мелко задрожал. — На первый раз прощаем. Вставай на колени!
Сережа сполз с лавки и встал на колени.
— Поблагодари сестру. Она ради твоего же блага старалась.
Прикрываясь руками, мальчик пробормотал:
— Спасибо, Катя.
— Хорошие, воспитанные мальчики в таких случаях целуют руку. Потому что они уважают женщин.
Сергей, не поднимаясь, подполз и губами коснулся протянутой руки сестрички. Катя, улыбаясь, сделала реверанс в сторону матери.
— Наверное, и маму поблагодарит? Она так за тебя переживала!
Мальчик подполз к матери.
— Маме ногу целуй! – велела Катя.
— Мама... прости... – подросток склонился и поцеловал мамину ногу.
— Я прощаю, — Лариса присела на корточки, взяла сына за подбородок и посмотрела ему в лицо. — Но, чтобы хорошенько все обдумал, постоишь в углу. На коленях. Ладно? В коридоре, на виду.
Женщины вышли в гостиную, плотно прикрыли дверь и наконец дали волю смеху, долго сдерживаемому смеху.
— Тихо! — первая овладела собой Лариса, вытирая глаза. — Прекрати потешаться над мальчишкой.
— Это ты-то говоришь? Ой, не могу! — Катя прикрыла рот ладошкой чтобы не расхохотаться.
— Кончила, когда его порола? — как бы осуждающе спросила мать.
— Иди переодень трусы, а то насквозь.
— Что дальше-то с ним будем делать? — спросила Катя отсмеявшись.
— Пусть часок на коленях постоит, подумает о жизни. А потом дам ему важное задание.
— Какое?
— Пусть наше бельё постирает. Вот это мокрое. Вручную.
И они снова громко рассмеялись.
***
Прошёл час. Смех в гостиной давно стих, сменившись деловым шёпотом и тихим звяканьем чашек. Сергей всё так же стоял на коленях в прохладном коридоре, лицом к стене. Пылающие полосы на попе понемногу остывали, оставляя после себя глухую, унизительную боль и жар стыда. Каждый звук из-за закрытой двери — шелест ткани, шаги, голоса — заставлял его внутренне сжиматься.
Дверь наконец открылась. В проёме возникла Катя, уже переодетая в лёгкий шелковый халатик. Её лицо сияло самодовольным спокойствием.
— Ну что, постоял? Подумал? — спросила она сладким, но не терпящим возражений голосом. — Выходи. Мама хочет с тобой поговорить.
Сергей, одеревеневший и скованный, с трудом поднялся и, прикрываясь руками, покорно проследовал в гостиную. Лариса Дмитриевна, облачённая в роскошный домашний костюм, восседала в кресле, как на троне. Рядом, на журнальном столике стояли её и Катины туфли — изящные лодочки на высоких каблуках.
— Садись, — указала она на пол у своих ног. Не на диван, не на стул. На пол.
Сергей опустился. Ковёр был мягким, но это не уменьшало унижения.
— Сережа, — начала Лариса, методично размешивая ложечкой чай. — Мы с Катей всё обсудили. Твой проступок показал, что у тебя в голове полная неразбериха и нет ни грамма должного уважения к женщинам. Мы не хотим, чтобы ты вырос животным. Поэтому мы решили взять твоё воспитание в свои руки полностью. С этого момента и до тех пор, пока мы не решим иначе, ты будешь жить по нашим правилам. Твоя задача — учиться слушаться, быть полезным и вырабатывать правильное, почтительное отношение. Ты понял?
Он кивнул, не в силах вымолвить ни слова.
— Отвечай вслух, когда с тобой разговаривают старшие, — холодно парировала Катя, полулёжа на диване и разглядывая свой маникюр.
— Понял, — прошептал Сергей.
— Это не обсуждается, — продолжала мать. — Ты будешь выполнять домашние обязанности. Особые обязанности. Прежде всего, ты отвечаешь за чистоту нашей обуви. Каждый вечер, перед сном, ты будешь осматривать, чистить и полировать все туфли, босоножки и сапоги, которые мы носили в течение дня. Делать это ты будешь здесь, при нас. Чтобы мы могли проконтролировать качество.
Она слегка ткнула носком туфли в его бок.
— Подойди и возьми эту пару. Посмотри, на подошве пыль. Это безобразие.
Сергей взял в руки тёплую ещё от ноги матери туфлю. Запах кожи, духов и чего-то неуловимо женского ударил ему в нос.
— Вторая твоя обязанность — стирка. Но не в машинке. Наше нижнее белье, чулки, колготки и носки слишком деликатны для грубой техники. Ты будешь стирать их вручную. В тазу с тёплой водой. И стоя на коленках. Это будет твоим ежедневным ритуалом, напоминанием о смирении и почтении к предметам женского гардероба.
Катя томно потянулась и сбросила с ноги шелковый носочек, скатав его в небрежный комочек.
— На, можешь начать прямо сейчас. — Она бросила носок ему в колени. — В ванной под раковиной стоит таз. Принеси его сюда, налей теплой воды. И не вздумай плескать на пол.
Сергей, краснея до корней волос, выполнил приказ. Тазик, наполненный водой, он поставил на пол в центре гостиной. Колени снова уткнулись в ковёр.
— Отлично, — одобрила Лариса. — Стирай. И запомни: каждый предмет нужно прополоскать три раза, пока вода не станет абсолютно чистой. И отжимать аккуратно, не рви.
Он погрузил тонкий шелк Катиного носка в воду. Тёплая жидкость обволокла пальцы. Через несколько минут Лариса протянула ему свою, совсем крохотную, кружевные трусики, только что снятые.
— И это тоже. Поспеши, уже поздно.Работая руками в тазу, Сергей чувствовал на себе пристальные, оценивающие взгляды обеих женщин. Они не издевались сейчас открыто, просто наблюдали — с холодным, хозяйским интересом. В этом молчаливом наблюдении было что-то более страшное, чем смех. Это была констатация факта: он больше не равный член семьи. Он — слуга, воспитуемый, объект для воспитания.
— Не копайся, — мягко, но твердо сказала Катя. — После стирки развесишь всё сушиться. А завтра с утра первым делом — проверишь обувь в прихожей. Понятно?
— Понятно, — ответил
Порно библиотека 3iks.Me
783
23.01.2026
|
|