Кризис в семейных отношениях и его последствия (Части 1 - 2)- Читать онлайн

то ли от кожи, то ли из глубины её тела.

Ольга вздохнула — глубоко, протяжно. Её тело расслабилось, мышцы ещё подрагивали от отголосков оргазма. Между её бёдер было видно, как из раскрытого влагалища продолжает сочиться влага — густая, блестящая. Она стекала по внутренним поверхностям ног, оставляя блестящие дорожки, собираясь в маленьких складках кожи, а затем медленно капала на диван.

Я никогда не видел влагалище Ольги в таком виде — припухшим, раскрасневшимся, с отчётливо видимыми складками, которые ещё сохраняли следы интенсивного трения. Кожа вокруг была влажной, лоснилась от обильной смазки и спермы; отдельные капли задерживались в естественных изгибах, переливались при малейшем движении. Внутренние губы слегка разошлись, обнажая более тёмную, насыщеннорозовую слизистую, которая тоже блестела от влаги.

Я наблюдал. Мой взгляд был прикован к этим деталям — к каждой капле, к каждому движению. Я чувствовал, как внутри меня разгорается огонь: шок от откровенности увиденного; возбуждение от этой неприкрытой физиологичности; смятение от того, что мое тело реагирует так остро.

Я пытался найти в себе гнев, ревность, желание вмешаться — но вместо этого ощущал лишь нарастающее влечение. Мой взгляд скользил по Ольге — по её раскрасневшейся коже, по блестящим от пота и слизи изгибам, по следам их общей страсти. И эта новая Ольга возбуждала меня сильнее, чем когдалибо.

Сергей выпрямился. Его движения были вялыми и усталыми после бурного оргазма. Бросил короткий взгляд на Ольгу. Она лежала, раскинувшись, грудь вздымалась, волосы прилипли ко лбу, губы — приоткрыты, глаза — затуманенные.

Сказав что-то, Сергей вышел на балкон. Сквозь распахнутую дверь, в комнату ворвался прохладный ночной воздух — свежий, резкий, контрастирующий с душным теплом помещения.

Из детской донёсся плач — тонкий, настойчивый, разрывающий накалённую тишину. Я вздрогнул, будто меня окатили ледяной водой. Ольга, не сразу поняв в чем дело, все таки взяла себя в руки с трудом поднялась и шатающейся походкой, слегка расставляя ноги, вышла из комнаты.

Я поднялся, будто только что проснулся от детского плача. Прошёл по коридору, приоткрыл дверь спальни.

Ольга стояла у кроватки, на плечах — небрежно накинутый халат. Она тихо напевала, покачивая малыша; её движения были плавными, почти ритуальными. Свет ночника очерчивал силуэт, придавал сцене домашнюю, умиротворяющую теплоту — резкий контраст с тем, что я только что видел.

— Что случилось? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал сонно и обеспокоенно.

Она обернулась, слегка улыбнулась:

— Всё в порядке, просто проснулся, испугался темноты. Уже успокаивается.

Я кивнул, прошёл к постели, лёг, натянув одеяло до пояса. Слушал её шёпот, наблюдал, как она укладывает ребёнка, как осторожно поправляет одеяльце, целует в макушку. В этих простых, привычных действиях было чтото обезоруживающее — будто ничего и не произошло.

Когда она повернулась к двери, намереваясь уйти в ванную, я тихо произнёс:

— Останься.

Она замерла, взглянула на меня, словно пытаясь понять видел ли я что нибудь. Я приподнялся, протянул руку, коснулся её запястья. Кожа была тёплой, ещё хранящей следы недавнего жара.

— Ложись, — повторил я, чуть сильнее сжимая пальцы. — Я хочу тебя рядом.

Она колебалась секунду — едва уловимо, почти незаметно. Затем кивнула, тихо подошла к постели, сбросила халат, скользнула под одеяло.

И тут же — запах.

Не резкий, не отталкивающий, а густой, тёплый, телесный. Смесь солоноватой влажности, мускусной глубины и едва заметной терпкости — словно сама плоть хранила память о том, что только что произошло. Этот аромат не кричал, а нашептывал — вкрадчиво, неотвратимо: «Это было. Ты знаешь».

Я обнял её — сначала осторожно, потом крепче, прижимая к себе. Её тело было горячим, почти обжигающим. Я потянулся к её лицу, нашёл губы.

Сначала она сопротивлялась — едва заметно, почти неосознанно. Её губы оставались неподвижными, а руки лежали вдоль тела, будто она не решалась ни оттолкнуть меня, ни ответить. Но я продолжал целовать её — настойчиво, жадно, вбирая в себя её дыхание, её тепло.

И она сдалась.

Её губы дрогнули, приоткрылись, и она ответила на поцелуй. Сначала робко, потом всё смелее. Её рука легла на моё плечо, пальцы вцепились в ткань рубашки. Я чувствовал, как её тело расслабляется, поддаётся, как она прижимается ко мне.

Но в тот момент, когда я углубил поцелуй, я ощутил странный привкус у неё во рту — солоноватый, резкий, ни на что не похожий. И запах — едва уловимый, но несомненный: мускус, пот, чтото ещё, чужое.

Ольга посмотрела на меня — её глаза блестели в полумраке, щёки пылали. Она, кажется, понимала, почему я остановился. А я не мог найти слов. Внутри всё перевернулось: желание, боль, гнев, стыд — всё смешалось в один клубок, от которого перехватывало дыхание.

Я наклонился и поцеловал её в шею — сначала нежно, потом сильнее, целовал тело, которое только что ласкал другой мужчина. Эта мысль обожгла, но лишь усилила желание. Я целовал её снова и снова — в шею, в ключицы, в плечо, спускаясь ниже.

— Что ты… — начала она, но я не дал ей договорить.

Мои губы нашли её грудь. Я ласкал её языком, слегка прикусывал соски, чувствуя, как они твердеют под моими прикосновениями. Ольга тихо вздохнула, её рука нерешительно легла на мою голову. Я продолжа — всё настойчивее, всё жаднее.

Постепенно я опускался ниже — поцелуи скользили по животу, по рёбрам, по бёдрам. Она попыталась свести ноги, но я мягко удержал её за колени.

— Не надо… — прошептала она, но голос дрогнул.

Я не ответил. Мои губы коснулись внутренней стороны

Порно библиотека 3iks.Me