Жестокие ведьмы Маркистана (Полная версия)- Читать онлайн

слышались крики и мольбы о помощи. Там барахтались и, по всей видимости, уже тонули, обожжённые и перепачканные до неузнаваемости бойцы бывшего отряда «Витязь».

— Вы же светлые! – слышался откуда-то из глубин Маркистанских топей истерический голос шамана. – Как вы могли?!! Как вы вообще смогли колдовать в такой день!!!

— Дурачок, - ответила ему Стеша. – Ты думал, что Хэллоуин лишает ведьм колдовских сил и способностей? Это ты где такое прочитал? В Интернете? У меня для тебя плохие новости. В Хэллоуин ведьма всего лишь меняет свою ориентацию. Тёмные становятся светлыми, а светлые, увы, наоборот...

— Так что ты выбрал неудачный день для своего мятежа! – поддержала коллегу по цеху Акулина. – Я бы даже сказала самый худший день!

Потом кто-то из осмелевших ведьмочек зажёг пару светильников, и вся честная компания понемногу стала приходить в себя. Азалия и Доротея стояли посередине поляны, с плохо скрываемым восхищением оглядывая последствия атаки витязей и контратаки светлых своих учениц. Стеша и Акулина подошли к ним с поклоном и, пожимая плечиками, скромно потупили взоры.

— Немного перестарались, милые барышни, - сказала скупая на похвалу Доротея Шентес, - но, в общем, неплохо, совсем неплохо!

— Высший бал! – высказала своё мнение директриса. – И по задумке, и по исполнению, да и по артистизму! – Высший бал, безо всяких нареканий!

Обе ученицы присели в самом глубоком реверансе. Пока лихие воительницы принимали поздравления от всего ученического сообщества без различия оттенков волшебства, оставшаяся светлая часть Стешиной свиты принялась в скором порядке лечить пострадавших Кроху и Костю. Им, как зачинщикам драки, досталось больше всех.

Павла, кстати, некромантка поставила на ноги вообще мгновенно, воспользовавшись суетой и теменью первых минут разгрома. Она моментально нашла его среди всеобщей неразберихи и воплей, оттащила к самой кромке поляны, к зарослям камышей, и поспешно присела над его лицом, обдав могучей и горячей струёй своего терпкого золотого нектара. Москвич словно из горячей ванны вынырнул в ту же секунду. Боль от разбитого хлебальника стихла, кровь стала сворачиваться, будто её разбавила перекисью водорода, а всё тело запылало так, словно ему по венам запустили чего-то до ужаса запретного, но чрезвычайно эффективного.

— Теперь быстренько умойся, - прошептала ему на ухо Пульхерия, - где-то здесь, в камышах, должен быть маленький чистый родничок, и быстро на поляну! Надо восстановить небольшой костер и дожарить, наконец-то шашлыки! А то от этих чёртовых гостей одни убытки! И сами нормально веселиться не умеют, и нам мешают! – рассмеялась она нервно.

И Москвич вплотную перед собой увидел её перепачканное золой и копотью лицо и горящие от нервного возбуждения глаза. В глубине которых уже вспыхнул, и теперь яростно разгорался всё тот же знакомый синий огонёк, предвещавший кому-то большую беду. Павел слишком хорошо знал этот огонёк, помнил его в момент гибели Андрея. И сейчас ему стало тягостно и физически душно от невыносимого предчувствия чьей-то смерти. Он знал, что некромантка способна так веселиться, лишь охотясь за очередной жертвой, и уже понял, кому сегодня суждено ею стать. Как-то совсем нехорошо сошлись в эту ночь звёзды над этой тупой шаманьей головой, и никаких шансов у него, Москвича, не было повлиять на эту роковую натальную карту.

Но приготовления к празднику шли своим чередом. Наладили совместными усилиями небольшой костерок на месте огромного пепелища. Снова поставили лёгкий походный столик для высших руководительниц пансиона. Пожарили, на этот раз без эксцессов, шашлыки. Установили рядом несколько огромных тыкв, исполненных в образе «головы Джека», с горящими углями внутри. Разлили по хрустальным кубкам слегка забродивший сок маракуйи, и директриса встала, чтобы сказать тост.

— Через четыре минуты, дорогие мои, наступит самый трудный для нас праздник – День всех святых. Как всем вам известно, в этот день будет снята последняя, Седьмая печать апокалипсиса... - тут мадам Азалия коротко взглянула в сторону Стеши, и продолжила, - а Седьмая печать – последняя, и самая удивительная. И вы мне сейчас легко напомните, что сказано у Иоанна Богослова по поводу снятия этой последней печати...

Директриса обвела всех присутствующих барышень внимательным взглядом, как бы решая, кому предстоит отвечать на этот раз. Начала Акулина:

— «И когда он снял седьмую печать, сделалось безмолвие на небе, как бы на полчаса».

— Безмолвие... - повторила за ней Стеша. – Это когда человек лишается самого главного дара – слова? Мы правильно вас понимаем, Великая?

Азалия кивнула.

— Да будет так... - кротко кивнула Стеша.

Дамы выпили, закусили, и наконец, решили, что пора вспомнить и о копошащихся в болоте неудачливых мятежниках, тем более что уже наступила первая ноябрьская ночь – Терция. А в ноябре болотная пучина уже вовсю замерзает после полуночи.

При свете факелов, которые она зажгли от светильников, барышни увидели весьма печальную картину. У самой кромки черной, болотной жижи, сидели сильно пострадавшие от огненного вала Змей и Мага. Они были в полуобморочном состоянии и практически не подавали признаков жизни. Директриса тут же распорядилась увести их на вахту и немедленно положить в санчасть. Лечить их было поручено лично Екатерине. Иваныч опять потерял в суматохе свой волшебный глаз сестричек Грай, и теперь пребывал в полнейшей слепоте, сидя на берегу болота. Никому из своих сослуживцев, соответственно, помочь не мог. Бублик провалился в трясину по грудь, и отчаянно пытался выползти самостоятельно, но видимо, получалось у него плохо. Он рвался из последних сил, но дна под ногами не ощущал, и

Порно библиотека 3iks.Me