Элиз - королева ведьм (Части 1 - 4)- Читать онлайн

с Полиной? Что ей от меня было надо? Почему пошёл помогать Фатиме? О чём с ней перешёптывался и так далее... Что я мог ответить? Только врать. Я и врал. Безудержно и бессмысленно.

А душниле нравился сам процесс. Вот она восседает в удобном своём алькове, чистит новогодний мандарин, оттопырив манерно мизинчик на правой руке, и, глядя мне в глаза, медленно командует:

— Лечь!

Я падаю пред ней ниц, отлично понимая смысл этой пытки. Она будет повторять без конца одни и те же вопросы, а я должен буду на них отвечать, и при этом ложиться и вставать. И темп этих упражнений будет всё убыстряться и убыстряться. А отвечать при этом я должен чётко и ясно. По возможности без запинки. Потому что если я запнусь, или собьюсь с ритма, или запутаюсь в ответах, всё начнётся сначала.

— Лечь, - встать! Лечь, - встать! Лечь, - встать!

— Почему Полина следит за тобой?

— Не знаю...

— Сколько прутьев ты нарезал?

— Не помню, не считал...

— Не помнишь? Или не считал?

— Не помню...

— Кого ты подозреваешь в убийстве Тарьи?

— Никого...

— Фатима тебе доверяет?

— Нет...

— Почему?

— Не знаю...

— Лечь - встать! Лечь - встать! Лечь - встать!

Через пять минут у меня уже сердце выскакивает из груди через горло. Очень трудно вскакивать и ложиться на пол, одновременно отвечая на тупые вопросы, и тщательно запоминать ответы. В голове шумит, рот пересох, в горле застрял комок из нервов и хрипоты. Вопросы, вопросы, вопросы. Лечь – встать, лечь – встать, лечь – встать...

Внезапно всё прекращается. Это появляется моя непосредственная госпожа – Полуночница. Она мила и приветлива. И при ней душнила Софи уже не решается истязать меня безо всякого повода. Как там было «вассал моего вассала – не мой вассал»? Раб моей подруги всё ж таки не мой раб... Если на следующем уроке философии меня выиграет душнила, я повешусь на ближайшей сухой кривой берёзке посреди Маркистана. Или утоплюсь в том самом омуте, из которого меня спасла кружица Елизаветы Александровны.

Нет, вру, не утоплюсь, конечно. Кружица – это святое. Это мой талисман. Мой оберег в этом царстве перевёртышей и обманщиц. Оборотней и демонов.

— Иди искупайся! – говорит мне Полуночница. – От тебя воняет, как от скунса.

Как же я ей благодарен за любовь к чистоте и благородным ароматам!

Этой ночью все двадцать четыре воспитанницы пансиона вышли на символическую панихиду по безвременно погибшей сестре Тарьи из Ивделя. Все стояли в едином круге, тёмные и светлые, без различия цветов и оттенков. Закрыли свои лица непроницаемыми черными вуалями и капюшонами мантий. Преподавательницы во главе с Элиз и самой Матерью демонов Лилит, стояли отдельно, держа в руках свечи. Свечи горели неестественно белым огнём, который не мог задуть ледяной зимний ветер. По низкому тёмному небу летели рваные клубящиеся облака. Они швыряли в собравшихся волны колючих злых снежинок. Временами появлялся растущий месяц рогами обращённый к востоку, и тогда с горящих свечей срывался сноп золотистых искр, улетавших в махровую снежную круговерть...

Фатима вышла в центр круга, закружилась против часовой стрелки в горестном прощальном танце, одновременно раскручивая привязанные на тонкой нити ажурные ледяные санки, украшенные цветами и разноцветными лентами, а после отпустила их в небо, в самый центр вьюги. По всему периметру пансиона прогремел двадцать один залп прощального салюта – по числу прожитых Тарьей лет. И только тогда свечи в руках старших ведьм погасли, а все ученицы разом опустились на колени, шепча кто молитвы, кто прощальные заклинания.

А я вдруг отчётливо вспомнил прощальный разговор со Стешей ещё там, у неё дома, в Торжке. Я тогда ещё спросил у неё, что происходит, отчего она так грустна и задумчива. Меня ещё удивило, почему она так охотно согласилась мне помочь сюда вернуться. Ведь никто не возвращается по собственной воле на Маркистан. Это противоестественно, это дико, это как добровольно вернуться в самую худшую из тюрем.

Помню, как спросил её: «там может опять появиться демон?». «Хуже» - ответила мне Стеша. «Что же может быть хуже демона?» - помню, изумился тогда я. «Увидишь» - был её совсем короткий ответ. И вот я всё это вижу. И ничего не понимаю.

Так что же здесь происходит на самом деле?

Каждый Новый год, встреченный на Маркистане, казался Москвичу самым ужасным праздником в его жизни. Две тысячи двадцать третий он встретил в... шкафу! В душном платяном шкафу, сидя там в голом виде, прикованным наручниками к перекладине. Ведьмы тогда устроили скачки на мальчиках, а Павел достался Темнейшей Элле, и проиграл гонку. За что был посажен в шкаф и всю ночь бухая Эллочка над ним изгалялась, стегая ремнём, а под утро накрасила его как портовую шлюху и повела демонстрировать подругам. Тогда он подумал, что ничего хуже с ним случиться уже не может.

Как же он ошибался!

В следующий Новый год он должен был освобождаться условно-досрочно, но его тогдашняя хозяйка милфа честно сказала, что ему «век воли не видать», и с помощью своего пакостного прикроватного зеркала уменьшила его до размеров авторучки. После чего посадила в свой резиновый сапог! Спрятав, таким образом, от всех. И от друзей, и от начальства, и даже от приехавших принимать экзамен, демонов.

И он решился на побег. В процессе этого побега он умер. Точнее пережил клиническую смерть, был возвращён к жизни некроманткой Пульхерией Львовой, и приобрёл способности доппельгенгера – подселенца в чужие

Порно библиотека 3iks.Me