Курсы минета для замужних (Главы 3 - 4)- Читать онлайн

же фильмов и неспешного ничегонеделания, в этом году проходили в иной плоскости. Снаружи всё оставалось прежним, гирлянды мигали на ёлке, Аня неистово играла с новыми игрушками, мы ходили в гости к родителям. Но внутри нашей маленькой семьи, в пространстве между нами, воздух стал густым, наэлектризованным, наполненным невысказанными мыслями и красноречивыми молчаниями.

Тренировки Наташи перестали быть тайной. Они стали ритуалом. Неприкосновенным, почти священным. После ужина, когда Аня засыпала, наступало время. Она не говорила об этом, просто её взгляд становился отсутствующим, она начинала нервно теребить край свитера, а потом, как бы невзначай, говорила: «Я пойду в душ подольше». Или: «Приму ванну, спина болит». И уходила, прихватив с собой тот самый, заветный свёрток.

Моё внимание, всё моё существо, было приковано к закрытой двери ванной. Я превратился в антенну, настроенную на одну частоту. И я научился различать нюансы.

Бывали спокойные дни. Тогда из-за двери доносилось лишь монотонное бульканье воды в ванне и редкие, сдержанные покашливания. В эти вечера я чувствовал странную смесь разочарования и облегчения. Но были и другие ночи. Когда вода не включалась вовсе. Тогда наступала звенящая тишина, а за ней те самые звуки. Сначала робкие, потом всё увереннее. Влажное чавканье, прерывистое дыхание, сдавленные вздохи. Это был её личный концерт, а я единственный, благоговейный слушатель. Эти звуки проникали сквозь стены, сквозь закрытую дверь, прямиком в какую-то самую потаённую, тёмную часть моего мозга, мгновенно превращаясь в наглядные, порочные образы. Я сидел, сжимая кулаки, и чувствовал, как по телу разливается жар, а в паху возникает знакомое, болезненное напряжение. Я ревновал? Нет. Не к куску силикона. Я завидовал. Завидовал той свободе, с которой она позволяла себе получать удовольствие. Той страсти, что прорывалась в этих ночных звуках.

И ночи... Боже, эти ночи! Я жил в ожидании ночи. Я научился мастерски притворяться спящим. Дышал глубоко и ровно, тело расслабленным. Но внутри всё было натянуто до предела. Я слышал, как меняется ритм её дыхания, как она осторожно приподнимается на локте, замирает, прислушиваясь ко мне. Потом едва уловимый скрип дверцы шкафа. Лёгкий шелест целлофана. И потом тишина.

А потом начиналось. Ритм. Тот самый, гипнотизирующий ритм движений кровати. Её сдержанные, проглатываемые стоны, которые она уже не могла полностью подавить. Я лежал, зажмурившись, и представлял всё в мельчайших деталях, как её пальцы сжимают резиновый ствол, как она вводит его в себя, на какую глубину, с какой силой. Я слушал, как её дыхание сбивается, становится прерывистым, как наступает та самая кульминационная пауза, а затем долгий, дрожащий, полный абсолютного блаженства выдох. В эти моменты моё возбуждение достигало пика. Это было чистейшей воды извращением, и я знал это. Но я был его рабом. Это было самое яркое, самое честное, что происходило в моей жизни за последние годы. Она, моя скромная, зажатая Наташа, открывала во мне дикаря, который получал невероятное наслаждение от её тайных оргий.

Но вместе с этим странным восторгом росло и другое чувство, глубокая, грызущая неполноценность. Она выбирала это. Этот размер. Этот монстр давал ей то, чего я дать не мог. Моё тело, мои скромные двенадцать сантиметров, были неспособны вызвать в ней такие конвульсии наслаждения. Я видел это по её лицу утром оно было другим, более умиротворённым, сияющим изнутри. Я чувствовал это по её движениям они стали плавнее, увереннее. Она расцветала. Но не благодаря мне. Благодаря резиновой палке в шкафу и, как я подозревал, урокам в той квартире. Я боялся признаться в этом даже самому себе, я был не способен удовлетворить свою жену. Не только физически. Я не мог дать ей той смелости, той раскрепощённости, того тёмного огня, который теперь в ней горел.

И именно этот страх, эта мужская уязвимость, в конце концов, и подтолкнули меня к действию. Я не мог больше быть пассивным наблюдателем. Если она идёт на такие шаги, чтобы оживить нас, то мое бездействие было не просто трусостью, а предательством.

За день до назначенной даты. Мы сидели на кухне, допивая вечерний чай. Аня уже спала.

— Дорогая, - начал я, вертя в руках кружку. - Я тут тоже кое-что решил. Хочу поддержать тебя. Я записался на курсы.

Она подняла на меня глаза, в них мелькнуло удивление.

— На какие?

— По куннилингусу. - Я выпалил это быстро, будто стыдясь. - Знаю, раньше я не особо умел, ты сама говорила. Но надеюсь научиться. И самое интересное... мой тренер живёт в том же доме.

Эффект был мгновенным. Она отставила чашку, глаза округлились.

— Вов, не нужно. Зачем? Мне же и так... нравится. Ты не должен.

— Должен! - моя интонация прозвучала резче, чем я планировал. - Я не могу сидеть и смотреть, как ты одна пытаешься... спасти наши отношения. Таскаешь эти резиновые штуки, ходишь на какие-то унизительные курсы... Я тоже хочу участвовать. Хочу научиться. Чтобы и тебе было хорошо. По-настоящему.

— Но... - она запутала пальцы в своих длинных волосах. - Тебе не кажется, что мы делаем что-то неправильное? Что-то... грязное?

В её глазах читалась настоящая тревога. Но я уже зашёл слишком далеко.

— Мне кажется, всё идёт как должно. Мы пробуем. Ищем. Давай не будем загадывать. Просто... сделаем этот шаг.

Она долго смотрела на меня, а потом тихо вздохнула и кивнула. Согласие было не радостным, а покорным. Как будто она поняла, что остановить это уже невозможно.

Оставшийся день и весь вечер перед часом Х я провёл, лихорадочно

Порно библиотека 3iks.Me