прикоснуться к ней по-настоящему, провести мозолистыми ладонями по груди, животу, бёдрам... но пока он только жадно смотрел, избегая любых вольностей. Разве что с недавних пор начал гладить её по волосам, перебирая пальцами пряди, и глухо просил не спешить, чтобы продлить свою усладу.
Внезапно тишину нарушил странный звук - приглушённый скрип, затем лёгкий стук. Нина насторожилась, прислушалась, наспех надела сорочку и выглянула в окно. Старая яблоня лениво качала ветвями, а луна заливала огород холодным серебром. Звук повторился, стал более отчётливым, будто кто-то неосторожно передвинул по полу жестянку. Над её комнатой был небольшой чердак-кладовая, куда складывали пустые банки для солений, старые одеяла и прочий хлам. Оттуда зимой дуло холодом, а летом стояла удушливая жара. "Мыши опять", - мелькнула первая мысль. Но мыши бегали тише и суетливее. И тут её осенило. Нет, это не грызуны. Это кто-то чуть покрупнее и наглее. Пройдя по комнате, она тихо отворила дверь и на цыпочках проскользнула в тёмный коридор. Приставная деревянная лестница стояла рядом с квадратным лазом, зиявшим в потолке, как чёрная пасть. Не раздумывая, Нина забралась по скрипучим ступеням и заглянула в проём.
На чердаке царил полумрак, пронизанный лунными лучами из слухового окошка. Догадка оказалась верна: в одном из этих лучей, у самого края, где доски заканчивались, образуя провал, лежал Максим. Не замечая ничего вокруг, он растянулся на пыльных половицах, согнувшись в неестественной позе и свесив голову, отчаянно стараясь заглянуть сверху в открытое настежь окно её комнаты. Вот, мелкий паршивец!
Поднявшись, Нина сделала два бесшумных шага по мягкому слою пыли. Максим был так увлечён своим занятием, что не услышал ни её шагов, ни скрипа лестницы. Стоя над ним, она смотрела на его вытянутую шею, на напряжённые лопатки под тонкой майкой. И вместо ярости её вдруг охватила жалость. Мальчишка уже вошёл в тот возраст, когда горячая дума не отпускает ни днём, ни ночью. Поэтому и пропадает в интернете, глядя на всякие непотребства. На неё он тоже пытался посмотреть: на речке, в ванной комнате на первом этаже, где имелось высокое окошко, которое теперь всегда приходилось занавешивать. А однажды даже спрятался под её кроватью, надеясь увидеть, как она готовится ко сну. Нина тогда так его оттрепала и настращала, что, казалось, навсегда отбила охоту к таким делам. Думала, урок пошёл впрок. Но соблазн, видимо, пересилил страх.
— А если сорвёшься, упадёшь и шею сломаешь? - тихо спросила она, не повышая голоса, чтобы его не напугать. - Стоит оно того?
Максим дёрнулся, ахнул и попытался резко вскочить, но лишь гулко приложился головой о балку и уставился на неё, вытаращив глаза, явно не понимая, как его идеальный план так досадно провалился. Нина присела на корточки рядом, не обращая внимания на пыль, оседающую на подоле сорочке, и потрепала брата по вихрам. Понять его было можно. В станице-то ни одной ровесницы, а в школе, куда он мотался каждое утро на автобусе, всего три девчонки, да и те на любителя. На кого ему ещё заглядываться, как не на сестру или мать? Парень растёт, взрослеет, одними картинками в интернете сыт не будешь. Именно этот голод и привёл его на чердак. Максим всё видел и теперь знает ещё одну её тайну, но Нина даже не думала смущаться или оправдываться. Не дорос ещё, чтобы вопросы старшим задавать.
— А я... Я тут мышей ловил! - выпалил он, глотая пыльный воздух и потирая ушибленный затылок. - Сам видел, крыса огромная на чердак проскочила. Решил проследить и узнать, где у неё гнездо.
— Крыса, - повторила Нина без интонации. - И ты, значит, высунулся в дыру над моей комнатой, потому что крыса решила там гнездо свить? Прямо у меня под сорочкой?
— Она могла в щель пролезть! - настаивал Максим, уже сам не веря в свою басню. - Ты же сама говорила, что у тебя в комнате по ночам шуршит!
— Шуршит у меня в голове от твоих глупостей, - парировала она и наклонилась. Её шёпот стал холодным и острым, как осколок льда. - Если ещё раз услышу шорох над головой или увижу твою рожу в том проёме, расскажу Никите, когда приедет. Скажу, что к сестре родной пристаёшь. А если болтнешь кому лишнее про меня и отца, я тебя сама в огороде закопаю, понял? А теперь марш в кровать!
— Нин... - протянул Максим, и голос его дрогнул от отчаянной смелости. - А ты можешь и мне так сделать? Ну... как отцу... Один раз всего! Просто чтобы узнать... - Заметив, как в её глазах вспыхнула искра гнева, он сбавил обороты, но не сдался. - Или... дай просто посмотреть на тебя. Ну, совсем... И я всё сразу забуду, слово даю!
Нина вздохнула, задумалась, ещё раз окинула взглядом брата - нескладного, худощавого, с горящим взглядом, в котором смешались вожделение и страх. Что ей делать? Отругать или привязать к своей тайне крепче, сделать своим сообщником? Купить молчание той монетой, которой он так жаждет. Свой - значит надёжный, а семья должна держаться друг друга. Что с неё убудет? Тело ведь для того и создано, чтобы на него смотрели. Она сделала несколько шагов назад и снова опустилась на пол, прислонившись спиной к деревянной стене. Медленно подняла руки, нащупала тонкие бретельки сорочки, спустила их с плеч, ухватилась за подол и потянула вверх.
Затаив
Порно библиотека 3iks.Me
764
27.01.2026
|
|