Мама и Дед. Часть 5- Читать онлайн

и наблюдал. Он видел, как дед, словно невзначай, касался своей рукой руки Натальи, когда они чокались. Видел, как его нога под столом, возможно, касалась ее ноги, потому что она слегка вздрагивала и отодвигалась. Видел этот особый, знакомый Илье блеск в глазах Петра Павловича, когда тот смотрел на ее декольте или на влажные пряди волос на ее шее.

Но все это было очень тонко, едва уловимо и замаскировано под обычное веселье и расслабленность после бани и алкоголя. Сергей ничего не замечал.

Наконец, ближе к одиннадцати, Петр Павлович, уже изрядно хмельной, махнул рукой в сторону Ильи:

— Ну что, командир, глазки-то слипаются? Пора на боковую. Завтра на рыбалку еще идти. Я тебе комнату отвел — там диван. Иди, располагайся.

Илья понимал, что нужно идти. Он встал, попрощался и пошел в небольшую комнату. Там действительно стоял старый, но чистый диван. Он лег, но, конечно, не собирался спать. Он лежал в темноте, прислушиваясь.

Из-за тонкой деревянной перегородки доносились голоса, смех, звон посуды. Потом голоса поутихли, стало слышно лишь невнятное бормотание. Потом скрипнули стулья, кто-то вышел во двор — вероятно, покурить.

Илья лежал на жестковатом диване в темноте маленькой дачной комнатушки. Уши его были напряжены до предела, превратившись в два гигантских локатора, ловящих каждый звук из-за тонкой деревянной перегородки. Тишина длилась недолго. Опять скрипнули стулья, кто-то наливал жидкость. Потом голоса зазвучали снова.

Сначала это был сдержанный разговор, но постепенно он набирал громкость и эмоции. Слышался в основном бас отца, Сергея, который, подогретый банькой и самогоном, рассказывал что-то длинное и, судя по интонации, очень смешное для него самого. Грохот его смеха периодически сотрясал стены. Ему вторил более хриплый, сдавленный смех деда, Петра Павловича. Голос матери, Натальи, доносился реже – короткие реплики, иногда легкий, негромкий смешок.

— Нет, ты представь, Сергей! — доносился густой, чуть заплетающийся голос деда. — Этот Витька, мой сосед, взял да и посадил арбуз в парник с помидорами! Говорит, чтобы теплее было! Ну и вымахала у него, понимаешь, тыковка полосатая размером с мою голову! А вкус – трава травой!

Новый взрыв смеха. Звон стопок.

— Наташ, а ты чего приумолкла? — спросил Сергей, и в его голосе слышалось хмельное добродушие. — Наливай, не отставай от мужиков!

— Хватит с меня, Серёж, — отвечал ее голос, мягкий, но четкий. — Голова завтра болеть будет.

— Чепуха! Папа, давай ее уговорим!

Илья слышал, как двинулся стул, вероятно, дед наливал ей.

— Выпей, невестка, для компании, — сказал Петр Павлович, и в его тоне звучала та самая маслянистая, настойчивая нотка, которую Илья уже узнавал. — Самогон лечебный, на травах. Для сна лучшее средство.

Последовала пауза, потом тихий вздох Натальи и звук короткого глотка.

— Ну вот и молодец!

Разговор тек дальше. Темы менялись: то соседи, то политика, то воспоминания Петра Павловича о молодости. Время тянулось мучительно медленно. Илья ворочался, его тело напрягалось от ожидания. Он ждал, когда же, наконец, голоса смолкнут, когда отец, нагруженный алкоголем и усталостью, отправится спать, и... что тогда? Он представлял себе, как дед, крадучись, зайдет в комнату к матери. Или она сама выйдет. Или они сойдутся в темноте на кухне. Каждая фантазия была ярче и откровеннее предыдущей, подогретая воспоминаниями о прошлом визите.

Но реальность упрямо не желала соответствовать его ожиданиям. Час шел за часом, а застолье, судя по звукам, не думало заканчиваться. Голос отца стал более громким и бесхитростным, он начал подпевать какой-то старой песне, которую завел Петр Павлович. Песня была залихватской, про тайгу и дальние дороги. Дед подхватывал припев хриплым голосом. Наталья, судя по всему, только слушала.

Илья бился в тисках нетерпения. Он приподнимался на локте, прижимал ухо к прохладной деревянной стене, но сквозь смех и песни невозможно было расслышать шепот или иные, более интимные звуки. Его собственные веки становились тяжелыми. Напряженное ожидание и усталость от дороги, бани и долгого дня начали брать свое. Мысли путались в голове и становились все более сонными и размытыми. Он пытался бороться со сном, щипал себя за руку, но сила была не на его стороне.

В какой-то момент, под монотонный гул мужских голосов, рассказывающих теперь, кажется, уже третью или четвертую байку про того же соседа Витьку, сознание Ильи начало сползать в глубокий, темный колодец. Он не заметил, как перестал слышать отдельные слова, а лишь общий, убаюкивающий гул. Глаза его закрылись сами собой.

Ему кое-что приснилось. Сон был удивительно четким и последовательным, как продолжение его мыслей.

Он видел ту же самую комнату за перегородкой. Стол был завален пустыми бутылками и тарелками. Отец, Сергей, сидел, развалившись на стуле, его голова была запрокинута назад, рот приоткрыт. Он громко, на всю избу, храпел, совершенно отключившись. Наталья сидела рядом, смотрела на него с каким-то странным выражением – не то жалости, не то облегчения. А дед, Петр Павлович, стоял у окна и курил, его глаза, яркие и хищные в полумраке, не отрывались от нее.

Потом он затушил сигарету и медленно подошел к Наталье. Положил свою большую руку ей на плечо. Она вздрогнула, но не отстранилась.

— Ну что, — сказал он тихо, но внятно, — хозяин наш отбыл. Давай-ка, Наташенька, пройдемся. Банька еще теплая, прохладно тут стало.

Во сне Илья не удивлялся, что идет за ними. Он был невидимкой, призраком. Они вышли на крыльцо. Ночь была теплой и звездной. Дед взял мать за руку и повел по тропинке к темной избушке

Порно библиотека 3iks.Me