Вотсап- Читать онлайн

одну деталь из переписки — мама злилась, что он надел на выступление галстук не того оттенка синего.

Алиса: У тебя был галстук с едва заметным бордовым узором к синему костюму. У тебя хороший вкус.

На этот раз ответ пришёл почти мгновенно.

Сергей: А ты наблюдательная.

Так и началось. Сначала — обсуждение тезисов его доклада. Лена, панически гугля непонятные термины, старалась казаться умной. Потом разговор плавно перетек на смежные темы — книги, последний фильм, который он упоминал в разговоре с мамой. Она использовала украденные знания, как шпаргалку: вбрасывала мнение о том, что он высказывал, «случайно» упоминала курорт, где он отдыхал, и который ему понравился.

На следующий день тон их общения уже слегка сменился с официального на более открытый.

Сергей: День сегодня сумасшедший, я весь в центре событий. У тебя так же?

Алиса: Нет. Я предпочитаю наблюдать со стороны.

Сергей: За мной тоже наблюдаешь?

Алиса: Может быть.

Сергей: Знаю, неприлично спрашивать, но всё же, сколько тебе? Умение так наблюдать — оно либо с годами приходит, либо это природный талант.

Прямой вопрос. Возраст мог разрушить весь хрупкий образ взрослой, уверенной «Алисы». Паника на секунду сковала пальцы, но потом пришло холодное решение. Она не станет врать прямо. Она сыграет на этой неопределённости.

Алиса: Меньше знаешь — крепче спишь.

Переписка становилась всё откровеннее. Он начал задавать вопросы не о работе, а о её вечерах. Что она любит делать, когда остаётся одна. Она отвечала уклончиво, но маняще, создавая образ уверенной, немного загадочной женщины, которая знает себе цену.

К концу второго дня игра вышла на новый уровень. После полуночи он спросил:

Сергей: Судя по тому, что мы переписываемся в полночь, тебя заводит мужское внимание?

Лена вспомнила переписку Сергея с мамой, его грубый, ничего не скрывающий тон. И решила сыграть по-другому. Более плавно. Изящно. Точно.

Алиса: Всё зависит от того, чьё это внимание.

Сергей: Если твое внимание сейчас занято мной, значит, рядом сейчас никого нет?

Алиса: Может нет... а может и есть.

Сергей: Чего ты такая скрытная? Замужем? Если что, мне нравятся замужние.

Алиса: У тебя что – хобби отбирать женщин у мужей?

Сергей: Если только она этого заслуживает, а её муж – её не заслуживает.

Алиса: Сказано сильно!

Сергей: Ты мне нравишься. И пугаешь, честно говоря. Эта анонимность... это игра без правил.

Алиса: А тебе разве нужны правила?

Сергей: Ты права. Правила скучны. Но в любой игре должен быть хотя бы намёк на справедливость. Я раскрыт перед тобой как на ладони. А ты остаёшься призраком. Это неравноценный обмен.

Алиса: Довольствуйся пока этим. Или... тебе не нравится, когда не ты ведёшь в танце?

Она намекнула на его доминантную роль в переписке с мамой, не называя вещи своими именами.

Сергей: Мне нравится вызов. Но ответь честно хотя бы на один вопрос. Ты реальна? Или это чей-то розыгрыш?

Алиса: Я реальна настолько, насколько реально то, что ты ощущаешь, когда читаешь мои сообщения.

Сергей: Тогда покажи себя. Хотя бы часть. Я должен знать, с кем общаюсь.

Лена замерла, ощутив во рту металлический привкус адреналина. Это был момент истины. Словами играть было безопасно. Фото — это уже переход в другую плоскость. Отступление сейчас означало бы конец, признание, что она всего лишь розыгрыш. Но и послать фото было нельзя.

Она подошла к зеркалу в полный рост. Идея пришла сама собой, всплыв из глубины памяти: фото, которое её мама отправила Сергею на днях. На нём Наташа была в белой офисной блузке.

Лена открыла свой шкаф. Там висела её школьная блузка — строгая, с неудобным воротничком, символ всего того детского, от чего она сейчас бежала. Она сняла майку и надела её.

Она расстегнула не одну пуговицу, как по школьным правилам, и не две. Она расстегнула три. До того самого места, где начиналась ложбинка между ещё не оформившейся, но уже упругой грудью.

Телефон поставила напротив, на автосъемку. Лицо осталось за кадром, вверху был лишь срез нижней губы, чуть приоткрытой от волнения. Вся фокусировка — на изгибе шеи, напряжённой, как тетива, и на обнажённой кожи у ключицы, где отчаянно бился пульс. Белая ткань школьной блузки, обычно такая невинная, теперь казалась самым развратным предметом.

Щелчок. Снимок. Еще пару кадров. Лена выбрала одно из фото и отправила.

Она отбросила телефон на кровать, как раскалённый уголь, закрыв лицо руками.

«Что я наделала?» — спрашивала она себя.

Секунды тянулись в мучительной тишине. Пять минут стали вечностью. И вот — тихая вибрация.

Сергей: Боже... Твоя кожа как персиковый шёлк, только что омытый тёплым дождём.

Алиса: Спасибо. Поэтично.

Сергей: Откуда мне знать, что это не фото с интернета? Хочу быть уверен, что это ты.

Алиса: Будь уверен.

Сергей: Отправь следующее фото, на котором будет расстегнута еще одна пуговица. Тогда пойму, что это реально ты.

Четыре пуговицы. Это было уже не «немного», это было «много».

«Стоп, — шептал внутренний голос. — Это уже слишком. Он командует. Ты ему подчиняешься».

Но другой голос, тихий и настойчивый, был громче. «А что, если он не поверит? А что, если он перестанет писать? Что, если... ? Ты хочешь знать, что будет дальше. Ты хочешь... чтобы он смотрел».

Азарт поднялся комом в горле. Руки сами потянулись к пуговицам. Дрожащими пальцами она расстегнула четвёртую. Ткань блузки разошлась, еще больше обнажив её юное тело. Свет падал теперь на новую территорию — на начало изгиба над грудью. Она снова поставила телефон, поймала ракурс, стараясь, чтобы в кадр не попало лицо.

Она почти не смотрела на получившееся фото. Просто отправила его и сжалась в комок на кровати, уткнувшись

Порно библиотека 3iks.Me