Жестокие ведьмы Маркистана (Полная версия)- Читать онлайн

ему казалось) хмыкнул про себя. Он, стало быть, остаётся замухрыжкой. Что ж, се ля ви. Добро пожаловать, брат Кроха, в клуб дамских любимчиков, в который посторонним замухрыжкам вход, как видно, запрещён!

— Не волнуйся, - взглянула в его сторону Акулина. – Тебе я тоже приготовила поистине сказочный подарок.

— Можно узнать что это?

— Можно. Это призвание на всю жизнь. Но пока ты не готов его принять. Так что путь будет трудным, а обучение даже немного неприятным. Но тебе понравится, поверь...

Она оставила Кроху, всё ещё пребывавшего в эйфории видений и романтических мечтаний, в которые сама Акулина его и погрузила, видимо с помощью элементарного гипноза, и подошла к Москвичу.

— Вставай, пойдешь со мной, - приказала она холодно и строго.

— А как же розовые пони и романтические сказки? – съязвил он непонятно зачем. – Или это для избранных? Тонких, ранимых натур?

Акулина повернулась к нему всем своим мощным телом и неожиданно влепила звонкую пощечину, от которой у Москвича, в общем-то привыкшего за годы сидения получать по щам, картинка перед глазами поплыла куда-то в сторону.

— Сто пятьдесят, - ответила она. – За хамство.

— Не понял? – искренне удивился Москвич.

— Запиши себе в дневник сто пятьдесят ударов розгой. От меня лично. Мы имеем право просить начальство вас наказывать. Так что это подарок лично от меня, ясно?

Только тут до парня дошел смысл понятия «дневник самонаблюдения». Туда надо записывать назначенные наказания. И свои мысли на этот счет. Так сказать рефлексию...

Он всем своим видом изобразил молчаливый протест, достал блокнот и записал туда первой строчкой значок плюс и цифрами сто пятьдесят. В скобочках добавил «От Акулины».

— Барышни Акулины, - строго поправила его девушка, хотя было совершенно непонятно, откуда она узнала, что он там написал.

Слово «барышни» вписать было некуда, и потому Москвич зачеркнул предыдущую надпись и написал снова «от барышни Акулины».

— А из тебя придётся долго выколачивать эту дурь, - задумчиво сказала она.

— А разве мы здесь не для этого? – Москвича явно несло, и он ничего не мог поделать с внезапно вспыхнувшей в нём гордыней.

— Да ты наглец! – восхищенно улыбнулась Акулина.

Парень демонстративно открыл блокнот, приготовившись записывать новое наказание.

— Наглец. Хам. Быдло. – Барышня улыбаясь рассматривала Москвича как нечто несуразное, но забавное и интересное.

Она отступила на шаг и молча указала на пол перед собой. Москвич со вздохом сожаления (тоже, между прочим, демонстративное хамство) опустился перед ней на колени и замер.

— Ниже, - сказала она ледяным тоном.

Он поклонился.

— Ещё ниже!

Он склонился к самым её ногам.

— Ещё...

Парень упёрся лбом в её туфельку. Что дальше? Жирная дамская ступня, которой явно тесно в кожаной лодочке туфли. Наверняка ещё и жарко. Значит вспотела. Вот где его место. Забыл? Ничего. Тут быстро напомнят тебе, кто здесь холоп, а кто барышня. Может ведь заставить целовать эту толстую ногу. Целовать или нет? Отказаться? А когда всыпят сто пятьдесят розгами, хватит сил снова отказаться? А ещё сто пятьдесят? А ещё, ещё, ещё?..

А ведь всыпят. Теперь точно, неминуемо всыпят. Это бунт, и его задавят жёстко и демонстративно. При всех. Чтобы остальные знали. И заставят не только целовать, но и лизать эту жирную потную дамскую ступню. И молить о пощаде тоже заставят.

Москвич ещё раз вздохнул, теперь уже с явным сожалением, и нежно поцеловал эту наглую, самодовольную, доминирующую над ним ногу барышни.

А ведь еще вчера он отказался целовать сапог самой госпожи начальницы!

И ничего ему за это не было!

— Как тебя зовут? – спросила Акулина.

— Паша, - ответил он почему-то робко, хотя всегда представлялся полным именем Павел.

— Паша... прекрасное женское имя, - улыбнулась Акулина. Паша, Полина... Теперь ты будешь зваться Полина. Поля. Как тебе?

Он молча пожал плечами. Поля, так Поля. Полина, Паша... Не всё ли равно? Здесь как захотят, так и будут тебя называть. И будешь откликаться хоть на собачью кличку. Может ещё и хвостом вилять научат.

— Твоего товарища Кроху мы с девочками решили обучить швейному делу. У него пальцы прирождённой швеи. А из тебя я хочу сделать свою собственную педикюршу. Не возражаешь?

Москвич улыбнулся. Представил себя активно возражающим, машущим руками, топающим ногами...

Акулина тоже улыбнулась, словно прочла его мысли.

— Между прочим, это отличная профессия! – воодушевлённо начала барышня, отводя Москвича в дамскую комнату, смежную с туалетом. Здесь, помимо множества зеркал, удобных кресел и нескольких столиков со всякими туалетными принадлежностями для занятий макияжем, имелось и отдельное кресло с ванночкой для ног внизу. Рядом располагался стул для педикюрши.

— Только представь! – усаживаясь в это кресло и скидывая туфли, продолжила развивать свою мысль Акулина. – Ты во всех тонкостях овладеешь этой сложной профессией и сможешь обслуживать в дорогих элитных салонах представительниц высшего сословия!

— А что там осваивать? – удивился Москвич. – Крась себе ногти цветным лаком, и всё...

— Эх ты, а еще москвич! – фыркнула барышня. – Даже не знаешь, что такое настоящий дамский педикюр! Представляю, как ты вот так накрасишь как попало, а потом уважающая себя дама эту ногу тебе в рот и засунет! Да еще сосать заставит, как тебе такое?

Москвич аж заколдобился, настолько реалистично вдруг увидел, - да что там увидел! – ощутил всем своим естеством эту сценку! И такую вот потную жирную ногу у себя во рту ощутил, да так явственно, что даже боль в нёбе прочувствовал, когда ногти этой ноги

Порно библиотека 3iks.Me