Наташа вышла из подъезда. День был серый, бесцветный, но она казалась ярким пятном в этом унынии. Она шла неспешно, немного сгорбившись, руки глубоко в карманах куртки. Я смотрел на неё сквозь лобовое стекло и видел не только её. Я видел призраков. Призрак той девушки, с которой я когда-то гулял по студенческому парку, смеясь над ерундой. Призрак молодой жены, загорающей на нашем первом совместном отпуске у моря. И новый, свежий, обжигающий призрак, её спину, согнутую в усердии, её голову, ритмично движущуюся между мощных бёдер другого мужчины.
Как быстро всё изменилось. Не за годы, а за недели. Словно кто-то взял нашу размеренную, пыльную жизнь и резко встряхнул её, как ковёр. И из всех щелей посыпались не пылинки, а эти странные, тёмные, запретные желания.
Я видел, как она ему сосала. Тому хаму. Тому, кто смотрел на меня сверху вниз, полный презрения, кто грозился сломать мне жизнь одним ударом кулака. И она, моя Наташа, моя тихая, стеснительная Наташа, брала его в рот. Не просто брала, она отдавалась этому процессу с такой яростью, с такой жадностью, каких я никогда в ней не видел. А он... он кончал ей в рот. И смотрел при этом на меня. Его взгляд был не просто насмешкой. Это было заявление о праве собственности. О превосходстве. Он трахал мою жену, а я был зрителем. Пассивным, беспомощным, возбуждённым зрителем.
А я? Я тоже хорош. Лизал той Тамаре. Его грубой, требовательной жене. Делал это, подчиняясь приказу, чувствуя себя одновременно униженным и невероятно живым. «Это часть обучения», - пытался я убедить себя. «Обратная связь». Может, и для Наташи это было просто частью обучения? Может, она не видит в нём мужчину? Видит только инструмент, тренажёр, источник «профессиональной оценки»? Но то, что я видел... В её движениях не было ничего учебного. Там была страсть. Голая, животная, неприкрытая страсть. Это была измена. Ясная, как день. И самая мучительная её часть заключалась в том, что в соседней комнате я делал тоже самое. Мы были квиты.
Она села в машину, хлопнув дверью. Принесла с собой запах мороза и чего-то ещё, того самого, домашнего, пряного запаха из их квартиры. Я посмотрел на её лицо. Губы были полными, слегка припухшими, такими, какими я любил их целовать. Теперь я знал, отчего они такие. В паху у меня всё сжалось в тугой, болезненный узел. Член, не обращая внимания на всю моральную катастрофу, требовал своего. Требовал её. Сейчас. Немедленно.
— Как прошло? - спросила она тихо, не глядя на меня.
Голос её был чуть хрипловатым.
— Нормально, - ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. - Сказали, что тренажёра нет, и тренироваться нужно... на тебе.
Я сказал это, и внутри что-то ёкнуло. Это была правда, но не вся. Я умолчал о Тамаре. О её теле, о её запахе, о её стонах. О том, как она кончила у меня на языке. Это была моя тайна. Так же, как и её тайна о Михаиле.
— У тебя как? - переспросил я.
— Тоже хорошо. Сказали, через неделю также вместе приехать.
Она говорила, глядя в окно, и я видел, как её пальцы нервно теребят прядь волос. В ней боролись противоречия. Стыд и удовлетворение. Вина и возбуждение. Точно такие же, как и во мне.
Я завёл машину и поехал. В движении, в монотонном гуле двигателя было проще. Не нужно было говорить. Не нужно было смотреть друг другу в глаза и видеть там отражение собственного падения.
Но я ехал домой. Потому что, несмотря на весь ужас, всю неловкость, во мне жила новая, дикая надежда. Вечер. Тёмная спальня. И она. Я знал, что она не сможет приласкать меня, запрет Тамары висел над нами, как дамоклов меч. Но я-то мог. Теперь я знал, что делал не так. У меня в голове была карта её тела, инструкция, выданная тем, кого я ненавидел и... чему-то завидовал. Я хотел удивить её. Хотел стереть с её лица тот блаженный отпечаток, что я видел в комнате Михаила. Хотел доказать, что и я могу. Что мои двенадцать сантиметров и неумелый язык могут быть не хуже его двадцати пятисантиметрового монстра и профессиональных навыков.
Дома нас встретила тишина. Аня была у моих родителей, мы решили оставить её там на пару дней. Эта ложь теперь казалась нам обоим прозрачной и постыдной. Мы были вдвоём в пустой квартире, и пространство, обычно заполненное детским смехом и суетой, стало гулким, неудобным. Мы ходили по нему, как призраки, сталкиваясь взглядами и тут же отводя глаза.
Мне нужно было чем-то занять руки. Занять голову. Я вспомнил про старый замок на двери в спальню. Он заедал уже лет пять, и мы просто перестали его закрывать. Идея починить его показалась спасением. Мужская работа. Что-то конкретное, осязаемое.
Я разобрал его до винтика, разложил детали на газете на полу в прихожей. Но, как и всегда в моих проектах, явной поломки не нашлось. Всё выглядело целым, просто старым и изношенным. Чистить, смазывать? Мозг, затуманенный совсем другими образами, отказывался включаться в механическую логику. Проще купить новый. Всегда проще купить новый.
С досадой я собрал все детали в прозрачный полиэтиленовый пакет и, открыв старый, покосившийся комод в прихожей, сунул его внутрь.
Этот комод. Он был не просто мебелью. Он был памятником моей несостоятельности. Музеем моих провалов. В его недрах покоился разобранный фен, который я
Порно библиотека 3iks.Me
264
30.01.2026
|
|