Клетка (Части 1 - 3)- Читать онлайн

тело, прижатое к её ягодицам, казалось, излучало жар целой печки. А потом он начал двигаться. Толчки были мощными, грубыми, выбивающими дух. С каждым толчком боль отступала, сменяясь нарастающим, неприличным, густым чувством заполненности. Тело Кристины, преданное неделями извращённой дрессуры, начало подстраиваться, поддаваться, искать в этом грубом ритме точку опоры.

— Видишь? — Мила шлёпнула ладонью по её оголённому бедру, и звук был громким и похабным в тишине комнаты. Потом ещё раз. Шлепки совпадали с ритмичными толчками. — Тебе нравится. Твоя сучья плоть умнее твоей души. Она знает, где её место.

И Кристина, к своему собственному изумлению, чувствовала, что так оно и есть. Шок сменился оцепенением, а оцепенение — странным, животным принятием. Каждый толчок раскачивал её вперёд, её собственная слюна капала на пол. Внутри всё было перепахано, заполнено, и в этой полной утрате контроля рождалась новая, извращённая форма власти — власть инстинкта над разумом. Стыд не испарился, он превратился в топливо. В горле вырвался не крик, а низкий, хриплый стон, когда волна первого, чудовищного, нечеловеческого удовольствия накрыла её с головой. Это не было похоже на её прошлые оргазмы. Это было глубже, примитивнее, как землетрясение в самых основах её существа.

Черныш, почувствовав её внутреннюю судорожную пульсацию, зарычал и совершил последнюю серию глубоких, разлитых толчков. Кристина почувствовала, как внутри её, в самой глубине, что-то горячее и жидкое выплеснулось, заполняя растянутые пространства жгучим позором. А потом — он замер. Но не вышел. Она почувствовала болезненную, тугую пульсацию где-то внутри — «узел», удерживающий его, сковывающий их вместе.

— Так, — Мила одобрительно хлопнула её по заднице. — Связь. Печать. Подержит минут пятнадцать. Так и лежи. Привыкай к ощущению. К тому, что внутри тебя часть его. Что ты теперь — его.

Кристина лежала, не в силах пошевельнуться, скованная этим жгучим, пульсирующим узлом. Боль смешалась с теплом, отвращение — с каким-то тёмным, глубоким удовлетворением. Она была полна. В самом похабном смысле этого слова.

Мила присела рядом на корточки, наблюдая за её лицом.

— Никаких слёз. Хорошо. Значит, твоя суть наконец вылезла наружу. Осталось закрепить.

Когда пульсация внутри наконец утихла и Черныш, тяжело дыша, отстранился, оставив её пустой и липкой, Мила взяла Кристину за волосы и приподняла.

— Теперь очистка. Приведи в порядок своего повелителя. Сделай это как должно. С благодарностью.

Она развернула её на коленях к собаке. Черныш стоял, облизываясь, его член, обмазанный в её крови и их общих выделениях, был всё ещё влажным. Запах ударил в нос — резкий, интимный, окончательный.

— Лижи. Всё. Чтобы чисто было. Чтобы на вкус запомнила, из чего ты теперь сделана.

Кристина, движимая уже не страхом, а какой-то новой, покорной потребностью, наклонилась. Первое прикосновение языка к чувствительной, бугристой плоти заставило Черныша вздрогнуть и тихо заскулить. Она не останавливалась. Она вылизывала его медленно, методично, с сосредоточенностью новообращённой, совершающей обряд омовения. Вкус был горьким, солёным, металлическим — вкус её собственной боли и его семени. Она не глотала с отвращением. Она принимала, смешивала со слюной, чувствуя, как этот вкус становится частью её, меткой, впитывающейся через язык.

Мила наблюдала, скрестив руки на груди.

— Истинная сучка, — констатировала она без эмоций. — Не по названию. По сути. Утром поедем. Вика всё поймёт с первого взгляда. Ей такие и нужны — пустые сосуды, которые рады быть наполненными чем угодно. Кто научился получать кайф от цепи и поводка. Встань. Иди в душ. Только не смой всё до конца. Запах должен остаться. Как пломба.

Кристина поднялась на дрожащих ногах. Она шла в ванную, чувствуя, как по её внутренней стороне бедра стекает густая, тёплая жидкость. Она не пыталась её остановить. В зеркале она увидела своё лицо — бледное, с синяком на плече, с пустыми, тёмными глазами. В этих глазах не было ужаса. Была усталая, бездонная покорность. Пустота, которую наконец-то заполнили тем, для чего она и была предназначена. Она повернула кран и подставила под воду лицо и руки, но не между ног. Там оставалось тепло, липкость и странное, глубокое спокойствие. Она была готова. Она была своей.

Мила, оставшись в комнате, прислушалась. Шум воды не умолкал уже десять минут. Слишком долго. Она фыркнула, но внутри что-то ёкнуло — не жалость, а раздражение от слабости. Её проект не должен был развалиться на финишной прямой. Словно проверяя состояние инструмента, она решительно направилась в ванную.

В ванной было тесно и душно. Пар застилал зеркала. Кристина стояла под почти кипящими струями, привалившись лбом к холодному кафелю. Её спина была напряжена, плечи тряслись от беззвучных спазмов. Вода стекала по телу розоватыми ручейками, смывая следы случившегося, но не трогая то, что засело глубже.

— Что, зализываешь раны? — голос Милы прозвучал резко, но без обычной ледяной силы. Она подошла и выключила воду. — Слишком горячо. Тебе нужно успокоить воспаление, а не распаривать его.

Она накинула на Кристину жёсткое полотенце и в тусклом свете лампы разглядела всё детальнее: синяки на бёдрах, ссадины на коленях, глубокий след укуса на плече. И выражение лица — не боль, а пустота, уходящая в бесконечность. Внутри Милы снова что-то дрогнуло. Профессиональное раздражение мастера смешалось с тёмным отголоском собственного «первого раза».

— Идиотка, — прошипела она почти машинально. — Надо было смазать. Я забыла.

Она намочила губку под тёплой водой, намылила её нейтральной пеной. Её движения стали медленными, почти нежными, как при уходе за животным после тяжёлых родов. Она начала смывать

Порно библиотека 3iks.Me