внутренности, разгорячённые, сверхчувствительные, сжимали меня как тиски. Она, уже обессиленная, но всё ещё одержимая жаждой, стала сама неистово подмахивать мне навстречу. И через несколько этих безумных, синхронных толчков я взорвался, кончив в неё, заполняя её глубины в второй раз за этот бесконечный день, держа её на руках посреди тёплого, тёмного, бескрайнего моря.
Второй парень, стоял в воде неподалёку, спиной к берегу. Я видел лишь напряжение его плеч и ритмичное, едва заметное покачивание торса. Он смотрел на неё и, судя по всему, занимался тем же, чем и все мы в эти минуты — сгорал от нетерпения. Проходя мимо него, возвращаясь на берег, она не посмотрела на него. Она просто, легко, почти небрежно махнула ему рукой — тот жест, каким зовут такси. Иди за мной. Вернувшись на берег, она взяла полотенце, расстелила у самой кромки воды и опустилась на четвереньки. Не было ни театральности, ни кокетства. Была простая, животная целесообразность. Катя опустила грудь на прохладную гальку, выгнула спину, подняв ягодицы высоко и гордо. Это был чистый, безсловесный призыв.
Он подошёл сзади, присел на корточки, взял её за бёдра своими широкими ладонями, примерился, и вошёл одним долгим, напористым движением. Она вскрикнула — коротко, хрипло, больше от неожиданности напора, чем от боли — и её тело подалось вперёд от силы толчка.
Я не мог оставаться в стороне. Я подошёл и присел рядом. Она повернула ко мне лицо — глаза полны слёз от нахлынувшего ощущения, губы дрожат. Я протянул руку под её живот, нашёл горячий, твёрдый бугорок клитора. И начал работать пальцами — нежно, но точно, в такт мощным, глухим толчкам, которые сотрясали её тело. Её стоны стали громче, переходя в рыдания. Её тело затряслось в первом, стремительном оргазме. Почти сразу за ним накатил второй — более глубокий, выворачивающий, заставивший её впиться пальцами в песок и закричать в него, глухо и отчаянно.
— Кончи в меня… — выдохнула она, обращаясь к парню, и в её голосе не было просьбы. Это был хриплый, влажный приказ.
— Давай же, кончай!
Он, до этого молча долбивший её с сосредоточенным видом, зарычал, прижался всей тяжестью к её спине, и я почувствовал, как её внутренности содрогнулись от серии мощных пульсаций, передавшихся через мои пальцы. Он замер, тяжело дыша.
Жена лежала, не двигаясь, потом медленно, будто разбитая, сползла с него и опустилась на песок. Минуту просто лежала, глядя в небо, в котором зажигались первые, робкие звёзды. Её грудь тяжело вздымалась, на коже выступали мурашки от вечерней прохлады и пережитого потрясения. Потом, беззвучно, перевернулась на бок, оперлась на локоть. Её взгляд, мутный от наслаждения, нашёл меня. Не сказав ни слова, она подползла ко мне на коленях, остановилась передо мной, её лицо было на уровне моего живота. Её руки, теплые и немного дрожащие, легли мне на бёдра.
Она посмотрела на меня снизу вверх — и в этом взгляде не было ни вызова, ни игры для чужих глаз. Была тихая, почти невыносимая сосредоточенность, смесь благодарности, нежности и того же, неутолённого до конца желания, что теперь искало выхода в этом простом, интимном акте. Она наклонилась, и её губы, ещё влажные от морской соли и пота, коснулись моего члена. Затем принялась за работу. Медленно, тщательно, будто заново узнавая каждую складку, каждый изгиб, как будто стремясь стереть память о другом прикосновении, заменив её собой. Я положил ладонь ей на голову, не направляя, а просто чувствуя тепло её кожи, мягкость волос. Она загудела одобрительно, глубоко вбирая меня в себя, и я почувствовал, как её горло открывается, чтобы принять меня целиком. Это длилось недолго. Напряжение всего прошедшего дня, вид её с другим, это нежное, влажное возвращение — всё это сжалось в тугой, горячий узел внизу живота. И когда волна накрыла меня, я кончил ей в рот, чувствуя, как её гортань сглатывает, принимая всё без остатка.
Она не отстранилась сразу. Задержалась на мгновение, убедившись, что всё кончено, и лишь потом медленно освободила меня. Она облизала губы, не сводя с меня глаз, и тёплая, липкая струйка спермы выкатилась из уголка её рта. Она смахнула её тыльной стороной ладони, не смущаясь. Потом прижалась щекой к моему бедру, обняв меня за ноги, и просто сидела так на коленях в остывающем песке, дыша ровно и глубоко, будто возвращаясь домой после долгого, опасного, но невероятно важного путешествия. Только после этого, словно окончательно придя в себя, она медленно поднялась, дошла до воды, тщательно, сполоснулась и вернулась на наше полотенце. Улёгшись на спину, она закрыла глаза. На её лице не было ни стыда, ни восторга — лишь глубокая, тяжёлая, физическая удовлетворённость, как у зверя после удачной охоты.
Вечер у костра был странным. Вино, шашлык, треск поленьев. Парень с якорем, явно возбуждённый и немного обделённый вниманием, налил себе ещё и, обернувшись ко мне, хрипло бросил:
— Классная у тебя подружка, братан. Мне б такую.
Мы с женой встретились взглядами через пламя. Да, мы так и не сказали им, что мы муж и жена. В этой бухте, под этим небом, эти слова казались теперь ненужным, смешным формализмом из другого мира.
— Да, — просто ответил я, глядя на её усталое, прекрасное лицо, озарённое огнём. — Она уникальная.
На следующий день жена проспала до самого обеда, и, глядя на её расслабленное, загорелое тело, раскинувшееся на матрасе я понял: вчерашний
Порно библиотека 3iks.Me
507
23.01.2026
|
|