Медосмотр как урок литературы- Читать онлайн

сто два, — констатировал он. — Волнение?

— Гнев, — процедила она сквозь зубы.

— Нет, — возразил Андрей спокойно. — Страх. Ты боишься, что если снять все эти слои — парфюм, одежду, статус — под ними окажется пустота.

Анна увидела в ней разоблачённую леди Джейн, чьи тайны внезапно стали достоянием циника.

Андрей отпустил её руку, отошёл к столу. Он не просто проводил осмотр — он разрушал социальные иерархии, возвращая девушек к их истинной сути.

— Осталось одно, — сказал он, доставая стетоскоп.

Милана напряглась ещё сильнее.

Андрей приблизился, приложил холодный металл к её груди. Секунды тянулись, как часы. Потом он склонился над её бёдрами и внимательно посмотрел в глаза Милане.

Милана напряглась и сжала пальцы. В её взгляде была смесь страха и ярости.

— Здорова, — сказал он наконец.

Милана нервно выдохнула. Что-то в её позе сломалось — едва заметно, но Анна видела. Броня дала трещину.

— Одевайся, — бросил Андрей, отворачиваясь.

Милана схватила одежду, начала натягивать её резкими движениями. Руки дрожали — совсем чуть-чуть, но этого было достаточно, чтобы развалить её маску безупречности.

— Ты думаешь, ты меня сломал? — спросила она, застёгивая свитер.

— Нет, — ответил Андрей, глядя в окно. — Я показал тебе, что ты уже сломана. Просто раньше это было спрятано под дизайнерскими ярлыками.

Милана развернулась к двери. На пороге остановилась.

— Ты всего лишь нищий, который завидует, — бросила она через плечо.

— А ты всего лишь вещь, которая боится оказаться дешёвой, — парировал Андрей.

Дверь захлопнулась.

Анна сидела, сжимая ручку так сильно, что та чуть не треснула. Она чувствовала себя соучастницей преступления, где оружием было слово, а жертвой — её собственное представление о приличиях.

— Это было... — начала она.

— Жестоко? — подсказал Андрей, поворачиваясь к ней. — Да. Но необходимо. Милана живёт в золотой клетке. Она думает, что свободна, потому что у неё есть всё. Но на самом деле она — самая несвободная из всех.

Он подошёл к столу, положил стетоскоп.

— Она Эстелла, воспитанная как оружие. Она Скарлетт, которая ни перед чем не остановится ради победы. Она Ника Самофракийская — стремительная, обезличенная, бездушная победа ради самой победы.

Анна молчала. В горле стоял комок.

— Осталась одна, — сказал Андрей тихо. — Последняя.

Он посмотрел на Анну, и в его взгляде было нечто новое — усталость.

Полина

Дверь открылась так тихо, что Анна не сразу заметила. Она подняла голову — и увидела девушку, которая будто старалась занимать как можно меньше места в этом мире.

Полина.

Для Анны она всегда была лишь блёклым пятном на задней парте. Тихая. Незаметная. Одна из тех, кто сидит у окна и смотрит в него так, будто там, за стеклом, находится другая, лучшая жизнь.

Она вошла медленно, сутулясь. Одежда на ней висела мешковато — не потому что это была мода, а потому что это были вещи не по размеру. Чужие вещи. Переданные, подаренные, найденные.

Но сейчас, под взглядом Андрея, Полина замерла, как затравленный зверёк.

Анна увидела, как изменился Андрей: исчезла ироничная маска Базарова, ушла ледяная жёсткость Каренина. Он подошёл к ней с той щемящей, деятельной добротой, на которую способен только Николай Ростов в минуты искреннего порыва или Гринёв, отдающий заячий тулупчик бродяге.

— Полина, — сказал он мягко. — Проходи. Не бойся.

Голос его был другим. Весь вечер он играл роли — то циничного нигилиста, то холодного аналитика, то строгого судьи. Но сейчас он не играл. Он просто был добрым.

Полина сделала несколько шагов, остановилась. Руки сжаты в кулаки, плечи втянуты.

— Мне... мне нужно раздеться? — прошептала она так тихо, что Анна едва расслышала.

— Да, — кивнул Андрей. — Но не торопись. Сколько нужно — столько и времени.

Он подошёл к столу, взял чистую белую простыню, развернул её. Потом подошёл к Полине и набросил на её плечи, словно защитный покров. В этом жесте Анна узнала Рочестера, укрывающего свою Джейн от бурь мира.

— Под ней, — сказал он. — Чтобы тебе было спокойнее.

Полина чуть подняла голову. В её взгляде, полном затаённой боли и странной, нездешней мудрости, Анна увидела внутренний мир Марии Болконской. Это была красота души, сияющая сквозь измождённое тело.

Под простынёй девушка начала расстёгивать кофту. Движения медленные, стыдливые. Она боялась не Андрея — она боялась себя. Того, что под одеждой.

Кофта упала. Потом юбка.

Простыня приоткрылась на секунду.

Анна зажала рот рукой, сдерживая вскрик.

Полина была очень худой. Не модельная худоба, а та, что идёт от недоедания. Рёбра проступали сквозь кожу. На руках — синяки. Старые, уже желтеющие, но их было много. На ней были детские трусики и маечка — дешёвые, застиранные, с вытянутыми резинками.

Анна почти не плачет и глазами умоляюще просит Андрея не обижать Полину.

Андрей встретил её взгляд, и в его глазах она прочла ответ: «Я бы никогда».

Он повернулся к Полине, голос его был настолько мягким, что Анна почти не узнала его.

— Полина, нам нужно измерить рост. Можешь встать к стене? Простыню можешь не снимать.

Девушка кивнула. Подошла к стене, прижалась к ней спиной. Простыня окутывала её как саван, но под белой тканью проступала не смерть — проступала жизнь, упрямая, цепкая, не желающая сдаваться.

«Джейн Эйр, — узнала Анна. — Внутренняя сила и достоинство, которые не купить за деньги».

— Сто шестьдесят один, — произнёс Андрей.

Он записал цифру сам — не попросил Анну, будто оберегая Полину даже от чужого взгляда на её данные.

— Теперь вес. Но если не хочешь — не нужно.

— Хочу, — прошептала

Порно библиотека 3iks.Me