжай.
— Я… я переписывалась с «Числом». Он прислал голосовое. Со словами… с твоими словами. «Обруч. Гнездо. Фонтан». Всё поплыло. В голове -вата. Серёга увидел это. Увидел, как я… как я отключилась. И как мне… стало мокро. Он выхватил телефон. Увидел фотки. И… он понял всё. Сказал: «Ах ты, сучка. Славе изменяешь!»
Лев тихо застонал. Не от сочувствия. От возбуждения.
— И что он сделал?
— Схватил за руку. Повёл. Не в спальню. На диван. В гостиную. Повалил лицом вниз. Задрал халат. Сначала до пояса. Потом выше. Я была голая. Он… он начал бить меня. По заднице. Ладонью. Сильно. Звук был… влажный. -Я сделала паузу, чувствуя, как на моих собственных ягодицах вспыхивает жар, будто от тех шлёпков. -С каждым ударом… внутри всё сжималось. Было больно. И… и хотелось, чтобы он бил сильнее. Чтобы это поскорее закончилось. Или… чтобы поскорее началось по-настоящему.
— Началось? -прошептал Лев, его рука двигалась уже более явно.
— Он… он встал сзади. Плюнул себе на руку. На головку. И… вошёл. Сразу. Без подготовки. Всё было сухо. Больно. -Я сглотнула. Влагалище, вспоминая, предательски сжалось. -Он держал меня за бёдра, за те места, где уже были синяки от его шлепков, и… и трахал. Как животное. Долбил. Диван скрипел. Он дышал мне в затылок. Пахло пивом и его потом. И он… он говорил. Шёпотом. «Вот так его, Глорию-позорию… Славик охуел бы…»
Лев резко вдохнул.
— Кончил? Куда?
— В меня. Глубоко. Я чувствовала, как это… горячее и густое… заполняет. Потом он вытащил себя. Заставил повернуться. Сунул мне в лицо. Велел облизать. Я… облизала. Его член был липкий, пахший мной и им. Потом он… заставил взять в рот. Чтобы я «дослужила». Чтобы он кончил ещё раз.
— И ты сделала это?
— Да. Я взяла его в рот. Он был… меньше, мягче. Но я делала. Пока он не кончил мне в глотку. Я проглотила.
В кабинете повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием Льва. Он смотрел на меня, и в его взгляде была не просто похоть. Было торжество. Торжество архитектора, который видит, как его творение используется именно так, как он и задумывал -как универсальный, бесправный инструмент для чужого удовольствия.
— Хорошо, -выдохнул он наконец, убирая руку с ширинки. -Очень хорошо. Это подтверждает мою теорию. Твоя податливость…
Лев расстегнул ширинку одним резким движением. То, что он достал, заставило меня непроизвольно ахнуть, даже в состоянии транса. Это был не просто член. Это было оружие. Длина -под 20 сантиметров, толщина -с полную мужскую кисть в самом широком месте, с массивными, плотными яйцами. Кожа на стволе была темнее, покрыта густой сетью синих прожилок, которые пульсировали. У основания -густая, седая, почти белая шапка курчавых волос, резко контрастировавшая с тёмной кожей и казавшаяся неестественной, как у какого-то мифологического сатира.
Моё тело, даже лишённое воли, отреагировало немедленно. Во рту пересохло, а потом мгновенно наполнилось слюной, которая потекла по подбородку тонкой нитью. Между ног, под шелковыми трусиками, которые я надела специально для «сеанса», хлынула такая волна влаги, что я почувствовала, как тонкая ткань мгновенно промокает и прилипает к распухшим, отзывчивым губам. Это не было похоже ни на что из моей юности. В памяти промелькнули мальчишки-однокурсники -их члены были как карандаши, нежные и тонкие, а волосы -редкий, мягкий пушок. Потом Слава -скромный, привычный «карандаш в стакане». Даже Серёга, при всей его грубости, был обычным, заурядным. А это… это было чудовище. Неприкрытая, первобытная доминация в плоти.
— Гляди, Глория, -его голос был хриплым, но полным ледяного осуждения. Он поднёс эту махину к моему лицу, так близко, что я чувствовала исходящее от неё тепло и терпкий, чистый мужской запах мыла и кожи. -Гляди, во что ты превратилась. Приличная замужняя женщина, мать. А слюни у тебя текут, как у собаки на кусок мяса. Ты вся промокла, да? Чувствую запах твоей шлюшьей смазки отсюда. Такая же грязная, как твоя история.
Он говорил это с презрением, но его член, огромный и твёрдый, как скала, дергался у меня перед глазами, выдавая истинное возбуждение. Его осуждающие слова лишь подливали масла в огонь моего собственного, животного отклика. Я не могла отвести взгляд. Мои губы сами собой сложились в то самое «О», которое он когда-то в меня вбил. Халат распахнулся, и он мог видеть, как моя грудь тяжело вздымается, а тёмные, налитые кровью соски выпирают под тонкой тканью ночной рубашки.
— «Обруч», -прошипел он, и это слово было уже не командой, а констатацией факта.
Мой рот открылся шире. Слюна капнула на его член. Он провёл влажной головкой по моим губам, оставляя солоноватый след.
— Ты этого хочешь? После всего, что рассказала? После мужа, после сына, после друзей мужа? Тебе всё мало? Тебе нужен этот? -он ткнул головкой мне в губы, и я почувствовала её твёрдость и тепло.
Я не ответила. Не могла. Но моё тело ответило за меня. Глубокий, предательский спазм внизу живота, и новая струйка смазки, уже не впитываемая трусиками, потекла по внутренней стороне бедра.
Его размер был неестественным. Моя челюсть ныла почти сразу, пытаясь принять эту толщину, эти двадцать сантиметров живой, пульсирующей плоти.
Порно библиотека 3iks.Me
529
13.01.2026
|
|