- Я даже рассуждать начинаю как лошадь. Стоило лишь встать под седло...
Кстати, седло-то на него как раз и прилаживала хозяйка. В него-то она и забралась, ловко перекинув через его хребет свою упругую девичью ножку. И тут он ощутил ещё один весьма неприятный атрибут дамской власти - на её резиновых высоких, до колен, сапожках, откуда-то появились шпоры. И первое же требовательное Н-но! - сопроводилось такой неожиданной и резкой болью, что слегка потемнело в глазах!
Ну за что??? Он бы и так побежал резвой иноходью. Или рысью. Да хоть галопом, но бить-то зачем? Люди! Особенно дамы! И особенно среди них выделяющиеся ведьмы! Не бейте почём зря своих лошадок!
Ну и единорогов-пони тоже не бейте. Им же больно!
Москвич чуть не заплакал, но сдержался. Пошёл по большому кругу, вдоль чернеющих в ночи двухэтажных зданий пансиона, аккурат по тому же маршруту, по которому они в новогоднюю ночь летели как сумасшедшие в свою первую в этой, Маркистанской жизни, скачку. Тонко почувствовал настроение своей госпожи-хозяйки, её волю и её... интерес! Да, чёрт возьми, именно интерес! Ей нравилось на нём гарцевать. Нравилось даже больше, чем когда он ходил под ней в человеческом облике! Вот это да! Вот это восторг!
Перед столовой он хотел повернуть, но твёрдая рука хозяйки направила его в сторону хоздвора, к кочегарке. Зачем? Он не задал себе такого вопроса, просто пошёл куда велено.
И вот впереди показался огонёк. В тумане проступали какие-то не то люди, не то тени. Они сидели вокруг маленького костерка и вроде бы грелись от его огня. Пульхерия при виде этой компании слегка пришпорила своего пони-скакуна и одновременно натянула поводья. Павел инстинктивно понял этот жест как приказ идти тихо, крадучись.
Так они и приблизились к тайному костерку заговорщиков. А в том, что это были именно заговорщики, он уже не сомневался. Узнал всю их честную компанию - и высокий, худощавый Змей, и коренастый Мага, и плотный мужичок Бублик - все ему были хорошо знакомы, все узнаваемы даже в тумане, и с расстояния десятка метров. На большом деревянном чурбаке восседал командор - он что-то чертил палкой на земле перед собой, видимо какой-то план. Ничего вслух не говорил, просто молча указывал каждому на какую-то деталь этого плана и тот, как правило, кивал, соглашаясь. Чуть поодаль сидел шаман и возился с каким-то пучком соломы. Рядом с ним лежали разноцветные тряпки и какие-то верёвочные петли. Командора он явно не слушал и в план его не вникал. У шамана, как всегда, была своя задача.
"Интересно, а что на этот раз мастерит эта хитрая скотина?" - подумал Москвич, и ту же услышал у себя колокольчиковый голос некромантки: "Сейчас и узнаешь! Только подкрадись к ним как можно тише, не стучи копытами!".
"А нас они не заметят?" - переспросил он осторожно.
"Не заметят. Ты главное сам не оплошай, а об остальном я позабочусь".
Так и сделали. Москвич, грациозно ступая, словно цирковая лошадь, подвёз свою наездницу поближе к костру великих воинов, и остановился, судя по всему никем не замеченный, аккурат позади командора. Перед ним на земле чётко просматривался довольно подробный план всех строений пансиона. Кабинет-квартира директрисы и санчасть, где проживала Екатерина, были отмечены воткнутыми в них палочками. Более откровенных улик подготовки заговора и придумать было сложно.
А тут ещё и шаман подоспел. Из соломы и разноцветных лент он сплёл какие-то чудище - не то огородное пугало, не то куклу-вуду и как всегда гадливо ухмыляясь, насадил её на острый осиновый кол. А кол воткнул в землю, рядышком с костром. Так близко, чтобы пламя могло в любую секунду захватить отдельно торчащие во все стороны соломинки.
Суровые мужики, собравшиеся вокруг костра, одобрительно ухмыльнулись, а командор, наклонившись к уху шамана, дал ему какие-то особые указания.
Москвич повнимательнее присмотрелся к кукле-пугалу. Явно была состряпана толстуха. К тому же соломенные её волосы были убраны назад в хвостик, и повязаны темно-зелёной лентой, которую Москвич узнал - это была действительно лента, которую носила милфа! Получалось, что шаман украл её для ритуала сожжения ведьмы?! Но как такое стало возможным? Неужели милфа не заметила кражи и проморгала столь явное магическое покушение на свою персону? Этого просто не могло быть. Или она всё знала и сознательно попустительствовала заговорщикам, провоцируя их на собственное убийство? Достаточно хорошо изучив её характер и методы "работы", Москвич мог бы поклясться, что так оно и есть.
Тем временем Пульхерия осторожно почесала ему за правым ухом и несильно, но настойчиво потянула поводья назад, давая понять, что нужно также осторожно отступить обратно в туман, никого не потревожив и не наделав лишнего шума. Павел, затаив дыхание, попятился, боясь даже смотреть в сторону заговорщиков, настолько он волновался. Но вроде бы всё обошлось. Они ушли незамеченными, и лишь скрывшись за углом столовой, наездница пустила вскачь своего пони-единорога.
"Теперь их казнят?" – осмелев, всё так же мысленно спросил Павел, будучи уверенным, что спит, а стало быть, во сне ему может быть позволено чуть больше, чем наяву.
Пульхерия вздохнув, перевела его с галопа на спокойный шаг, и нехотя уклончиво ответила: "Это как получится. Ты же знаешь, директриса не сторонница смертной казни. Я бы казнила, разумеется, и не один раз! А мадам Азалия слывёт на Каменоломнях либералкой и вряд ли станет марать руки столь суровыми мерами. Тем более, накануне Хэллоуина... Впрочем, не тебе об этом рассуждать. Ты
Порно библиотека 3iks.Me
5801
31.01.2026
|
|